вот даже кто-то ворвался, вот сзади
Синтяниной послышался электрический треск и за спиной у нее что-то блеснуло
и все осветилось светло-голубым пламенем.
Александра Ивановна обернулась и увидала, что на полу, возле шлейфа ее
платья, горела спичка.
Генеральша сообразила, что она, верно, зажгла спичку, наступив на нее,
и быстро отбросила ее от себя дальше ногой; но чуть лишь блеснул на полете
этот слабый огонь, она с ужасом ясно увидела очень странную вещь, скрытый
портрет Флоры, с выколотыми глазами, тихо спускался из-под кутавшей его
занавесы и, качаясь с угла на угол, шел к ней...
- Нет, Флора, не надо, не надо, уйди! - вскрикнула Синтянина, быстро
кинувшись в испуге в противоположный угол, и тотчас же сама устыдилась
своего страха и крика.
"Может быть, ничего этого и не было и мне только показалось, а я, между
тем, подняла такой шум?" - подумала она, оправляясь.
Но между тем, должно быть, что-то было, потому что в спальне снова
послышалось черканье спички, и два удара косточкой тонкого пальчика по столу
возвестили, что Вера не спит.
Александра Ивановна оборотилась и увидела трепещущий свет; Вера сидела
в постели и зажигала спичкой свечу.
"Не она ли и минуту тому назад зажгла и бросила спичку? Я, забывшись,
могла и не слыхать этого, но... Господи! портрет действительно стоит пред
столом! Он действительно сошел со стены и... он шел, но он остановился!"
Синтянина остолбенела и не трогалась.
Вера взяла в руки портрет и позвала мачеху.
- Зачем ты ее так оскорбила? - спросила она своими знаками генеральшу.
- Это нехорошо, смотри, она тобой теперь огорчена.
Александра Ивановна вздрогнула, сделала два шага к Вере и, торопливо
озираясь, сказала рукой:
- Куда ты заставляешь меня смотреть?
- Назад.
- Чего?.. Кто там? скажи мне: я робею...
- Гляди!.. Она оскорблена... Зачем ее бояться?
- - Не пугай меня, Вера! Я сегодня больна! Я никого не оскорбила. Но
девочка все острей и острей глядела в одну точку и не обращала внимания на
последние мачехины слова.
- Гляди, гляди! - показывала она, ведя пальцем руки по воздуху.
- Ах, отстань, Вера!.. Не пугай!..
- Я не пугаю!.. Я не пугаю... Она здесь... ты тихо, тихо стой... вот,
вот... не трогайся... не шевелись... она идет к тебе... она возле тебя...
- Оставь, прошу тебя, оставь, - шептала генеральша, растерявшись, стыня
от внезапного охватившего ее холодного тока.
- Какая добрая! - продолжала сообщать Вера и вдруг, задыхаясь, схватила
мачеху за руку и сказала:
- Бери, бери скорей... она тебе дает... Ах, ты, неловкая!.. теперь
упало! И в это же мгновение по полу действительно что-то стукнуло и
покатилось.
Александра Ивановна оглянулась вокруг и не видела ничего, что бы могло
причинить этот стук, но Вера скользнула под стол, и Синтянина ощутила на
пальце своей опущенной руки холодное кольцо.
Она подняла руку: да; ей это не казалось, - это было действительно
настоящее кольцо, ровное, простое золотое кольцо.
Изумлению ее не было меры. Она торопливо взяла это кольцо и посмотрела
внутрь: видно было, что здесь когда-то была вырезана надпись, но потом
сцарапана ножом и тщательно затерта.
- Откуда же оно взялось?
Вера тихо указала пальцем на угол протертого полотна в портрете: тут
теперь была прореха и с испода значок от долго здесь лежавшего кольца
Синтяниной послышался электрический треск и за спиной у нее что-то блеснуло
и все осветилось светло-голубым пламенем.
Александра Ивановна обернулась и увидала, что на полу, возле шлейфа ее
платья, горела спичка.
Генеральша сообразила, что она, верно, зажгла спичку, наступив на нее,
и быстро отбросила ее от себя дальше ногой; но чуть лишь блеснул на полете
этот слабый огонь, она с ужасом ясно увидела очень странную вещь, скрытый
портрет Флоры, с выколотыми глазами, тихо спускался из-под кутавшей его
занавесы и, качаясь с угла на угол, шел к ней...
- Нет, Флора, не надо, не надо, уйди! - вскрикнула Синтянина, быстро
кинувшись в испуге в противоположный угол, и тотчас же сама устыдилась
своего страха и крика.
"Может быть, ничего этого и не было и мне только показалось, а я, между
тем, подняла такой шум?" - подумала она, оправляясь.
Но между тем, должно быть, что-то было, потому что в спальне снова
послышалось черканье спички, и два удара косточкой тонкого пальчика по столу
возвестили, что Вера не спит.
Александра Ивановна оборотилась и увидела трепещущий свет; Вера сидела
в постели и зажигала спичкой свечу.
"Не она ли и минуту тому назад зажгла и бросила спичку? Я, забывшись,
могла и не слыхать этого, но... Господи! портрет действительно стоит пред
столом! Он действительно сошел со стены и... он шел, но он остановился!"
Синтянина остолбенела и не трогалась.
Вера взяла в руки портрет и позвала мачеху.
- Зачем ты ее так оскорбила? - спросила она своими знаками генеральшу.
- Это нехорошо, смотри, она тобой теперь огорчена.
Александра Ивановна вздрогнула, сделала два шага к Вере и, торопливо
озираясь, сказала рукой:
- Куда ты заставляешь меня смотреть?
- Назад.
- Чего?.. Кто там? скажи мне: я робею...
- Гляди!.. Она оскорблена... Зачем ее бояться?
- - Не пугай меня, Вера! Я сегодня больна! Я никого не оскорбила. Но
девочка все острей и острей глядела в одну точку и не обращала внимания на
последние мачехины слова.
- Гляди, гляди! - показывала она, ведя пальцем руки по воздуху.
- Ах, отстань, Вера!.. Не пугай!..
- Я не пугаю!.. Я не пугаю... Она здесь... ты тихо, тихо стой... вот,
вот... не трогайся... не шевелись... она идет к тебе... она возле тебя...
- Оставь, прошу тебя, оставь, - шептала генеральша, растерявшись, стыня
от внезапного охватившего ее холодного тока.
- Какая добрая! - продолжала сообщать Вера и вдруг, задыхаясь, схватила
мачеху за руку и сказала:
- Бери, бери скорей... она тебе дает... Ах, ты, неловкая!.. теперь
упало! И в это же мгновение по полу действительно что-то стукнуло и
покатилось.
Александра Ивановна оглянулась вокруг и не видела ничего, что бы могло
причинить этот стук, но Вера скользнула под стол, и Синтянина ощутила на
пальце своей опущенной руки холодное кольцо.
Она подняла руку: да; ей это не казалось, - это было действительно
настоящее кольцо, ровное, простое золотое кольцо.
Изумлению ее не было меры. Она торопливо взяла это кольцо и посмотрела
внутрь: видно было, что здесь когда-то была вырезана надпись, но потом
сцарапана ножом и тщательно затерта.
- Откуда же оно взялось?
Вера тихо указала пальцем на угол протертого полотна в портрете: тут
теперь была прореха и с испода значок от долго здесь лежавшего кольца