донес
ему, что лошади готовы, но что они стоят у квартиры становой - и та не
велела им отъезжать, потому что чиновник к ней еще зайдет. Вихров послал
другой раз старосту сказать, что он не зайдет к ней, потому что ему некогда,
и чтобы лошади подъехали к его избе. Староста сходил с этим приказанием и,
возвратясь, объявил, что становая не отпускает лошадей и требует чиновника к
себе. Вихрова взорвало это; он пошел, чтобы ругательски разругать ее.
- Что это такое вы делаете - не даете мне лошадей! - воскликнул он,
входя к ней в залу, в которой на столе были уже расставлены закуска и вина
разные.
- Ты не горлань, а лучше выпей водочки! - сказала она ему.
- Не хочу я вашей водочки! - кричал он.
- Ты вот погоди, постой! Не благуй! - унимала она его. - Я вот тебе
дело скажу: ты начальству своему заяви, чтобы они попа этого убрали отсюда,
а то у него из единоверия опять все уйдут в раскол; не по нраву он пришелся
народу, потому строг - вдруг девицам причастья не дает, изобличает их перед
всеми. Мужик придет к нему за требой - непременно требует, чтобы в телеге
приезжал и чтобы ковер ему в телеге был: "Ты, говорит, не меня, а сан мой
почитать должен!" Кто теперь на улице встретится, хоть малый ребенок, и
шапки перед ним не снимет, он сейчас его в церковь - и на колени: у нас
народ этого не любит!
- Ну, только? - спросил Вихров. - Прощайте!
- Погоди, не спеши больно!.. Что у тебя дома-то - не горит ведь!
Раскольники-то ходатая к тебе прислали, сто целковых он тебе принес от них,
позамни маненько дело-то!
Вихров усмехнулся и покачал головой.
- Что же, этот ходатай здесь, что ли? - спросил он.
- Здесь стоит, дожидается.
- Ну, позовите его ко мне!
Становая пошла и привела мужика с плутоватыми, бегающими глазами.
- Ты мне сто целковых принес? - спросил его Вихров.
- Да-с! - отвечал мужик и торопливо полез себе за пазуху, чтобы
достать, вероятно, деньги.
- Не трудись их вынимать, а, напротив, дай мне расписку, что я их не
взял у тебя! - сказал Вихров и, подойдя к столу, написал такого рода
расписку. - Подпишись, - прибавил он, подвигая ее к мужику.
Тот побледнел и недоумевал.
- Подпишись, а не то я дело из-за этого начну и тебя потяну! - произнес
Вихров явно уже сердитым голосом.
Мужик посмотрел на становую, которая тоже стояла сконфуженная и только
как-то насильственно старалась улыбнуться.
- Подпишись уж лучше! - сказала она мужику.
Тот дрожащею рукой подписался и затем, подобрав свою шапку, ушел с
совершенно растерянным лицом.
- Ну, паря, модник ты, я вижу, да еще и какой! - сказала Вихрову
становая укоризненным голосом, когда они остались вдвоем.
- А вы, извините меня, очень глупы! - возразил он ей.
- Где уж нам таким умником быть, как ты! Не все такие ученые, -
произнесла становая в одно и то же время насмешливым и оробевшим голосом.
Вихров взялся снова за фуражку, чтобы уехать.
- Не пущу, ни за что не пущу без закуски, а не то сама лягу у дверей на
пороге!.. - закричала становая - и в самом деле сделала движение, что как
будто бы намерена была лечь на пол.
Вихров лучше уже решился исполнить ее желание, тем более, что и есть
ему хотелось. Он сел и начал закусывать. Становая, очень довольная этим,
поместилась рядом с ним и положила ему руку на плечо.
- А что, с Фа
ему, что лошади готовы, но что они стоят у квартиры становой - и та не
велела им отъезжать, потому что чиновник к ней еще зайдет. Вихров послал
другой раз старосту сказать, что он не зайдет к ней, потому что ему некогда,
и чтобы лошади подъехали к его избе. Староста сходил с этим приказанием и,
возвратясь, объявил, что становая не отпускает лошадей и требует чиновника к
себе. Вихрова взорвало это; он пошел, чтобы ругательски разругать ее.
- Что это такое вы делаете - не даете мне лошадей! - воскликнул он,
входя к ней в залу, в которой на столе были уже расставлены закуска и вина
разные.
- Ты не горлань, а лучше выпей водочки! - сказала она ему.
- Не хочу я вашей водочки! - кричал он.
- Ты вот погоди, постой! Не благуй! - унимала она его. - Я вот тебе
дело скажу: ты начальству своему заяви, чтобы они попа этого убрали отсюда,
а то у него из единоверия опять все уйдут в раскол; не по нраву он пришелся
народу, потому строг - вдруг девицам причастья не дает, изобличает их перед
всеми. Мужик придет к нему за требой - непременно требует, чтобы в телеге
приезжал и чтобы ковер ему в телеге был: "Ты, говорит, не меня, а сан мой
почитать должен!" Кто теперь на улице встретится, хоть малый ребенок, и
шапки перед ним не снимет, он сейчас его в церковь - и на колени: у нас
народ этого не любит!
- Ну, только? - спросил Вихров. - Прощайте!
- Погоди, не спеши больно!.. Что у тебя дома-то - не горит ведь!
Раскольники-то ходатая к тебе прислали, сто целковых он тебе принес от них,
позамни маненько дело-то!
Вихров усмехнулся и покачал головой.
- Что же, этот ходатай здесь, что ли? - спросил он.
- Здесь стоит, дожидается.
- Ну, позовите его ко мне!
Становая пошла и привела мужика с плутоватыми, бегающими глазами.
- Ты мне сто целковых принес? - спросил его Вихров.
- Да-с! - отвечал мужик и торопливо полез себе за пазуху, чтобы
достать, вероятно, деньги.
- Не трудись их вынимать, а, напротив, дай мне расписку, что я их не
взял у тебя! - сказал Вихров и, подойдя к столу, написал такого рода
расписку. - Подпишись, - прибавил он, подвигая ее к мужику.
Тот побледнел и недоумевал.
- Подпишись, а не то я дело из-за этого начну и тебя потяну! - произнес
Вихров явно уже сердитым голосом.
Мужик посмотрел на становую, которая тоже стояла сконфуженная и только
как-то насильственно старалась улыбнуться.
- Подпишись уж лучше! - сказала она мужику.
Тот дрожащею рукой подписался и затем, подобрав свою шапку, ушел с
совершенно растерянным лицом.
- Ну, паря, модник ты, я вижу, да еще и какой! - сказала Вихрову
становая укоризненным голосом, когда они остались вдвоем.
- А вы, извините меня, очень глупы! - возразил он ей.
- Где уж нам таким умником быть, как ты! Не все такие ученые, -
произнесла становая в одно и то же время насмешливым и оробевшим голосом.
Вихров взялся снова за фуражку, чтобы уехать.
- Не пущу, ни за что не пущу без закуски, а не то сама лягу у дверей на
пороге!.. - закричала становая - и в самом деле сделала движение, что как
будто бы намерена была лечь на пол.
Вихров лучше уже решился исполнить ее желание, тем более, что и есть
ему хотелось. Он сел и начал закусывать. Становая, очень довольная этим,
поместилась рядом с ним и положила ему руку на плечо.
- А что, с Фа