ик, когда экипаж
стал приближаться к усадьбе.
- Какие же это могут быть дамы? - спросил Павел с волнением в голосе и,
не утерпев долее дожидаться, вышел на крыльцо, чтобы поскорее увидеть, кто
такие приехали.
Коляска, запряженная четвернею, вкатилась на двор. В одной из дам Павел
узнал m-me Фатееву, а в другой - m-lle Прыхину.
- Боже мой! - говорил он радостно, и сам отпер у коляски дверцу, когда
экипаж остановился перед крыльцом.
- Вот, вы не хотели ко мне приехать, так я к вам приехала, - говорила
Фатеева, слегка опираясь на руку Павла, когда выскакивала из коляски, а
потом дружески пожала ему руку.
Он почувствовал, что рука ее сильно при этом дрожала. Что касается до
наружности, то она значительно похорошела: прежняя, несколько усиленная
худоба в ней прошла, и она сделалась совершенно бель-фам{217}, но грустное
выражение в лице по-прежнему, впрочем, оставалось.
- Monsieur Вихров не хотел меня пригласить к себе, но я сама к нему
тоже приехала! - повторила за своей приятельницей и m-lle Прыхина с своею
обычно развязною манерой.
- Познакомьте меня с вашим отцом, - сказала m-me Фатеева торопливо
Павлу. Голос ее при этом был неровен.
- Непременно! - отвечал он и торопливо повел обеих дам к полковнику.
- Это madame Фатеева! - сказал он отцу.
- Очень рад, - отвечал полковник, привставая со своего места.
- Я давно, Михаил Поликарпович, желала быть у вас, - начала как бы
совершенно искренним голосом m-me Фатеева, - и муж мой тоже, но он теперь
уехал в вологодское имение свое и - как воротится, так непременно будет у
вас.
- Благодарю покорно! - говорил полковник, стоя перед нею, немного
наклонившись и растопырив руки.
- Да вы сядьте, пожалуйста, - проговорила m-me Фатеева, слегка
дотрогиваясь до полковника и усаживая его, - вас, я слышала, очень тревожат
раны ваши несносные.
- Не столько, я полагаю, раны, сколько лета мои.
- А с сыном вашим мы давно друзья, - продолжала Фатеева.
- Слышал это, - произнес полковник с улыбкой.
- И мы с вами - соседи весьма недальние: не больше тридцати верст.
- Ну, будут и все сорок, - сказал полковник. По его тону весьма было
заметно, что у него некоторый гвоздь сидел в голове против Фатеевой. "Барыня
шалунья!" - думал он про себя.
М-lle Прыхина, все время стоявшая перед полковником, точно солдат,
навытяжке и дожидавшаяся, когда придет ее очередь рекомендоваться Михаилу
Поликарповичу, воспользовавшись первой минутой молчания Фатеевой, сейчас же
отнеслась к нему:
- А мне позвольте представиться... я - Прыхина.
- Дочь казначея, вероятно, нашего? - произнес, и перед нею склоняя
голову, полковник.
- Точно так. Отец мой тридцать лет казначеем! - проговорила она с
какою-то гордостью, обращаясь к Павлу, и затем, поведя как-то носом по
воздуху, прибавила: - Какой вид тут у вас прекрасный - премиленький!
- Да, недурной, - отвечал полковник, несколько пораженный ее бойкостью.
М-me Фатеева между тем села с Павлом несколько в стороне на диване. Он
был почти в лихорадке: пожатие прелестной ручки m-me Фатеевой пронзило как
бы электрическими иглами все тело его.
- Что же, ваша история с Постеном кончилась? - спросил он ее
вполголоса.
- Давно, - отвечала она ему тоже тихо.
- Как же вы приехали к вашему мужу?
- Я сначала написала к н
стал приближаться к усадьбе.
- Какие же это могут быть дамы? - спросил Павел с волнением в голосе и,
не утерпев долее дожидаться, вышел на крыльцо, чтобы поскорее увидеть, кто
такие приехали.
Коляска, запряженная четвернею, вкатилась на двор. В одной из дам Павел
узнал m-me Фатееву, а в другой - m-lle Прыхину.
- Боже мой! - говорил он радостно, и сам отпер у коляски дверцу, когда
экипаж остановился перед крыльцом.
- Вот, вы не хотели ко мне приехать, так я к вам приехала, - говорила
Фатеева, слегка опираясь на руку Павла, когда выскакивала из коляски, а
потом дружески пожала ему руку.
Он почувствовал, что рука ее сильно при этом дрожала. Что касается до
наружности, то она значительно похорошела: прежняя, несколько усиленная
худоба в ней прошла, и она сделалась совершенно бель-фам{217}, но грустное
выражение в лице по-прежнему, впрочем, оставалось.
- Monsieur Вихров не хотел меня пригласить к себе, но я сама к нему
тоже приехала! - повторила за своей приятельницей и m-lle Прыхина с своею
обычно развязною манерой.
- Познакомьте меня с вашим отцом, - сказала m-me Фатеева торопливо
Павлу. Голос ее при этом был неровен.
- Непременно! - отвечал он и торопливо повел обеих дам к полковнику.
- Это madame Фатеева! - сказал он отцу.
- Очень рад, - отвечал полковник, привставая со своего места.
- Я давно, Михаил Поликарпович, желала быть у вас, - начала как бы
совершенно искренним голосом m-me Фатеева, - и муж мой тоже, но он теперь
уехал в вологодское имение свое и - как воротится, так непременно будет у
вас.
- Благодарю покорно! - говорил полковник, стоя перед нею, немного
наклонившись и растопырив руки.
- Да вы сядьте, пожалуйста, - проговорила m-me Фатеева, слегка
дотрогиваясь до полковника и усаживая его, - вас, я слышала, очень тревожат
раны ваши несносные.
- Не столько, я полагаю, раны, сколько лета мои.
- А с сыном вашим мы давно друзья, - продолжала Фатеева.
- Слышал это, - произнес полковник с улыбкой.
- И мы с вами - соседи весьма недальние: не больше тридцати верст.
- Ну, будут и все сорок, - сказал полковник. По его тону весьма было
заметно, что у него некоторый гвоздь сидел в голове против Фатеевой. "Барыня
шалунья!" - думал он про себя.
М-lle Прыхина, все время стоявшая перед полковником, точно солдат,
навытяжке и дожидавшаяся, когда придет ее очередь рекомендоваться Михаилу
Поликарповичу, воспользовавшись первой минутой молчания Фатеевой, сейчас же
отнеслась к нему:
- А мне позвольте представиться... я - Прыхина.
- Дочь казначея, вероятно, нашего? - произнес, и перед нею склоняя
голову, полковник.
- Точно так. Отец мой тридцать лет казначеем! - проговорила она с
какою-то гордостью, обращаясь к Павлу, и затем, поведя как-то носом по
воздуху, прибавила: - Какой вид тут у вас прекрасный - премиленький!
- Да, недурной, - отвечал полковник, несколько пораженный ее бойкостью.
М-me Фатеева между тем села с Павлом несколько в стороне на диване. Он
был почти в лихорадке: пожатие прелестной ручки m-me Фатеевой пронзило как
бы электрическими иглами все тело его.
- Что же, ваша история с Постеном кончилась? - спросил он ее
вполголоса.
- Давно, - отвечала она ему тоже тихо.
- Как же вы приехали к вашему мужу?
- Я сначала написала к н