думали я высеку-с? Что я Илюшечку возьму да сейчас и высеку пред
вами для вашего полного удовлетворения? Скоро вам это надо-с? -- проговорил
штабс-капитан, вдруг повернувшись к Алеше с таким жестом, как будто хотел
на него броситься. -- Жалею, сударь, о вашем пальчике, но не хотите ли --
я, прежде чем Илюшечку сечь, свои четыре пальца, сейчас же на ваших глазах,
для вашего справедливого удовлетворения, вот этим самым ножом оттяпаю.
Четырех-то пальцев, я думаю, вам будет довольно-с для утоления жажды
мщения-с, пятого не потребуете?.. -- Он вдруг остановился и как бы задохся.
Каждая черточка на его лице ходила и дергалась, глядел же с чрезвычайным
вызовом. Он был как бы в исступлении.
-- Я, кажется, теперь всђ понял. -- тихо и грустно ответил Алеша, продолжая
сидеть. -- Значит ваш мальчик -- добрый мальчик, любит отца и бросился на
меня как на брата вашего обидчика... Это я теперь понимаю, -- повторил он
раздумывая. -- Но брат мой Дмитрий Федорович раскаивается в своем поступке,
я знаю это, и если только ему возможно будет придти к вам, или всего лучше
свидеться с вами опять в том самом месте, то он попросит у вас при всех
прощения... если вы пожелаете.
-- То-есть вырвал бороденку и попросил извинения... Всђ дескать закончил и
удовлетворил, так ли-с?
-- О, нет, напротив, он сделает всђ, что вам будет угодно и как вам будет
угодно!
-- Так что если б я попросил его светлость стать на коленки предо мной в
этом самом трактире-с, -- "Столичный город" ему наименование, -- или на
площади-с, так он и стал бы ?
-- Да, он станет и на колени.
-- Пронзили-с. Прослезили меня и пронзили-с. Слишком наклонен чувствовать.
Позвольте же отрекомендоваться вполне: моя семья, мои две дочери и мой сын,
-- мой помет-с. Умру я, кто-то их возлюбит-с? А пока живу я, кто-то меня,
скверненького, кроме них возлюбит? Великое это дело устроил господь для
каждого человека в моем роде-с. Ибо надобно, чтоб и человека в моем роде
мог хоть кто-нибудь возлюбить-с...
-- Ах это совершенная правда! -- воскликнул Алеша.
-- Да полноте наконец паясничать, какой-нибудь дурак придет, а вы срамите!
-- вскрикнула неожиданно девушка у окна, обращаясь к отцу с брезгливою и
презрительною миной.
-- Повремените немного, Варвара Николавна, позвольте выдержать направление,
-- крикнул ей отец хотя и повелительным тоном, но однако весьма
одобрительно смотря на нее. -- Это уж у нас такой характер-с, -- повернулся
он опять к Алеше.
"И ничего во всей природе
Благословить он не хотел".
То-есть надо бы в женском роде: благословить она не хотела-с. Но теперь
позвольте вас представить и моей супруге: Вот-с Арина Петровна, дама без
ног-с, лет сорока трех, ноги ходят, да немножко-с. Из простых-с. Арина
Петровна, разгладьте черты ваши: вот Алексей Федорович Карамазов. Встаньте,
Алексей Федорович, -- он взял его за руку и с силой, которой даже нельзя
было ожидать от него, вдруг его приподнял: -- Вы даме представляетесь, надо
встать-с. Не тот-с Карамазов, маменька, который... гм и так далее, а брат
его, блистающий смиренными добродетелями. Позвольте, Арина Петровна,
позвольте, маменька, позвольте вашу ручку предварительно поцеловать.
И он почтительно, нежно даже поцеловал у супруги ручку. Девица у окна с
негодованием повернулась к сцене спиной, надменно вопросительное лицо
супруги вдруг выразило необыкновенную ласковость.
-- Здравствуйте, садитесь, г. Черномазов, -- проговорила она.
