Иван Иванович с досадою, потому что действи-
тельно начинал уже сердиться.
- А вы, Иван Иванович, настоящий гусак3.
Если бы Иван Никифорович не сказал этого слова, то они бы поспорили
между собою и разошлись, как всегда, приятелями; но теперь произошло
совсем другое. Иван Иванович весь вспыхнул.
- Что вы такое сказали, Иван Никифорович? - спросил он, возвысив го-
лос.
- Я сказал, что вы похожи на гусака, Иван Иванович!
- Как же вы смели, сударь, позабыв и приличие и уважение к чину и фа-
милии человека, обесчестить таким поносным именем?
- Что ж тут поносного? Да чего вы, в самом деле, так размахались ру-
ками, Иван Иванович?
- Я повторяю, как вы осмелились, в противность всех приличий, назвать
меня гусаком?
- Начхать я вам на голову, Иван Иванович! Что вы так раскудахтались?
Иван Иванович не мог более владеть собою: губы его дрожали; рот изме-
нил обыкновенное положение ижицы, а сделался похожим на О: глазами он
так мигал, что сделалось страшно. Это было у Ивана Ивановича чрезвычайно
редко. Нужно было для этого его сильно рассердить.
- Так я ж вам объявляю, - произнес Иван Иванович, - что я знать вас
не хочу!
- Большая беда! ей-богу, не заплачу от этого! - отвечал Иван Никифо-
рович.
Лгал, лгал, ей-богу, лгал! ему очень было досадно это.
- Нога моя не будет у вас в доме
- Эге-ге! - сказал Иван Никифорович, с досады не зная сам, что де-
лать, и, против обыкновения, встав на ноги. - Эй, баба, хлопче! - При
сем показалась из-за дверей та самая тощая баба и небольшого роста
мальчик, запутанный в длинный и широкий сюртук. - Возьмите Ивана Ивано-
вича за руки да выведите его за двери!
- Как! Дворянина? - закричал с чувством достоинства и негодования
Иван Иванович. - Осмельтесь только! подступите! Я вас уничтожу с глупым
вашим паном! Ворон не найдет места вашего! (Иван Иванович говорил нео-
быкновенно сильно, когда душа его бывала потрясена.)
Вся группа представляла сильную картину: Иван Никифорович, стоявший
посреди комнаты в полной красоте своей без всякого украшения! Баба, ра-
зинувшая рот и выразившая на лице самую бессмысленную, исполненную стра-
ха мину! Иван Иванович с поднятою вверх рукою, как изображались римские
трибуны! Это была необыкновенная минута! спектакль великолепный! И между
тем только один был зрителем: это был мальчик в неизмеримом сюртуке, ко-
торый стоял довольно покойно и чистил пальцем свой нос.
Наконец Иван Иванович взял шапку свою.
- Очень хорошо поступаете вы, Иван Никифорович! прекрасно! Я это при-
помню вам.
- Ступайте, Иван Иванович, ступайте!да глядите, не попадайтесь мне: а
не то я вам, Иван Иванович, всю морду побью!
- Вот вам за это, Иван Никифорович! - отвечал Иван Иванович, выставив
ему кукиш и хлопнув за собою дверью, которая с визгом захрипела и отво-
рилась снова.
Иван Никифорович показался в дверях и что-то хотел присовокупить, но
Иван Иванович уже не оглядывался и летел со двора.
Глава III,
ЧТО ПРОИЗОШЛО ПОСЛЕ ССОРЫ ИВАНА ИВАНОВИЧА С ИВАНОМ НИКИФОРОВИЧЕМ?
Итак, два почтенные мужа, честь и украшение Миргорода, поссорились
между собою! и за что? за вздор, за гусака. Не захотели видеть друг дру-
га, прервали все связи, между тем как прежде были известны за самых не-
разлучных друзей! Каждый день, бывало, Иван Иванович и Иван Никифорович
посылают друг к другу узнать о здоровье и часто переговариваются друг с
другом с своих
тельно начинал уже сердиться.
