рой,
с той стороны, возвышался плотный строй тонких запыленных кипарисов,
похожих на длинные черно-серые веретена. Только сквозь широкие чугунные
ворота, похожие своей причудливой резьбой на кружево, можно было
рассмотреть уголок свежего, точно зеленый яркий шелк, газона, круглые
цветочные клумбы и вдали, на заднем плане, крытую сквозную аллею, всю
обвитую густым виноградом. Посредине газона стоял садовник, поливавший из
длинного рукава розы. Он прикрыл пальцем отверстие трубы, и от этого в
фонтане бесчисленных брызг солнце играло всеми цветами радуги.
Дедушка собирался было пройти мимо, но, заглянув в ворота, остановился
в недоумении.
- Подожди-ка малость, Сергей, - окликнул он мальчика. - Никак, там люди
шевелятся? Вот так история. Сколько лет здесь хожу, - и никогда ни души. А
ну-ка, вали, брат Сергей!
- "Дача Дружба", посторонним вход строго воспрещается, - прочитал
Сергей надпись, искусно выбитую на одном из столбов, поддерживавших
ворота.
- Дружба?.. - переспросил неграмотный дедушка. - Во-во! Это самое
настоящее слово - дружба. Весь день у нас заколодило, а уж тут мы с тобой
возьмем. Это я носом чую, на манер как охотничий пес. Арто, иси, собачий
сын! Вали смело, Сережа. Ты меня всегда спрашивай: уж я все знаю!
3
Дорожки сада были усыпаны ровным крупным гравием, хрустевшим под
ногами, а с боков обставлены большими розовыми раковинами. На клумбах, над
пестрым ковром из разноцветных трав, возвышались диковинные яркие цветы,
от которых сладко благоухал воздух. В водоемах журчала и плескалась
прозрачная вода; из красивых ваз, висевших в воздухе между деревьями,
спускались гирляндами вниз вьющиеся растения, а перед домом, на мраморных
столбах, стояли два блестящие зеркальные шара, в которых странствующая
труппа отразилась вверх ногами, в смешном, изогнутом и растянутом виде.
Перед балконом была большая утоптанная площадка. Сергей расстелил на
ней свой коврик, а дедушка, установив шарманку на палке, уже приготовился
вертеть ручку, как вдруг неожиданное и странное зрелище привлекло их
внимание.
На террасу из внутренних комнат выскочил как бомба, издавая
пронзительные крики, мальчик лет восьми или десяти. Он был в легком
матросском костюмчике, с обнаженными руками и голыми коленками. Белокурые
волосы, все в крупных локонах, растрепались у него небрежно по плечам.
Следом за мальчиком выбежало еще шесть человек: две женщины в фартуках;
старый толстый лакей во фраке, без усов и без бороды, но с длинными седыми
бакенбардами; сухопарая, рыжая, красноносая девица в синем клетчатом
платье; молодая, болезненного вида, но очень красивая дама в кружевном
голубом капоте и, наконец, толстый лысый господин в чесунчевой паре и в
золотых очках. Все они были сильно встревожены, махали руками, говорили
громко и даже толкали друг друга. Сразу можно было догадаться, что
причиной их беспокойства является мальчик в матросском костюме, так
внезапно вылетевший на террасу.
Между тем виновник этой суматохи, ни на секунду не прекращая своего
визга, с разбегу повалился животом на каменный пол, быстро перекатился на
спину и с сильным ожесточением принялся дрыгать руками и ногами во все
стороны. Взрослые засуетились вокруг него. Старый лакей во фраке прижимал
с умоляющим видом обе руки к накрахмаленной рубашке, тряс своими
с той стороны, возвышался плотный строй тонких запыленных кипарисов,
похожих на длинные черно-серые веретена. Только сквозь широкие чугунные
ворота, похожие своей причудливой резьбой на кружево, можно было
рассмотреть уголок свежего, точно зеленый яркий шелк, газона, круглые
цветочные клумбы и вдали, на заднем плане, крытую сквозную аллею, всю
обвитую густым виноградом. Посредине газона стоял садовник, поливавший из
длинного рукава розы. Он прикрыл пальцем отверстие трубы, и от этого в
фонтане бесчисленных брызг солнце играло всеми цветами радуги.
Дедушка собирался было пройти мимо, но, заглянув в ворота, остановился
в недоумении.
- Подожди-ка малость, Сергей, - окликнул он мальчика. - Никак, там люди
шевелятся? Вот так история. Сколько лет здесь хожу, - и никогда ни души. А
ну-ка, вали, брат Сергей!
- "Дача Дружба", посторонним вход строго воспрещается, - прочитал
Сергей надпись, искусно выбитую на одном из столбов, поддерживавших
ворота.
- Дружба?.. - переспросил неграмотный дедушка. - Во-во! Это самое
настоящее слово - дружба. Весь день у нас заколодило, а уж тут мы с тобой
возьмем. Это я носом чую, на манер как охотничий пес. Арто, иси, собачий
сын! Вали смело, Сережа. Ты меня всегда спрашивай: уж я все знаю!
3
Дорожки сада были усыпаны ровным крупным гравием, хрустевшим под
ногами, а с боков обставлены большими розовыми раковинами. На клумбах, над
пестрым ковром из разноцветных трав, возвышались диковинные яркие цветы,
от которых сладко благоухал воздух. В водоемах журчала и плескалась
прозрачная вода; из красивых ваз, висевших в воздухе между деревьями,
спускались гирляндами вниз вьющиеся растения, а перед домом, на мраморных
столбах, стояли два блестящие зеркальные шара, в которых странствующая
труппа отразилась вверх ногами, в смешном, изогнутом и растянутом виде.
Перед балконом была большая утоптанная площадка. Сергей расстелил на
ней свой коврик, а дедушка, установив шарманку на палке, уже приготовился
вертеть ручку, как вдруг неожиданное и странное зрелище привлекло их
внимание.
На террасу из внутренних комнат выскочил как бомба, издавая
пронзительные крики, мальчик лет восьми или десяти. Он был в легком
матросском костюмчике, с обнаженными руками и голыми коленками. Белокурые
волосы, все в крупных локонах, растрепались у него небрежно по плечам.
Следом за мальчиком выбежало еще шесть человек: две женщины в фартуках;
старый толстый лакей во фраке, без усов и без бороды, но с длинными седыми
бакенбардами; сухопарая, рыжая, красноносая девица в синем клетчатом
платье; молодая, болезненного вида, но очень красивая дама в кружевном
голубом капоте и, наконец, толстый лысый господин в чесунчевой паре и в
золотых очках. Все они были сильно встревожены, махали руками, говорили
громко и даже толкали друг друга. Сразу можно было догадаться, что
причиной их беспокойства является мальчик в матросском костюме, так
внезапно вылетевший на террасу.
Между тем виновник этой суматохи, ни на секунду не прекращая своего
визга, с разбегу повалился животом на каменный пол, быстро перекатился на
спину и с сильным ожесточением принялся дрыгать руками и ногами во все
стороны. Взрослые засуетились вокруг него. Старый лакей во фраке прижимал
с умоляющим видом обе руки к накрахмаленной рубашке, тряс своими