- Ездит иногда в Дворянское собрание, где устраиваются очень
хорошенькие вечера, потом бывает в театре, гуляет по бульварам, которые от
нее два шага!
Все эти слова доктора Бегушев хорошо запомнил и вместе с тем, по своей
подозрительности, подумал, что зачем Перехватов, ухаживая, как говорят, за
Домной Осиповной, отправляет ее за границу? Он, может быть, как некогда
сделать и сам Бегушев хотел, предполагает увезти ее от мужа. Перехватов в
самом деле желал удалить Домну Осиповну, но только не от мужа, а от
начавшего за ней ухаживать Янсутского.
- А вы, скажите, бывали за границей? - спросил Бегушев, желая
позондировать доктора в этом отношении.
- Был... Я в тамошних университетах, собственно, и готовился на степень
доктора.
- Но опять съездить не думаете?
- Очень бы хотелось, но как это сделать: практика у меня большая, на
кого ее оставить?
Бегушев понял, что ему от доктора больше ничего не добиться. Тому тоже
пора было ехать по другим визитам. Он раскланялся.
Со следующего дня Бегушев повел совершенно несвойственную ему жизнь. Он
все утра, часов с одиннадцати до пяти, гулял по бульварам, а вечером
обыкновенно бывал в обоих театрах, Большом и Малом. Явно, что Бегушев ожидал
где-нибудь из этих мест встретить Домну Осиповну. Ему хотелось хоть раз еще
в жизни видеть ее красивое лицо. Судьба, наконец, над ним сжалилась.
Просматривая однажды газету, Бегушев наткнулся на напечатанное крупными
буквами объявление об имеющемся быть в скором времени танцевальном вечере в
зале Дворянского собрания.
Бегушев порывисто позвонил. Вошел молодой лакей.
- Граф дома? - спросил его с нетерпением и беспокойством Бегушев.
- Дома-с! - отвечал тот.
- Зови его ко мне сию минуту!
Лакей быстро побежал наверх к графу, который, по решительному
отсутствию денег, несколько дней не выходил из дома, а все время употреблял
на то, что читал скабрезные французские романы, отрытые им в библиотеке
Бегушева. На приглашение хозяина он немедленно сошел к нему.
- Mon cher, - сказал ему почти нежным голосом Бегушев, - в четверг бал
в Дворянском собрании; мне хочется быть там, вы тоже поедете со мной. Будьте
так добры, поезжайте в моих санях, возьмите два билета: себе и мне.
Бегушев при этом подал графу пятидесятирублевую бумажку.
- Но, mon cher, - воскликнул граф в свою очередь, - кроме билета, мне
туалет мой не позволяет нынче бывать на балах.
- Сделайте себе туалет новый; вот вам к этим деньгам еще сто рублей!..
- говорил Бегушев.
- Merci, тысячу раз merci! - говорил граф Хвостиков, с удовольствием
засовывая деньги в карман.
- Ну и потом... - продолжал Бегушев, совершенно потупляясь, - не
зайдете ли вы к вашему другу, Домне Осиповне, и не узнаете ли: будет она в
собрании?..
- Непременно зайду!.. Я сам это думал! - подхватил граф, хотя вовсе не
думал этого делать, - на том основании, что он еще прежде неоднократно
забегал к Домне Осиповне, заводил с ней разговор о Бегушеве, но она ни звука
не произносила при этом: тяжело ли ей было говорить о нем или просто скучно,
- граф не знал, как решить!
- Только, пожалуйста, вы не скажите ей, что я вас подсылаю!
- О, mon cher, что ж ты меня за ребенка такого считаешь, - отвечал граф
и уехал прямо к Домне Осиповне, а в пять часов явился аккуратно к обеду
Бегушева и имел
хорошенькие вечера, потом бывает в театре, гуляет по бульварам, которые от
нее два шага!
Все эти слова доктора Бегушев хорошо запомнил и вместе с тем, по своей
подозрительности, подумал, что зачем Перехватов, ухаживая, как говорят, за
Домной Осиповной, отправляет ее за границу? Он, может быть, как некогда
сделать и сам Бегушев хотел, предполагает увезти ее от мужа. Перехватов в
самом деле желал удалить Домну Осиповну, но только не от мужа, а от
начавшего за ней ухаживать Янсутского.
- А вы, скажите, бывали за границей? - спросил Бегушев, желая
позондировать доктора в этом отношении.
- Был... Я в тамошних университетах, собственно, и готовился на степень
доктора.
- Но опять съездить не думаете?
- Очень бы хотелось, но как это сделать: практика у меня большая, на
кого ее оставить?
Бегушев понял, что ему от доктора больше ничего не добиться. Тому тоже
пора было ехать по другим визитам. Он раскланялся.
Со следующего дня Бегушев повел совершенно несвойственную ему жизнь. Он
все утра, часов с одиннадцати до пяти, гулял по бульварам, а вечером
обыкновенно бывал в обоих театрах, Большом и Малом. Явно, что Бегушев ожидал
где-нибудь из этих мест встретить Домну Осиповну. Ему хотелось хоть раз еще
в жизни видеть ее красивое лицо. Судьба, наконец, над ним сжалилась.
Просматривая однажды газету, Бегушев наткнулся на напечатанное крупными
буквами объявление об имеющемся быть в скором времени танцевальном вечере в
зале Дворянского собрания.
Бегушев порывисто позвонил. Вошел молодой лакей.
- Граф дома? - спросил его с нетерпением и беспокойством Бегушев.
- Дома-с! - отвечал тот.
- Зови его ко мне сию минуту!
Лакей быстро побежал наверх к графу, который, по решительному
отсутствию денег, несколько дней не выходил из дома, а все время употреблял
на то, что читал скабрезные французские романы, отрытые им в библиотеке
Бегушева. На приглашение хозяина он немедленно сошел к нему.
- Mon cher, - сказал ему почти нежным голосом Бегушев, - в четверг бал
в Дворянском собрании; мне хочется быть там, вы тоже поедете со мной. Будьте
так добры, поезжайте в моих санях, возьмите два билета: себе и мне.
Бегушев при этом подал графу пятидесятирублевую бумажку.
- Но, mon cher, - воскликнул граф в свою очередь, - кроме билета, мне
туалет мой не позволяет нынче бывать на балах.
- Сделайте себе туалет новый; вот вам к этим деньгам еще сто рублей!..
- говорил Бегушев.
- Merci, тысячу раз merci! - говорил граф Хвостиков, с удовольствием
засовывая деньги в карман.
- Ну и потом... - продолжал Бегушев, совершенно потупляясь, - не
зайдете ли вы к вашему другу, Домне Осиповне, и не узнаете ли: будет она в
собрании?..
- Непременно зайду!.. Я сам это думал! - подхватил граф, хотя вовсе не
думал этого делать, - на том основании, что он еще прежде неоднократно
забегал к Домне Осиповне, заводил с ней разговор о Бегушеве, но она ни звука
не произносила при этом: тяжело ли ей было говорить о нем или просто скучно,
- граф не знал, как решить!
- Только, пожалуйста, вы не скажите ей, что я вас подсылаю!
- О, mon cher, что ж ты меня за ребенка такого считаешь, - отвечал граф
и уехал прямо к Домне Осиповне, а в пять часов явился аккуратно к обеду
Бегушева и имел