перчатки, и однако я был еще бог знает где, и чтобы попасть к вам на землю
предстояло еще перелететь пространство... конечно это один только миг, но
ведь и луч света от солнца идет целых восемь минут, а тут, представь, во
фраке и в открытом жилете. Духи не замерзают, но уж когда воплотился, то...
словом, светренничал, и пустился, а ведь в пространствах-то этих, в
эфире-то, в воде-то этой, яже бе над твердию, -- ведь это такой мороз... то
есть какое мороз, -- это уж и морозом назвать нельзя, можешь представить:
сто пятьдесят градусов ниже нуля! Известна забава деревенских девок: на
тридцатиградусном морозе предлагают новичку лизнуть топор; язык мгновенно
примерзает, и олух в кровь сдирает с него кожу; так ведь это только на
тридцати градусах, а на ста-то пятидесяти, да тут только палец, я думаю,
приложить к топору, и его как не бывало, если бы... только там мог
случиться топор...
-- А там может случиться топор? -- рассеянно и гадливо перебил вдруг Иван
Федорович. Он сопротивлялся изо всех сил, чтобы не поверить своему бреду и
не впасть в безумие окончательно.
-- Топор? -- переспросил гость в удивлении.
-- Ну да, чт[OACUTE] станется там с топором? -- с каким-то свирепым и
настойчивым упорством вдруг вскричал Иван Федорович.
-- Чт[OACUTE] станется в пространстве с топором? Quelle idee! Если куда
попадет подальше, то примется, я думаю, летать вокруг земли, caм не зная
зачем, в виде спутника. Астрономы вычислят восхождение и захождение топора,
Гатцук внесет в календарь, вот и всђ.
-- Ты глуп, ты ужасно глуп! -- строптиво сказал Иван, -- ври умнее, а то я
не буду слушать. Ты хочешь побороть меня реализмом, уверить меня, что ты
есть, но я не хочу верить, что ты есь! Не поверю!!
-- Да я и не вру, всђ правда; к сожалению правда почти всегда бывает
неостроумна. Ты, я вижу, решительно ждешь от меня чего-то великого, а может
быть и прекрасного. Это очень жаль, потому что я даю лишь то, чт[OACUTE]
могу...
-- Не философствуй, осел!
-- Какая тут философия, когда вся правая сторона отнялась, кряхчу и мычу.
Был у всей медицины: распознать умеют отлично, всю болезнь расскажут тебе
как по пальцам, ну а вылечить не умеют. Студентик тут один случился
восторженный: если вы, говорит, и умрете, то зато будете вполне знать от
какой болезни умерли! Опять-таки эта их манера отсылать к специалистам: мы
дескать только распознаем, а вот поезжайте к такому-то специалисту, он уже
вылечит. Совсем, совсем, я тебе скажу, исчез прежний доктор, который ото
всех болезней лечил, теперь только одни специалисты и всђ в газетах
публикуются. Заболи у тебя нос, тебя шлют в Париж: там дескать европейский
специалист носы лечит. Приедешь в Париж, он осмотрит нос: я вам, скажет,
только правую ноздрю могу вылечить, потому что левых ноздрей не лечу, это
не моя специальность, а поезжайте после меня в Вену, там вам особый
специалист левую ноздрю долечит. Что будешь делать? прибегнул к народным
средствам, один немец-доктор посоветовал в бане на полке медом с солью
вытереться. Я единственно, чтобы только в баню лишний раз сходить, пошел:
выпачкался весь, и никакой пользы. С отчаяния графу Маттеи в Милан написал:
прислал книгу и капли, бог с ним. И вообрази: мальц-экстракт Гоффа помог!
Купил нечаянно, выпил полторы стклянки, и хоть танцовать, всђ как рукой
сняло. Непременно положил ему "спасибо" в газетах напечатать, чувство
благодарности заговорило, и вот вообрази, тут уже другая история пошла: ни
в одной-то редакции не пр