Люди сороковых годов


теихой до сих пор все еще путаешься? - спросила она,
заглядывая ему с какой-то нежностью в лицо.
- Нет, уж не путаюсь, - отвечал ей Вихров.
- Слышала я это, слышала, - отвечала становиха. - Вот как бы ты у меня
ночевал сегодня, так я тебе скажу...
- Что же такое? - спросил Вихров.
Становая пожала только плечами.
- У!.. - воскликнула она. - Такую бы тебе штучку подвела - букет!
Вихров только усмехнулся.
- Ну, однако, прощайте! - сказал он, вставая.
- Прощай, друг любезный, - проговорила становиха и вдруг поцеловала его
в лицо.
Вихров поспешно обтер то место, к которому она прикоснулась губами.
Становиха потом проводила его до телеги, сама его подсадила в нее, велела
подать свое одеяло, закрыла им его ноги и, когда он, наконец, совсем поехал,
сделала ему ручкой.

XIII

ВЕЧЕР У m-me ПИКОЛОВОЙ

То, что Вихров не был у Захаревских и даже уехал из города, не зайдя
проститься с ними, - все это сильно огорчало не только Юлию, отчасти
понимавшую причину тому, но и Виссариона, который поэтому даже был (в первый
раз, может быть, во всю жизнь свою) в самом сквернейшем расположении духа.
Судя несколько по своим собственным поступкам, он стал подозревать, что уж
не было ли между сестрой и Вихровым чего-нибудь серьезного и что теперь тот
отлынивает, тем более, что Юлия была на себя не похожа и проплакивала почти
целые дни. Виссарион решился непременно расспросить ее об этом.
- Интересно мне знать, - заговорил он однажды, ходя взад и вперед по
комнате и как бы вовсе не желая ничего этим сказать, - говорила ли ты
когда-нибудь и что-нибудь с этим господином о любви?
- Никогда и ничего, - отвечала Юлия.
- О, вздор какой! - воскликнул инженер.
- Уверяю тебя! - повторила Юлия совершенно искренним голосом.
"Ну, когда еще в таком положении дело, так это пустяки, вздор!" -
успокоил себя мысленно Виссарион.
- Так у вас, может быть, все это одним пуфом и кончится? - присовокупил
он.
- Всего вероятнее!.. - сказала Юлия, и голос ее при этом дрожал:
сознавая, что она не в состоянии уже будет повторить своего признания
Вихрову, она решилась сама ничего не предпринимать, а выжидать, что будет;
но Виссарион был не такого характера. Он любил все и как можно скорей
доводить до полной ясности. Услыхав, что Вихров вернулся со следствия, но к
ним все-таки нейдет, он сказал сестре не без досады:
- Что же этот ваш возлюбленный не жалует?
В ответ на это Юлия устремила только на брата умоляющий взор.
- Пошли за ним, если хочешь... - присовокупил Виссарион.
- Если он не хочет идти, зачем же посылать за ним? - возразила Юлия.
- Ну, так я сам пойду к нему и посмотрю, что он там делает, - произнес
почти со злобою Виссарион: ему до души было жаль сестры.
Когда Вихрову сказали, что пришел Захаревский, он, по какому-то
предчувствию, как бы отгадывая причину его прихода, невольно сконфузился. У
Виссариона не сорвалось это с глазу.
"Он однако потрухивает, как видно, меня?" - подумал он про себя.
- Что это, батюшка, вы за штуку выкинули? - произнес он затем вслух. -
Уехали совсем из города и не зашли даже проститься.
- Невозможно было: губернатор меня экстренно послал и под присмотром
еще попа.
- Что за вздор такой - экстренно послал?.. Невозможно