ты стукнуло, и она кивнула головой.
- Ну, вот-с, вот-с, - говорил коровьев, - мы враги всяких
недомолвок и таинственностей. Ежегодно мессир дает один бал. Он
называется весенним балом полнолуния, или балом ста королей.
Народу!- Тут коровьев ухватился за щеку, как будто у него за-
болел зуб, - впрочем, я надеюсь, вы сами в этом убедитесь. Так
вот-с: мессир холост, как вы, конечно, сами понимаете. Но нужна
хозяйка, - коровьев развел руками, - согласитесь сами, без хо-
зяйки...
Маргарита слушала коровьева, стараясь не проронить ни сло-
ва, под сердцем у нее было холодно, надежда на счастье кружила
ее голову.
- Установилась традиция, - говорил далее коровьев, - хозяй-
ка бала должна непременно носить имя маргариты, - во-первых, а
во-вторых, она должна быть местной уроженкой. А мы, как изволи-
те видеть, путешествуем и в данное время находимся в москве.
Сто двадцать одну маргариту обнаружили мы в москве, и, верите
147
ли, - тут коровьев с отчаянием хлопнул себя по ляжке, - ни одна
не подходит. И, наконец, счастливая судьба...
Коровьев выразительно ухмыльнулся, наклоняя стан, и опять
похолодело сердце у маргариты.
- Короче!- Вскричал коровьев, - совсем коротко: вы не от-
кажетесь принять на себя эту обязанность?
- Не откажусь, - твердо ответила маргарита.
- Кончено!- Сказал коровьев и, подняв лампаду, добавил:-
прошу за мной.
Они пошли между колоннами и наконец выбрались в какой-то
другой зал, в котором почему-то сильно пахло лимоном, где слы-
шались какие-то шорохи и где что-то задело маргариту по голове.
Она вздрогнула.
- Не пугайтесь, - сладко успокоил коровьев, - беря мар-
гариту под руку, - бальные ухищрения бегемота, ничего более. И
вообще я позволю себе смелость посоветовать вам, маргарита ни-
колаевна, никогда и ничего не бояться. Это неразумно. Бал будет
пышный, не стану скрывать от вас этого. Мы увидим лиц, об"ем
власти которых в свое время был чрезвычайно велик. Но, право,
как подумаешь о том, насколько микроскопически малы их возмож-
ности по сравнению с возможностями того, в чьей свите я имею
честь состоять, становится смешно и, даже я бы сказал, грустно.
Да и притом вы сами - королевской крови.
- Почему королевской крови?- Испуганно шепнула маргарита,
прижимаясь к коровьеву.
- Ах, королева, - игриво трещал коровьев, - вопросы крови-
самые сложные вопросы в мире! И если бы расспросить некоторых
прабабушек и в особенности тех из них, что пользовались репута-
цией смиренниц, удивительнейшие тайны открылись бы, уважаемая
маргарита николаевна. Я ничуть не погрешу, если, говоря об
этом, упомяну о причудливо тасуемой колоде карт. Есть вещи, в
которых совершенно недействительны ни сословные перегородки, ни
даже границы между государствами. Намекну: одна из французских
королев, жившая в шестнадцатом веке, надо полагать, очень изу-
милась бы, если бы кто-нибудь сказал ей, что ее прелестную пра-
прапраправнучку я по прошествии многих лет буду вести под руку
в москве по бальным залам. Но мы пришл
- Ну, вот-с, вот-с, - говорил коровьев, - мы враги всяких
недомолвок и таинственностей. Ежегодно мессир дает один бал. Он
называется весенним балом полнолуния, или балом ста королей.
Народу!- Тут коровьев ухватился за щеку, как будто у него за-
болел зуб, - впрочем, я надеюсь, вы сами в этом убедитесь. Так
вот-с: мессир холост, как вы, конечно, сами понимаете. Но нужна
хозяйка, - коровьев развел руками, - согласитесь сами, без хо-
зяйки...
Маргарита слушала коровьева, стараясь не проронить ни сло-
ва, под сердцем у нее было холодно, надежда на счастье кружила
ее голову.
- Установилась традиция, - говорил далее коровьев, - хозяй-
ка бала должна непременно носить имя маргариты, - во-первых, а
во-вторых, она должна быть местной уроженкой. А мы, как изволи-
те видеть, путешествуем и в данное время находимся в москве.
Сто двадцать одну маргариту обнаружили мы в москве, и, верите
147
ли, - тут коровьев с отчаянием хлопнул себя по ляжке, - ни одна
не подходит. И, наконец, счастливая судьба...
Коровьев выразительно ухмыльнулся, наклоняя стан, и опять
похолодело сердце у маргариты.
- Короче!- Вскричал коровьев, - совсем коротко: вы не от-
кажетесь принять на себя эту обязанность?
- Не откажусь, - твердо ответила маргарита.
- Кончено!- Сказал коровьев и, подняв лампаду, добавил:-
прошу за мной.
Они пошли между колоннами и наконец выбрались в какой-то
другой зал, в котором почему-то сильно пахло лимоном, где слы-
шались какие-то шорохи и где что-то задело маргариту по голове.
Она вздрогнула.
- Не пугайтесь, - сладко успокоил коровьев, - беря мар-
гариту под руку, - бальные ухищрения бегемота, ничего более. И
вообще я позволю себе смелость посоветовать вам, маргарита ни-
колаевна, никогда и ничего не бояться. Это неразумно. Бал будет
пышный, не стану скрывать от вас этого. Мы увидим лиц, об"ем
власти которых в свое время был чрезвычайно велик. Но, право,
как подумаешь о том, насколько микроскопически малы их возмож-
ности по сравнению с возможностями того, в чьей свите я имею
честь состоять, становится смешно и, даже я бы сказал, грустно.
Да и притом вы сами - королевской крови.
- Почему королевской крови?- Испуганно шепнула маргарита,
прижимаясь к коровьеву.
- Ах, королева, - игриво трещал коровьев, - вопросы крови-
самые сложные вопросы в мире! И если бы расспросить некоторых
прабабушек и в особенности тех из них, что пользовались репута-
цией смиренниц, удивительнейшие тайны открылись бы, уважаемая
маргарита николаевна. Я ничуть не погрешу, если, говоря об
этом, упомяну о причудливо тасуемой колоде карт. Есть вещи, в
которых совершенно недействительны ни сословные перегородки, ни
даже границы между государствами. Намекну: одна из французских
королев, жившая в шестнадцатом веке, надо полагать, очень изу-
милась бы, если бы кто-нибудь сказал ей, что ее прелестную пра-
прапраправнучку я по прошествии многих лет буду вести под руку
в москве по бальным залам. Но мы пришл