на последующий бал были даже посланы к Янсутскому,
Бегушеву и графу Хвостикову. Первые двое не приехали, но последний явился и
в ближайшем номере той газеты, где сотрудничал, описал торжество брачного
пиршества, объяснив читателям, что "молодой и молодая блистали красотою,
молодостью и свежестью" - несколько подкрашенною, - смертельно хотелось
прибавить графу относительно Домны Осиповны, но он не прибавил этого, потому
что она обещала ему за этот фельетон сто целковых.
Глава IV
В конторе Грохова, по-прежнему грязной и темной, сидели сам Грохов и
Янсутский. Оба они очень изменились: Грохов оплешивел, обеззубел и был с
багрово-желтым цветом лица, а Янсутский еще более похудел и походил на
оглоданную, загрязненную кость, но энергии своей нисколько не утратил.
- Совершенная случайность открыла мне это!.. - говорил он, как и
всегда, быстро и бойко. - Ехал я прошлой весной из Казани на пароходе с
некоторыми сибиряками... обедали вместе, выпивали, конечно... Вот, батюшка,
пить-то здоровы и, главное, все коньяк дуют!.. Болтаем о том, о сем, только
один из них, как видно купец этакой солидный и не враль, спрашивает меня,
что не знаю ли я в Москве господина Олухова. "Имею, говорю, это счастье!" -
"А правда ли, говорит, что он помер?" - "Такая же, говорю, правда, что я
жив!" Купец поежился. "Кто ж, говорит, теперь по их делам ответчик должен
быть?" - "По каким, говорю, делам?" - "Да как же-с, говорит, старик Олухов,
кабы не умер, должен был бы объявить себя несостоятельным!" Что такое за
вздор, думаю. "На чем же, говорю, он мог прогореть?" - "У него, говорит,
более половины состояния в делах Хмурина лопнуло, а потом он и свое большое
колесо не на чистые деньги вел... всему почесть Сибирю должен: мелким
капиталистам - кому тысячу, кому три, кому десять!" - "Вы, говорю, тоже
кредитор его?" - "Да-с, говорит, и нам бы очень желалось эти маленькие
взыскания наши продать кому-нибудь в одни руки". - "А на сколько, говорю,
их?" - "Да полагать надо, на миллион!" - "Но какая же, говорю, при
ликвидации дела может быть по ним уплата?" - "Более, говорит, семидесяти
пяти копеек нельзя получить!" - "А вы, чай, просите за них гривен по шести?"
- "Нет, говорит, хорошо, если б дали по полтинничку!"
Все это Янсутский уже знал, сватаясь за Домну Осиповну, и предполагал
тогда, сделавшись ее мужем, скупить за бесценок все эти маленькие взыскания
и таким образом сделаться главным ее кредитором; но теперь он решился
употребить этот план как орудие мести против Домны Осиповны. К Грохову он
обратился потому, что ему известно было, что Домна Осиповна с прежним своим
поверенным совершенно рассорилась, так как во время кутежа ее мужа с
Гроховым написала сему последнему очень бранчивое письмо, на которое Грохов
спьяна написал ей такого рода ответ, что Домна Осиповна не решилась даже
никому прочесть этого послания, а говорила только, что оно было глупое и
чрезвычайно оскорбительное для нее.
- Сведения сии, согласитесь, - продолжал Янсутский, - любопытны, и я
вот приехал к вам посоветоваться и спросить вас: правда ли это, и возможно
ли банкротство Олуховых? Вы занимались их делами... Домна Осиповна, сколько
я помню, и ввод во владение мужа поручила вам.
- Поручать она мне поручала, - отвечал Грохов, немножко сконфузившись,
- но я тогда
Бегушеву и графу Хвостикову. Первые двое не приехали, но последний явился и
в ближайшем номере той газеты, где сотрудничал, описал торжество брачного
пиршества, объяснив читателям, что "молодой и молодая блистали красотою,
молодостью и свежестью" - несколько подкрашенною, - смертельно хотелось
прибавить графу относительно Домны Осиповны, но он не прибавил этого, потому
что она обещала ему за этот фельетон сто целковых.
Глава IV
В конторе Грохова, по-прежнему грязной и темной, сидели сам Грохов и
Янсутский. Оба они очень изменились: Грохов оплешивел, обеззубел и был с
багрово-желтым цветом лица, а Янсутский еще более похудел и походил на
оглоданную, загрязненную кость, но энергии своей нисколько не утратил.
- Совершенная случайность открыла мне это!.. - говорил он, как и
всегда, быстро и бойко. - Ехал я прошлой весной из Казани на пароходе с
некоторыми сибиряками... обедали вместе, выпивали, конечно... Вот, батюшка,
пить-то здоровы и, главное, все коньяк дуют!.. Болтаем о том, о сем, только
один из них, как видно купец этакой солидный и не враль, спрашивает меня,
что не знаю ли я в Москве господина Олухова. "Имею, говорю, это счастье!" -
"А правда ли, говорит, что он помер?" - "Такая же, говорю, правда, что я
жив!" Купец поежился. "Кто ж, говорит, теперь по их делам ответчик должен
быть?" - "По каким, говорю, делам?" - "Да как же-с, говорит, старик Олухов,
кабы не умер, должен был бы объявить себя несостоятельным!" Что такое за
вздор, думаю. "На чем же, говорю, он мог прогореть?" - "У него, говорит,
более половины состояния в делах Хмурина лопнуло, а потом он и свое большое
колесо не на чистые деньги вел... всему почесть Сибирю должен: мелким
капиталистам - кому тысячу, кому три, кому десять!" - "Вы, говорю, тоже
кредитор его?" - "Да-с, говорит, и нам бы очень желалось эти маленькие
взыскания наши продать кому-нибудь в одни руки". - "А на сколько, говорю,
их?" - "Да полагать надо, на миллион!" - "Но какая же, говорю, при
ликвидации дела может быть по ним уплата?" - "Более, говорит, семидесяти
пяти копеек нельзя получить!" - "А вы, чай, просите за них гривен по шести?"
- "Нет, говорит, хорошо, если б дали по полтинничку!"
Все это Янсутский уже знал, сватаясь за Домну Осиповну, и предполагал
тогда, сделавшись ее мужем, скупить за бесценок все эти маленькие взыскания
и таким образом сделаться главным ее кредитором; но теперь он решился
употребить этот план как орудие мести против Домны Осиповны. К Грохову он
обратился потому, что ему известно было, что Домна Осиповна с прежним своим
поверенным совершенно рассорилась, так как во время кутежа ее мужа с
Гроховым написала сему последнему очень бранчивое письмо, на которое Грохов
спьяна написал ей такого рода ответ, что Домна Осиповна не решилась даже
никому прочесть этого послания, а говорила только, что оно было глупое и
чрезвычайно оскорбительное для нее.
- Сведения сии, согласитесь, - продолжал Янсутский, - любопытны, и я
вот приехал к вам посоветоваться и спросить вас: правда ли это, и возможно
ли банкротство Олуховых? Вы занимались их делами... Домна Осиповна, сколько
я помню, и ввод во владение мужа поручила вам.
- Поручать она мне поручала, - отвечал Грохов, немножко сконфузившись,
- но я тогда