о.
- Фанечка, эту роль ты должна играть, - отнесся он к племяннице.
Но та, несмотря на любовь к искусству, на этот раз что-то сконфузилась.
- Я не сыграю, mon oncle, - произнесла она.
- Неправда, та bonne amie*, неправда!.. Матрена Матвевна, она ведь
должна играть?
______________
* мой друг (франц.).
- Она, непременно она... она молоденькая, хорошенькая, а мы все
старухи, - решила вдова.
- Я, mon oncle, не умею играть драматических ролей.
- Никон Семеныч тебя научит, и я тебе слова два - три скажу.
- Я у вас буду учиться, mon oncle, - отвечала девушка.
Рагузов начал читать и прервал этот разговор. Наконец он кончил.
- Стало быть, поэма ваша, Никон Семеныч, должна будет идти отдельно от
дивертисмана?
- Непременно!
- В таком случае надобно назвать ее драматической фантазией, - произнес
Аполлос Михайлыч.
- Пожалуй, - отвечал трагик и встал.
- Ну-с, - отнесся Дилетаев к Дарье Ивановне, - теперь ваша очередь;
во-первых - пропеть, а во-вторых - сыграть качучу для Фани на фортепьянах.
- У меня горло болит, Аполлос Михайлыч, - возразила она.
- Все равно-с, болит ли оно у вас, или нет, - мы этого не знаем, но
просим, чтобы вы нам пропели.
- Спойте, Дарья Ивановна, дайте отдохнуть душе, - шепнул ей на ухо
Мишель.
Дарья Ивановна встала и села за фортепьяно; голос ее был чрезвычайно
звучен и довольно мягок: он поразил всех; один только Рымов, кажется,
остался недоволен полученным впечатлением.
- Каково соловей-то наш заливается? - отнесся к нему Юлий Карлыч.
- Она не понимает, что поет, - отвечал тот и отошел.
Никон Семеныч прослушал весь романс с необыкновенным восторгом.
- Madame, je vous supplie, faites moi l'honneur d'accepter un role dans
ma piece. Vous avez tant de sentiments... J'arrangerai un petit air tout
expres pour votre voix...* - отнесся он, от полноты чувств, к Дарье Ивановне
на французском языке.
______________
* Сударыня, я вас умоляю оказать мне честь и взять роль в моей пьесе. В
вас столько чувства... Я напишу небольшую арию специально для вашего
голоса... (франц.).
- Je n'ai jamais parle et chante sur la scene*, - отвечала та небрежно
и отвернулась от трагика.
______________
* Я никогда не играла и не пела на сцене (франц.).
- Прелесть! Чудо! - говорил Аполлос Михайлыч, качая головою.
- Попросите, пожалуйста, чтобы Дарья Ивановна играла в моей пиесе; я
напишу для них романс. Это будет очень эффектно, - обратился к хозяину
трагик.
- Вряд ли станет она играть! Дай бог, чтобы что-нибудь пропела, -
отвечал Дилетаев. - Мишель! Поди сюда! - кликнул он племянника. - Будет ли у
нас Дарья Ивановна играть?
- Я почему знаю, спросите ее.
- Попроси ее, мой друг, участвовать.
- Что ж мне ее просить... Я ничего у вас не понимаю, - проговорил
Мишель и, отошед от дяди, опять заговорил с Дарьей Ивановной.
- Фанечка! - начал хозяин. - Что же твоя качуча?
- Сейчас начну, mon oncle, - ответила девушка и убежала в свою комнату
за кастаньетами.
Дарья Ивановна, по просьбе Аполлоса Михайлыча, заиграла качучу; Фани
начала танцевать. Нельзя сказать, чтобы все па ее были вполне отчетливы и
грациозны; но зато во всех пассивных скачках, которыми исполнен этот танец,
она была чрезвычайно энергична. Аполлос Михайлыч, Никон Сем
- Фанечка, эту роль ты должна играть, - отнесся он к племяннице.
Но та, несмотря на любовь к искусству, на этот раз что-то сконфузилась.
- Я не сыграю, mon oncle, - произнесла она.
- Неправда, та bonne amie*, неправда!.. Матрена Матвевна, она ведь
должна играть?
______________
* мой друг (франц.).
- Она, непременно она... она молоденькая, хорошенькая, а мы все
старухи, - решила вдова.
- Я, mon oncle, не умею играть драматических ролей.
- Никон Семеныч тебя научит, и я тебе слова два - три скажу.
- Я у вас буду учиться, mon oncle, - отвечала девушка.
Рагузов начал читать и прервал этот разговор. Наконец он кончил.
- Стало быть, поэма ваша, Никон Семеныч, должна будет идти отдельно от
дивертисмана?
- Непременно!
- В таком случае надобно назвать ее драматической фантазией, - произнес
Аполлос Михайлыч.
- Пожалуй, - отвечал трагик и встал.
- Ну-с, - отнесся Дилетаев к Дарье Ивановне, - теперь ваша очередь;
во-первых - пропеть, а во-вторых - сыграть качучу для Фани на фортепьянах.
- У меня горло болит, Аполлос Михайлыч, - возразила она.
- Все равно-с, болит ли оно у вас, или нет, - мы этого не знаем, но
просим, чтобы вы нам пропели.
- Спойте, Дарья Ивановна, дайте отдохнуть душе, - шепнул ей на ухо
Мишель.
Дарья Ивановна встала и села за фортепьяно; голос ее был чрезвычайно
звучен и довольно мягок: он поразил всех; один только Рымов, кажется,
остался недоволен полученным впечатлением.
- Каково соловей-то наш заливается? - отнесся к нему Юлий Карлыч.
- Она не понимает, что поет, - отвечал тот и отошел.
Никон Семеныч прослушал весь романс с необыкновенным восторгом.
- Madame, je vous supplie, faites moi l'honneur d'accepter un role dans
ma piece. Vous avez tant de sentiments... J'arrangerai un petit air tout
expres pour votre voix...* - отнесся он, от полноты чувств, к Дарье Ивановне
на французском языке.
______________
* Сударыня, я вас умоляю оказать мне честь и взять роль в моей пьесе. В
вас столько чувства... Я напишу небольшую арию специально для вашего
голоса... (франц.).
- Je n'ai jamais parle et chante sur la scene*, - отвечала та небрежно
и отвернулась от трагика.
______________
* Я никогда не играла и не пела на сцене (франц.).
- Прелесть! Чудо! - говорил Аполлос Михайлыч, качая головою.
- Попросите, пожалуйста, чтобы Дарья Ивановна играла в моей пиесе; я
напишу для них романс. Это будет очень эффектно, - обратился к хозяину
трагик.
- Вряд ли станет она играть! Дай бог, чтобы что-нибудь пропела, -
отвечал Дилетаев. - Мишель! Поди сюда! - кликнул он племянника. - Будет ли у
нас Дарья Ивановна играть?
- Я почему знаю, спросите ее.
- Попроси ее, мой друг, участвовать.
- Что ж мне ее просить... Я ничего у вас не понимаю, - проговорил
Мишель и, отошед от дяди, опять заговорил с Дарьей Ивановной.
- Фанечка! - начал хозяин. - Что же твоя качуча?
- Сейчас начну, mon oncle, - ответила девушка и убежала в свою комнату
за кастаньетами.
Дарья Ивановна, по просьбе Аполлоса Михайлыча, заиграла качучу; Фани
начала танцевать. Нельзя сказать, чтобы все па ее были вполне отчетливы и
грациозны; но зато во всех пассивных скачках, которыми исполнен этот танец,
она была чрезвычайно энергична. Аполлос Михайлыч, Никон Сем