-- Карамазов, маменька, Карама
вами для вашего полного удовлетворения? Скоро вам это надо-с? -- проговорил
штабс-капитан, вдруг повернувшись к Алеше с таким жестом, как будто хотел
на него броситься. -- Жалею, сударь, о вашем пальчике, но не хотите ли --
я, прежде чем Илюшечку сечь, свои четыре пальца, сейчас же на ваших глазах,
для вашего справедливого удовлетворения, вот этим самым ножом оттяпаю.
Четырех-то пальцев, я думаю, вам будет довольно-с для утоления жажды
мщения-с, пятого не потребуете?.. -- Он вдруг остановился и как бы задохся.
Каждая черточка на его лице ходила и дергалась, глядел же с чрезвычайным
вызовом. Он был как бы в исступлении.
-- Я, кажется, теперь всђ понял. -- тихо и грустно ответил Алеша, продолжая
сидеть. -- Значит ваш мальчик -- добрый мальчик, любит отца и бросился на
меня как на брата вашего обидчика... Это я теперь понимаю, -- повторил он
раздумывая. -- Но брат мой Дмитрий Федорович раскаивается в своем поступке,
я знаю это, и если только ему возможно будет придти к вам, или всего лучше
свидеться с вами опять в том самом месте, то он попросит у вас при всех
прощения... если вы пожелаете.
-- То-есть вырвал бороденку и попросил извинения... Всђ дескать закончил и
удовлетворил, так ли-с?
-- О, нет, напротив, он сделает всђ, что вам будет угодно и как вам будет
угодно!
-- Так что если б я попросил его светлость стать на коленки предо мной в
этом самом трактире-с, -- "Столичный город" ему наименование, -- или на
площади-с, так он и стал бы ?
-- Да, он станет и на колени.
-- Пронзили-с. Прослезили меня и пронзили-с. Слишком наклонен чувствовать.
Позвольте же отрекомендоваться вполне: моя семья, мои две дочери и мой сын,
-- мой помет-с. Умру я, кто-то их возлюбит-с? А пока живу я, кто-то меня,
скверненького, кроме них возлюбит? Великое это дело устроил господь для
каждого человека в моем роде-с. Ибо надобно, чтоб и человека в моем роде
мог хоть кто-нибудь возлюбить-с...
-- Ах это совершенная правда! -- воскликнул Алеша.
-- Да полноте наконец паясничать, какой-нибудь дурак придет, а вы срамите!
-- вскрикнула неожиданно девушка у окна, обращаясь к отцу с брезгливою и
презрительною миной.
-- Повремените немного, Варвара Николавна, позвольте выдержать направление,
-- крикнул ей отец хотя и повелительным тоном, но однако весьма
одобрительно смотря на нее. -- Это уж у нас такой характер-с, -- повернулся
он опять к Алеше.
"И ничего во всей природе
Благословить он не хотел".
То-есть надо бы в женском роде: благословить она не хотела-с. Но теперь
позвольте вас представить и моей супруге: Вот-с Арина Петровна, дама без
ног-с, лет сорока трех, ноги ходят, да немножко-с. Из простых-с. Арина
Петровна, разгладьте черты ваши: вот Алексей Федорович Карамазов. Встаньте,
Алексей Федорович, -- он взял его за руку и с силой, которой даже нельзя
было ожидать от него, вдруг его приподнял: -- Вы даме представляетесь, надо
встать-с. Не тот-с Карамазов, маменька, который... гм и так далее, а брат
его, блистающий смиренными добродетелями. Позвольте, Арина Петровна,
позвольте, маменька, позвольте вашу ручку предварительно поцеловать.
И он почтительно, нежно даже поцеловал у супруги ручку. Девица у окна с
негодованием повернулась к сцене спиной, надменно вопросительное лицо
супруги вдруг выразило необыкновенную ласковость.
-- Здравствуйте, садитесь, г. Черномазов, -- проговорила она.
-- Карамазов, маменька, Карама