Воспоминания


прикидываться дураковатым и
безпечным шалопаем, был ловкiй рвач, но и щедрый мот, владeл богатым русским
языком, все русское знал и чувствовал как очень немногiе... Вел он себя в
эмиграцiи нерeдко и впрямь "Алешкой", хулиганом, был частым гостем у богатых
людей, которых заглаза называл сволочью, и всe знали это и всетаки все
прощали ему: что ж, мол, взять с Алешки! По наружности он был породист,
рослый, плотный, бритое полное лицо его было женственно, пенсне при слегка
откинутой головe весьма помогало ему имeть в случаях 202 надобности
высокомeрное выраженiе; одeт и обут он был всегда дорого и добротно, ходил
носками внутрь, -- признак натуры упорной, настойчивой, -- постоянно играл
какую-нибудь роль, говорил на множество ладов, все мeняя выраженiе лица, то
бормотал, то кричал тонким бабьим голосом, иногда, в каком-нибудь "салонe",
сюсюкал как великосвeтскiй фат, хохотал чаще всего как-то неожиданно,
удивленно, выпучивая глаза и даваясь, крякая, eл и пил много и жадно, в
гостях напивался и объeдался, по его собственному выраженiю, до безобразiя,
но, проснувшись, на другой день, тотчас обматывал голову мокрым полотенцем и
садился за работу: работник был он первоклассный.
Был ли он дeйствительно графом Толстым? Большевики народ хитрый, они
дают свeдeнiя о его родословной двусмысленно, неопредeленно, -- напримeр,
так:
"А. Н. Толстой родился в 1883 году, в бывшей самарской губернiи, и
дeтство провел в небольшом имeнiи второго мужа его матери, Алексeя Бострома,
который был образованным человeком и матерiалистом..."
Тут без хитрости сказано только одно: "родился в 1883 году, в бывшей
самарской губернiи..." Но гдe именно? В имeнiи графа Николая Толстого или
Бострома? Об этом ни слова, говорится только о том, гдe прошло его дeтство.
Кромe того, полным молчанiем обходится всегда граф Николай Толстой, так,
точно он и не существовал на свeтe: полная неизвeстность, что за человeк он
был, гдe жил, чeм занимался, видeлся ли когда-нибудь хоть раз в жизни с тeм,
кто весь свой вeк носил его имя, а от его титула отрекся только тогда, когда
возвратился 203 из эмиграцiи в Россiю. Сам он за всe годы нашего с ним
прiятельства и при той откровенности, которую он так часто проявлял по
отношенiю ко мнe, тоже никогда, ни единым звуком не обмолвился о графe
Николай Толстом... За всeм тeм касаюсь я его родословной только по той
причинe, что, до своего возвращенiя в Россiю, он постоянно козырял своим
титулом, спекулировал им и в литературe и в жизни. Страсть ко всяческим
житейским благам и к прiобрeтенiю их настолько велика была у него, что,
возвратившись в Россiю, он в угоду Кремлю и совeтской черни тотчас же
принялся не только за писанiе гнусных сценарiев, но и за сочиненiя пасквилей
на тeх самых буржуев, которых он объeдал, опивал, обирал "в долг" в
эмиграцiи, и за нелeпeйшiя измышленiя о каких-то звeрствах, которыми будто
бы занимались в Парижe русскiе "бeлогвардейцы".
Совершенно правильны, вeроятно, свeдeнiя о том, когда он родился и гдe
прошло его дeтство. Но что было дальше? По свидeтельству его совeтских
бiографiй, снабженных его собственными автобiографическими показанiями, было
вот что:
"В 1905 году, во время первой русской революцiи, Толстой писал
революцiонные стихи. В слeдующем году, когда царскiе сатрапы превращали всю
страну в тюремный ла