ть.
На эту брошюру похожа по своей внешности биография княгини Ольги;
кажется, она составлена тем же автором; на обеих книжках написано "соч. Н.
С.", и обе они представляют значительное сходство в литературном отношении.
Приемы построения совершенно те же. Точно так же какая-то личность,
называющая себя, т. е. говорящая от своего имени, подходит к группе
деревенских мальчиков и девочек, собравшихся вокруг учителя. Роль дяди Тита
Антоныча в этой брошюре играет приходский священник отец Павел. От перемены
имени не переменяется манера изложения; она представляет ту же утомительную
бесцветность, которою в высокой степени отличалось повествование дяди Тита;
в этой брошюре эта утомительность еще заметнее, потому что от исторического
рассказа мы требуем того, чего нельзя ожидать от поучительного слова. Но уж
таково свойство бездарности, что она вносит холод и скуку во все, за что ни
берется. Рассказ о жизни Ольги шибко сбивается на проповедь; он составлен по
житию св. Ольги и осязательно показывает, как мало автор умел
воспользоваться своими источниками. История, сколько мне кажется, даже в
настоящее время нужна для народного образования: фон исторической картины,
колорит места и времени, подробности, рисующие громадную, хотя отвлеченную
личность народа, должны обратить на себя все внимание историка, способного
писать для народа, т. е. излагать свои идеи просто и популярно. Пусть на
атом фоне выделяются и выступают перед воображение читателя личности
отдельных исторических деятелей и работников. Народу необходимы исторические
идеи; из этих идей формируются убеждения, составляется миросозерцание. Но
чем нужнее какой-нибудь предмет, тем строже надо быть в его выборе, тем
неумолимее надо клеймить неудачные и бессмысленные попытки. В биографии
княгини Ольги - бедность содержания, бесцветность изложения отсутствие
всякой исторической идеи поражают на каждой строке. Автор рассказывает, что
древляне убили Игоря, что жена Игоря Ольга отметила за него, что потом в 955
году она приняла христианство, потом видела видение, а наконец умерла. Вот
вам и историческая идея, и местный колорит, и физиономия фактов. Точно так
же можно было бы рассказать какую-нибудь деревенскую сплетню, не изменяя
обстановки, потому именно, что обстановки нет и тени. О древлянах не сказано
даже, что они жили в лесистой стране и отличались от полян дикостью и
суровостью; имени полян не встречается во всем рассказе. Сказано, что князь
Рюрик был первый русский государь, и это последнее выражение оставлено без
всякого пояснения. Грамотный мужик, имеющий понятие о теперешних границах
России и о значении слова государь, может себе представить, что Рюрик был то
же, что теперь император, что он владел такою же территориею, имел такой яге
двор и штат министров, что он вел такой же образ жизни и, пожалуй даже, что
его резиденциею был Петербург и Зимний дворец. Ведь популярное изложение
состоит именно в том, чтобы каждое слово было объяснено и вызывало в уме
читателя именно то представление, которое вы хотите вызвать. Вы должны
предвидеть самое полное незнание, предполагать возможность самой грубой
ошибки и приступать к делу, почувствовав в себе достаточно сил, чтобы
разбить это невежество и устранить упорное заблуждение. Это очень трудно, но
кто же и говорит, чтобы добросовестное исполнение задачи популя
На эту брошюру похожа по своей внешности биография княгини Ольги;
кажется, она составлена тем же автором; на обеих книжках написано "соч. Н.
С.", и обе они представляют значительное сходство в литературном отношении.
Приемы построения совершенно те же. Точно так же какая-то личность,
называющая себя, т. е. говорящая от своего имени, подходит к группе
деревенских мальчиков и девочек, собравшихся вокруг учителя. Роль дяди Тита
Антоныча в этой брошюре играет приходский священник отец Павел. От перемены
имени не переменяется манера изложения; она представляет ту же утомительную
бесцветность, которою в высокой степени отличалось повествование дяди Тита;
в этой брошюре эта утомительность еще заметнее, потому что от исторического
рассказа мы требуем того, чего нельзя ожидать от поучительного слова. Но уж
таково свойство бездарности, что она вносит холод и скуку во все, за что ни
берется. Рассказ о жизни Ольги шибко сбивается на проповедь; он составлен по
житию св. Ольги и осязательно показывает, как мало автор умел
воспользоваться своими источниками. История, сколько мне кажется, даже в
настоящее время нужна для народного образования: фон исторической картины,
колорит места и времени, подробности, рисующие громадную, хотя отвлеченную
личность народа, должны обратить на себя все внимание историка, способного
писать для народа, т. е. излагать свои идеи просто и популярно. Пусть на
атом фоне выделяются и выступают перед воображение читателя личности
отдельных исторических деятелей и работников. Народу необходимы исторические
идеи; из этих идей формируются убеждения, составляется миросозерцание. Но
чем нужнее какой-нибудь предмет, тем строже надо быть в его выборе, тем
неумолимее надо клеймить неудачные и бессмысленные попытки. В биографии
княгини Ольги - бедность содержания, бесцветность изложения отсутствие
всякой исторической идеи поражают на каждой строке. Автор рассказывает, что
древляне убили Игоря, что жена Игоря Ольга отметила за него, что потом в 955
году она приняла христианство, потом видела видение, а наконец умерла. Вот
вам и историческая идея, и местный колорит, и физиономия фактов. Точно так
же можно было бы рассказать какую-нибудь деревенскую сплетню, не изменяя
обстановки, потому именно, что обстановки нет и тени. О древлянах не сказано
даже, что они жили в лесистой стране и отличались от полян дикостью и
суровостью; имени полян не встречается во всем рассказе. Сказано, что князь
Рюрик был первый русский государь, и это последнее выражение оставлено без
всякого пояснения. Грамотный мужик, имеющий понятие о теперешних границах
России и о значении слова государь, может себе представить, что Рюрик был то
же, что теперь император, что он владел такою же территориею, имел такой яге
двор и штат министров, что он вел такой же образ жизни и, пожалуй даже, что
его резиденциею был Петербург и Зимний дворец. Ведь популярное изложение
состоит именно в том, чтобы каждое слово было объяснено и вызывало в уме
читателя именно то представление, которое вы хотите вызвать. Вы должны
предвидеть самое полное незнание, предполагать возможность самой грубой
ошибки и приступать к делу, почувствовав в себе достаточно сил, чтобы
разбить это невежество и устранить упорное заблуждение. Это очень трудно, но
кто же и говорит, чтобы добросовестное исполнение задачи популя