- А вы, Иван Иванович, настоящий гусак3.
Если бы Иван Никифорович не сказал этого слова, то они бы поспорили
между собою и разошлись, как всегда, приятелями; но теперь произошло
совсем другое. Иван Иванович весь вспыхнул.
- Что вы такое сказали, Иван Никифорович? - спросил он, возвысив го-
лос.
- Я сказал, что вы похожи на гусака, Иван Иванович!
- Как же вы смели, сударь, позабыв и приличие и уважение к чину и фа-
милии человека, обесчестить таким поносным именем?
- Что ж тут поносного? Да чего вы, в самом деле, так размахались ру-
ками, Иван Иванович?
- Я повторяю, как вы осмелились, в противность всех приличий, назвать
меня гусаком?
- Начхать я вам на голову, Иван Иванович! Что вы так раскудахтались?
Иван Иванович не мог более владеть собою: губы его дрожали; рот изме-
нил обыкновенное положение ижицы, а сделался похожим на О: глазами он
так мигал, что сделалось страшно. Это было у Ивана Ивановича чрезвычайно
редко. Нужно было для этого его сильно рассердить.
- Так я ж вам объявляю, - произнес Иван Иванович, - что я знать вас
не хочу!
- Большая беда! ей-богу, не заплачу от этого! - отвечал Иван Никифо-
рович.
Лгал, лгал, ей-богу, лгал! ему очень было досадно это.
- Нога моя не будет у вас в доме
- Эге-ге! - сказал Иван Никифорович, с досады не зная сам, что де-
лать, и, против обыкновения, встав на ноги. - Эй, баба, хлопче! - При
сем показалась из-за дверей та самая тощая баба и небольшого роста
мальчик, запутанный в длинный и широкий сюртук. - Возьмите Ивана Ивано-
вича за руки да выведите его за двери!
- Как! Дворянина? - закричал с чувством достоинства и негодования
Иван Иванович. - Осмельтесь только! подступите! Я вас уничтожу с глупым
вашим паном! Ворон не найдет места вашего! (Иван Иванович говорил нео-
быкновенно сильно, когда душа его бывала потрясена.)
Вся группа представляла сильную картину: Иван Никифорович, стоявший
посреди комнаты в полной красоте своей без всякого украшения! Баба, ра-
зинувшая рот и выразившая на лице самую бессмысленную, исполненную стра-
ха мину! Иван Иванович с поднятою вверх рукою, как изображались римские
трибуны! Это была необыкновенная минута! спектакль великолепный! И между
тем только один был зрителем: это был мальчик в неизмеримом сюртуке, ко-
торый стоял довольно покойно и чистил пальцем свой нос.
Наконец Иван Иванович взял шапку свою.
- Очень хорошо поступаете вы, Иван Никифорович! прекрасно! Я это при-
помню вам.
- Ступайте, Иван Иванович, ступайте!да глядите, не попадайтесь мне: а
не то я вам, Иван Иванович, всю морду побью!
- Вот вам за это, Иван Никифорович! - отвечал Иван Иванович, выставив
ему кукиш и хлопнув за собою дверью, которая с визгом захрипела и отво-
рилась снова.
Иван Никифорович показался в дверях и что-то хотел присовокупить, но
Иван Иванович уже не оглядывался и летел со двора.
Глава III,
ЧТО ПРОИЗОШЛО ПОСЛЕ ССОРЫ ИВАНА ИВАНОВИЧА С ИВАНОМ НИКИФОРОВИЧЕМ?
Итак, два почтенные мужа, честь и украшение Миргорода, поссорились
между собою! и за что? за вздор, за гусака. Не захотели видеть друг дру-
га, прервали все связи, между тем как прежде были известны за самых не-
разлучных друзей! Каждый день, бывало, Иван Иванович и Иван Никифорович
посылают друг к другу узнать о здоровье и часто переговариваются друг с
другом с своих