овился? У вас, что ли? - прибавила она священнику.
- У меня-с, - отвечал тот.
- В мурье-то у него - на клопах да на комарах! Я бы тебя на мягкую
постельку уложила, побаюкала бы и полюлюкала!.. Что это переловил ребят-то?
- прибавила она, показывая головой на раскольников.
- А все это ваш супруг причиной тому: держит моленную незапертою, тогда
как она запечатана даже должна быть, - заметил ей священник.
- Это кто вам, батюшко, донес так да отрапортовал о том - нет-с!
Извините! Я нарочно все дело захватила - читайте-ка!.. - проговорила
становая и, молодцевато развернув принесенное с собою дело, положила его на
стол.
- Читай, читай!.. - повторила она священнику.
В одном предписании в самом деле было сказано: на моленную в селе
Корчакове оставить незапечатанною и отдать ее в ведение и под присмотр
земской полиции с тем, чтобы из оной раскольниками не были похищаемы и
разносимы иконы".
- Только бы не были расхищаемы и уносимы иконы - понял? - отнеслась
становая к священнику. - А они все тут; есть еще и лишние.
- Моленная не должна быть запечатана, - повторил и Вихров.
Священник пожал только плечами.
- Но сборища в ней все-таки не могли быть дозволены, особенно для
единоверцев, - возразил он, - и ваш супруг, я знаю, раз словил их; но потом,
взяв с них по рублю с человека, отпустил.
- Это как вы знаете, кто вам объяснил это? - возразила ему становая
насмешливо, - на исповеди, что ли, кто вам открыл про то!.. Так вам самому
язык за это вытянут, коли вы рассказываете, что на духу вам говорят; вот они
все тут налицо, - прибавила она, махнув головой на раскольников. - Когда вас
муж захватывал и обирал по рублю с души? - обратилась она к тем.
- Не было того-с, - отвечали из них некоторые, и все при этом держали
головы потупленными.
- Чем на других-то, иерей честной, указывать, не лучше ли прежде на
себя взглянуть: пастырь сердцем добрым и духом кротким привлекает к себе
паству; при вашем предшественнике никогда у них никаких делов не было, а при
вас пошли...
- Зато и единоверия не было! - возразил ей священник.
- Я уже этого не знаю - я баба; а говорю, что в народе толкуют.
Изволь-ка вот ты написать, - прибавила она Вихрову, - что в предписании мужу
сказано насчет моленной; да и мужиков всех опроси, что никогда не было,
чтобы брали с них!
Такие почти повелительные распоряжения становой сделались, наконец,
Вихрову досадны.
- Все это очень хорошо - и будет сделано; но вам-то здесь быть
совершенно неприлично! - сказал он.
- Уйду, уйду, не навеки к вам пришла, - сказала она, поднимаясь, -
только ты зайди ко мне потом; мне тебе нужно по этому делу сказать -
понимаешь ты, по этому самому делу, чтобы ты сказал о том начальству своему.
- Хорошо, зайду, - отвечал Вихров, чтобы только отвязаться от нее:
почему становая говорила ему ты и назвала его другом сердечным - он понять
не мог.
Та между тем встала и пошла; проходя мимо мужиков, она подмигнула им.
- Не робейте, паря, не больно поддавайтесь!
Вихров, отобрав все допросы и написав со священником подробное
постановление о захвате раскольников в моленной, хотел было сейчас же и
уехать в город - и поэтому послал за земскими почтовыми лошадьми; но тех
что-то долго не приводили. Он велел старосте поторопить; тот сходил и
- У меня-с, - отвечал тот.
- В мурье-то у него - на клопах да на комарах! Я бы тебя на мягкую
постельку уложила, побаюкала бы и полюлюкала!.. Что это переловил ребят-то?
- прибавила она, показывая головой на раскольников.
- А все это ваш супруг причиной тому: держит моленную незапертою, тогда
как она запечатана даже должна быть, - заметил ей священник.
- Это кто вам, батюшко, донес так да отрапортовал о том - нет-с!
Извините! Я нарочно все дело захватила - читайте-ка!.. - проговорила
становая и, молодцевато развернув принесенное с собою дело, положила его на
стол.
- Читай, читай!.. - повторила она священнику.
В одном предписании в самом деле было сказано: на моленную в селе
Корчакове оставить незапечатанною и отдать ее в ведение и под присмотр
земской полиции с тем, чтобы из оной раскольниками не были похищаемы и
разносимы иконы".
- Только бы не были расхищаемы и уносимы иконы - понял? - отнеслась
становая к священнику. - А они все тут; есть еще и лишние.
- Моленная не должна быть запечатана, - повторил и Вихров.
Священник пожал только плечами.
- Но сборища в ней все-таки не могли быть дозволены, особенно для
единоверцев, - возразил он, - и ваш супруг, я знаю, раз словил их; но потом,
взяв с них по рублю с человека, отпустил.
- Это как вы знаете, кто вам объяснил это? - возразила ему становая
насмешливо, - на исповеди, что ли, кто вам открыл про то!.. Так вам самому
язык за это вытянут, коли вы рассказываете, что на духу вам говорят; вот они
все тут налицо, - прибавила она, махнув головой на раскольников. - Когда вас
муж захватывал и обирал по рублю с души? - обратилась она к тем.
- Не было того-с, - отвечали из них некоторые, и все при этом держали
головы потупленными.
- Чем на других-то, иерей честной, указывать, не лучше ли прежде на
себя взглянуть: пастырь сердцем добрым и духом кротким привлекает к себе
паству; при вашем предшественнике никогда у них никаких делов не было, а при
вас пошли...
- Зато и единоверия не было! - возразил ей священник.
- Я уже этого не знаю - я баба; а говорю, что в народе толкуют.
Изволь-ка вот ты написать, - прибавила она Вихрову, - что в предписании мужу
сказано насчет моленной; да и мужиков всех опроси, что никогда не было,
чтобы брали с них!
Такие почти повелительные распоряжения становой сделались, наконец,
Вихрову досадны.
- Все это очень хорошо - и будет сделано; но вам-то здесь быть
совершенно неприлично! - сказал он.
- Уйду, уйду, не навеки к вам пришла, - сказала она, поднимаясь, -
только ты зайди ко мне потом; мне тебе нужно по этому делу сказать -
понимаешь ты, по этому самому делу, чтобы ты сказал о том начальству своему.
- Хорошо, зайду, - отвечал Вихров, чтобы только отвязаться от нее:
почему становая говорила ему ты и назвала его другом сердечным - он понять
не мог.
Та между тем встала и пошла; проходя мимо мужиков, она подмигнула им.
- Не робейте, паря, не больно поддавайтесь!
Вихров, отобрав все допросы и написав со священником подробное
постановление о захвате раскольников в моленной, хотел было сейчас же и
уехать в город - и поэтому послал за земскими почтовыми лошадьми; но тех
что-то долго не приводили. Он велел старосте поторопить; тот сходил и