дым днем;
Ася объявляет г. Н., что крылья у нее выросли, да лететь некуда, а потом
признается брату, что она любит этого господина. "Уверяю вас, - говорит
Гагин в разговоре с Н., - мы с вами, благоразумные люди, и представить себе
не можем, как она глубоко чувствует и с какой невероятной силой
высказываются в ней эти чувства; это находит на нее так же неожиданно и так
же неотразимо, как гроза". Действительно, чувство Аси высказывается не
одними словами и слезами; оно доводит ее до действия: забывая всякую
предосторожность, отлагая в сторону всякую ложную гордость, она назначает
любимому человеку свидание, и тут-то, при этом случае, высказывается в
полной яркости превосходство свежей, энергической девушки над вялым
продуктом великосветской, условно-этикетной жизни. Посмотрите, чем рискует
Ася, и посмотрите, чего боится Н.? Идя на свидание, Ася, конечно, не знала,
чем оно может кончиться; свидание это было назначено без всякой цели, по
неотразимой потребности сказать любимому человеку наедине что-то такое, чего
и сама Ася ясно не сознавала; свидевшись с H. у фрау Луиз, она так
безраздельно отдалась впечатлению минуты, что потеряла и желание и
способность сопротивляться чему бы то ни было; она безусловно доверилась, не
слыхавши от Н. ни одного слова любви; бессознательная робость молодой
девушки и сознательная боязнь лишиться доброго имени - все умолкло перед
настоятельными, неотразимыми требованиями чувства.
Если можно благоговеть перед чем бы то ни было, то всего разумнее и
изящнее будет с благоговением остановиться перед этою силою чувства: это
такой двигатель, для которого не существует непреодолимых трудностей; при
всякой борьбе между людьми одолеет рано или поздно та партия, на стороне
которой находится наибольшая сумма энергического чувства; человек, вносящий
в жизнь пылкое желание наслаждаться, горячую, энергическую любовь к жизни,
наверное достигнет желаемого счастья, если ему не свалится на голову
какой-нибудь нелепый камень. Только вялость и апатия вязнут в трясине, не
умея осилить ни материальную нужду, ни людское недоброжелательство. Femme le
veut, Dieu le veut {Чего хочет женщина - того хочет бог (франц.). - Ред.} -
эта поговорка живет у французов со времен рыцарства, и в ней есть
значительная доля правды: чего, чего не наделает любящая женщина? Какие
новые силы не пробудятся в ней под влиянием ее чувства? Если бы
действительно (как утверждают противники так называемой эмансипации женщин)
у женщины не было ничего, кроме способности любить, то и тогда еще
неизвестно, чья природа оказалась бы крепче и богаче интеллектуальными
дарами - природа мужчины или природа женщины? В разбираемой мною повести
неразвитая, полудикая девушка одною силою своего чувства становится
неизмеримо выше молодого человека, у которого есть и ум, и образование, и
современное развитие. Она на все решилась, не остановилась даже перед тою
мыслью, что может огорчить брата, единственного человека в мире, которого
она любит; она пошла навстречу осуждению и позору, страданию и домашнему
горю, а он, он... на чем он запнулся? Стыдно сказать, а умалчивать незачем.
На том, читатели, - что его жене на визитных карточках неудобно будет
написать: m-me N., nee une telle. {Г-жа Н., урожденная такая-то (франц.). -
Ред.
Ася объявляет г. Н., что крылья у нее выросли, да лететь некуда, а потом
признается брату, что она любит этого господина. "Уверяю вас, - говорит
Гагин в разговоре с Н., - мы с вами, благоразумные люди, и представить себе
не можем, как она глубоко чувствует и с какой невероятной силой
высказываются в ней эти чувства; это находит на нее так же неожиданно и так
же неотразимо, как гроза". Действительно, чувство Аси высказывается не
одними словами и слезами; оно доводит ее до действия: забывая всякую
предосторожность, отлагая в сторону всякую ложную гордость, она назначает
любимому человеку свидание, и тут-то, при этом случае, высказывается в
полной яркости превосходство свежей, энергической девушки над вялым
продуктом великосветской, условно-этикетной жизни. Посмотрите, чем рискует
Ася, и посмотрите, чего боится Н.? Идя на свидание, Ася, конечно, не знала,
чем оно может кончиться; свидание это было назначено без всякой цели, по
неотразимой потребности сказать любимому человеку наедине что-то такое, чего
и сама Ася ясно не сознавала; свидевшись с H. у фрау Луиз, она так
безраздельно отдалась впечатлению минуты, что потеряла и желание и
способность сопротивляться чему бы то ни было; она безусловно доверилась, не
слыхавши от Н. ни одного слова любви; бессознательная робость молодой
девушки и сознательная боязнь лишиться доброго имени - все умолкло перед
настоятельными, неотразимыми требованиями чувства.
Если можно благоговеть перед чем бы то ни было, то всего разумнее и
изящнее будет с благоговением остановиться перед этою силою чувства: это
такой двигатель, для которого не существует непреодолимых трудностей; при
всякой борьбе между людьми одолеет рано или поздно та партия, на стороне
которой находится наибольшая сумма энергического чувства; человек, вносящий
в жизнь пылкое желание наслаждаться, горячую, энергическую любовь к жизни,
наверное достигнет желаемого счастья, если ему не свалится на голову
какой-нибудь нелепый камень. Только вялость и апатия вязнут в трясине, не
умея осилить ни материальную нужду, ни людское недоброжелательство. Femme le
veut, Dieu le veut {Чего хочет женщина - того хочет бог (франц.). - Ред.} -
эта поговорка живет у французов со времен рыцарства, и в ней есть
значительная доля правды: чего, чего не наделает любящая женщина? Какие
новые силы не пробудятся в ней под влиянием ее чувства? Если бы
действительно (как утверждают противники так называемой эмансипации женщин)
у женщины не было ничего, кроме способности любить, то и тогда еще
неизвестно, чья природа оказалась бы крепче и богаче интеллектуальными
дарами - природа мужчины или природа женщины? В разбираемой мною повести
неразвитая, полудикая девушка одною силою своего чувства становится
неизмеримо выше молодого человека, у которого есть и ум, и образование, и
современное развитие. Она на все решилась, не остановилась даже перед тою
мыслью, что может огорчить брата, единственного человека в мире, которого
она любит; она пошла навстречу осуждению и позору, страданию и домашнему
горю, а он, он... на чем он запнулся? Стыдно сказать, а умалчивать незачем.
На том, читатели, - что его жене на визитных карточках неудобно будет
написать: m-me N., nee une telle. {Г-жа Н., урожденная такая-то (франц.). -
Ред.