льно,
чего меня сравнивать с каким-то "советом министров"? Кто они, и кто Я? Я -
КОТ! Я происхожу от Тигров и Ягуаров, от Пантер и Леопардов, от Гепардов и
Рысей, наконец... Во мне же потрясающая наследственность!.. А что такое
"совет министров"? Л ю д и. И предок у них был один-единственный --
Обезьяна... Как иногда говорил Шура Плоткин, многие из них даже не закончили
процесс переходной формации. Или застряли посередине: вроде бы уже не
Обезьяна, но пока еще и не Человек... Я же КОТ - создание законченное и
совершенное. У меня даже языкового барьера нет. Пожалуйста - можете болтать
со мной на любом языке. Я вас пойму. А вот поймете ли вы меня - неизвестно.
Но это будут уже ваши проблемы. Как в случае с Водилой...
Кстати, о Водиле. Вот он меня похвалил, назвал "умницей" - и мне это
приятно и лестно. Хотя, когда меня хвалит кто-то из посторонних, мне на это
плевать с восьмого этажа. Я себе и сам цену знаю. Как меня только не
называли?! И "ловкий", и "смелый", и "сильный"... Только "красивый" - никто
никогда не говорил. Но я и не претендую. Вид у меня, действительно,
хамоватый: уши рваные, загривок торчком, через всю морду шрам, брыли
здоровущие...
Так вот, на комплименты посторонних я чихать хотел. Другое дело, если
Шура меня похвалит! Тут крылья появляются, летать хочется... Кстати, для
Шуры я даже очень красивый. Он много раз говорил, что я обладаю "не
салонной, а классической мужественной красотой воина". Звучит, да? Во всяком
случае, пока что мне еще ни одна кошка не отказала.
Теперь вернемся к Водиле. Он меня похвалил, и я на это клюнул! Значит,
он для меня становится не таким уж "посторонним"?.. А может быть, он тоже,
как и Шура Плоткин, читал, что сказал о нас Леонардо да Винчи? А великий
Леонардо сказал: "Даже самая маленькая Кошка - чудесное произведение!"
- Эй, Кыся! Заснул? - услышал я голос Водилы, и молния над моей головой
расстегнулась.
Ну-с, и где же ваше море?..
Ах, это пока еще каюта... Ну и каюта! У нас с Шурой дома сортир больше.
Окна нет, туалета нет, душа нет. Словно щель, узенький шкафчик, игрушечный
столик - максимум на одну бутылку и два бутерброда, духота и две койки -
одна над другой.
На нижней койке в одних джинсах, без туфель и рубашки, лежит и
старательно изображает спящего... Кто бы вы думали? Лысый! Оказывается, они
с моим Водилой в одной каюте плывут.
- Вот, Кыся, видишь, как мы живем? - тихо говорит мне Водила. - Самая,
что ни есть дешевка. Помыться, поссать, или еще чего, - беги в конец
коридора... Дышать нечем. Наши хозяева миллионами ворочают, а на нас
экономят, бля. Все никак от совковости не отскребутся! Нет, чтоб водилам
приличные условия создать - ну, не с окошком, хоть с иллюминатором... И чтоб
параша под боком, и душ какой-никакой. Мы ж месяцами на них горбатимся, день
и ночь из-за руля не вылезаем, тыщи и тыщи километров, а они...
Тут Лысый заворочался, глазами хлопает, жмурится, будто спросонок, -
ну, чистый фальшак! А мой лопух - все за звонкую монету:
- Проснулся? Извини, это мы тебя с Кысей, наверное, разбудили, Ну чего,
была у тебя та, светленькая? Которая в шортах выплясывала?
- А куда она денется? - говорит Лысый и ужасно ненатурально
потягивается. - Только ушла.
- Это с той самой поры, как я негритяночку в машину повел, ты и из
каюты не вы
чего меня сравнивать с каким-то "советом министров"? Кто они, и кто Я? Я -
КОТ! Я происхожу от Тигров и Ягуаров, от Пантер и Леопардов, от Гепардов и
Рысей, наконец... Во мне же потрясающая наследственность!.. А что такое
"совет министров"? Л ю д и. И предок у них был один-единственный --
Обезьяна... Как иногда говорил Шура Плоткин, многие из них даже не закончили
процесс переходной формации. Или застряли посередине: вроде бы уже не
Обезьяна, но пока еще и не Человек... Я же КОТ - создание законченное и
совершенное. У меня даже языкового барьера нет. Пожалуйста - можете болтать
со мной на любом языке. Я вас пойму. А вот поймете ли вы меня - неизвестно.
Но это будут уже ваши проблемы. Как в случае с Водилой...
Кстати, о Водиле. Вот он меня похвалил, назвал "умницей" - и мне это
приятно и лестно. Хотя, когда меня хвалит кто-то из посторонних, мне на это
плевать с восьмого этажа. Я себе и сам цену знаю. Как меня только не
называли?! И "ловкий", и "смелый", и "сильный"... Только "красивый" - никто
никогда не говорил. Но я и не претендую. Вид у меня, действительно,
хамоватый: уши рваные, загривок торчком, через всю морду шрам, брыли
здоровущие...
Так вот, на комплименты посторонних я чихать хотел. Другое дело, если
Шура меня похвалит! Тут крылья появляются, летать хочется... Кстати, для
Шуры я даже очень красивый. Он много раз говорил, что я обладаю "не
салонной, а классической мужественной красотой воина". Звучит, да? Во всяком
случае, пока что мне еще ни одна кошка не отказала.
Теперь вернемся к Водиле. Он меня похвалил, и я на это клюнул! Значит,
он для меня становится не таким уж "посторонним"?.. А может быть, он тоже,
как и Шура Плоткин, читал, что сказал о нас Леонардо да Винчи? А великий
Леонардо сказал: "Даже самая маленькая Кошка - чудесное произведение!"
- Эй, Кыся! Заснул? - услышал я голос Водилы, и молния над моей головой
расстегнулась.
Ну-с, и где же ваше море?..
Ах, это пока еще каюта... Ну и каюта! У нас с Шурой дома сортир больше.
Окна нет, туалета нет, душа нет. Словно щель, узенький шкафчик, игрушечный
столик - максимум на одну бутылку и два бутерброда, духота и две койки -
одна над другой.
На нижней койке в одних джинсах, без туфель и рубашки, лежит и
старательно изображает спящего... Кто бы вы думали? Лысый! Оказывается, они
с моим Водилой в одной каюте плывут.
- Вот, Кыся, видишь, как мы живем? - тихо говорит мне Водила. - Самая,
что ни есть дешевка. Помыться, поссать, или еще чего, - беги в конец
коридора... Дышать нечем. Наши хозяева миллионами ворочают, а на нас
экономят, бля. Все никак от совковости не отскребутся! Нет, чтоб водилам
приличные условия создать - ну, не с окошком, хоть с иллюминатором... И чтоб
параша под боком, и душ какой-никакой. Мы ж месяцами на них горбатимся, день
и ночь из-за руля не вылезаем, тыщи и тыщи километров, а они...
Тут Лысый заворочался, глазами хлопает, жмурится, будто спросонок, -
ну, чистый фальшак! А мой лопух - все за звонкую монету:
- Проснулся? Извини, это мы тебя с Кысей, наверное, разбудили, Ну чего,
была у тебя та, светленькая? Которая в шортах выплясывала?
- А куда она денется? - говорит Лысый и ужасно ненатурально
потягивается. - Только ушла.
- Это с той самой поры, как я негритяночку в машину повел, ты и из
каюты не вы