едлю ее выслать"**.
______________
* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 26-27.
** А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 28.
Бесспорно, что просьба Островского дошла до Писемского между 7 и 21
апреля и едва ли раньше, чем за неделю до последней даты. При огромной
служебной занятости Писемского он, конечно, не мог за этот небольшой срок
приготовить необработанный черновик второй части повести к печати. Вторую
часть Писемский обрабатывал летом 1850 года. 27 июня этого года он писал
А.Н.Островскому: "Вторую часть я не успею выслать до Вашего отъезда из
Москвы; но Вы заверьте редакцию, что я не замедлю выслать и вторую, - пусть
она мой роман принимает, цензорует и печатает"*.
______________
* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 28.
Об идейном замысле повести Писемский высказался в том же письме от 21
апреля 1850 года. "Главная моя мысль была та, чтобы в обыденной и весьма
обыкновенной жизни обыкновенных людей раскрыть драмы, которые каждое лицо
переживает по-своему. Ничего общественного я не касался и ограничивался
только одними семейными отношениями... Характеры моих героев я понимал так:
главное лицо Бешметев. Это личность по натуре полная и вместе с тем лишенная
юношеской энергии, видимо не сообщительная и получившая притом весьма
одностороннее, исключительно школьное образование. В первый раз он
встречается с жизнью по выходе из университета и по приезде домой. Но жизнь
эта его начинает не развивать, а терзать; и затем он, не имея никого и
ничего руководителем, начинает делать на житейском пути страшные глупости,
оканчивающиеся в первой части безумною женитьбою. Прочие характеры, как я
думаю, достаточно объясняют сами себя"*.
______________
* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 27-28.
Писемский, работая над "Тюфяком", учел уроки цензурной расправы с
первым романом. Если уже само первоначальное заглавие "Боярщины" - "Виновата
ли она?" - говорило о социальной заостренности повести и, стало быть,
настораживало цензора, то второе его произведение озаглавливалось намеренно
нейтрально: "Семейные драмы", "Бешметев" и, наконец, "Тюфяк". С этой же
целью - не дать цензуре явных поводов для запрета - Писемский избрал и
"нейтральный" сюжет.
В "Боярщине" семейный конфликт явно перерастает в конфликт общественный
в него втягивается не только все губернское дворянское общество, но и
губернские власти; больше того - губернатор, решивший удовлетворить просьбу
Сапеги, уверен в поддержке министра. Социальная подоснова семейно-бытового
конфликта в "Тюфяке" выявляется не с такой прямолинейностью. Действие
повести, кажется, не выходит из узкосемейных рамок. Но в действительности те
принципы углубления типичности, которые были применены в "Боярщине",
применялись и при создании "Тюфяка".
Высказывания Писемского о "Тюфяке" явно распадаются на две части,
причем у каждой из них, очевидно, различная целевая установка и различные
адреса. То место письма, где усиленно подчеркивается обыденность сюжета, где
уверяет Писемский "...ничего общественного я не касался", - звучит как
инструкция на случай разговора с цензором, а может быть, и издателем
"Москвитянина" - М.П.Погодиным. Что касается той части письма, где
истолковывается характер Бешметева, то она по своему смыслу диаметральн
______________
* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 26-27.
** А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 28.
Бесспорно, что просьба Островского дошла до Писемского между 7 и 21
апреля и едва ли раньше, чем за неделю до последней даты. При огромной
служебной занятости Писемского он, конечно, не мог за этот небольшой срок
приготовить необработанный черновик второй части повести к печати. Вторую
часть Писемский обрабатывал летом 1850 года. 27 июня этого года он писал
А.Н.Островскому: "Вторую часть я не успею выслать до Вашего отъезда из
Москвы; но Вы заверьте редакцию, что я не замедлю выслать и вторую, - пусть
она мой роман принимает, цензорует и печатает"*.
______________
* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 28.
Об идейном замысле повести Писемский высказался в том же письме от 21
апреля 1850 года. "Главная моя мысль была та, чтобы в обыденной и весьма
обыкновенной жизни обыкновенных людей раскрыть драмы, которые каждое лицо
переживает по-своему. Ничего общественного я не касался и ограничивался
только одними семейными отношениями... Характеры моих героев я понимал так:
главное лицо Бешметев. Это личность по натуре полная и вместе с тем лишенная
юношеской энергии, видимо не сообщительная и получившая притом весьма
одностороннее, исключительно школьное образование. В первый раз он
встречается с жизнью по выходе из университета и по приезде домой. Но жизнь
эта его начинает не развивать, а терзать; и затем он, не имея никого и
ничего руководителем, начинает делать на житейском пути страшные глупости,
оканчивающиеся в первой части безумною женитьбою. Прочие характеры, как я
думаю, достаточно объясняют сами себя"*.
______________
* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 27-28.
Писемский, работая над "Тюфяком", учел уроки цензурной расправы с
первым романом. Если уже само первоначальное заглавие "Боярщины" - "Виновата
ли она?" - говорило о социальной заостренности повести и, стало быть,
настораживало цензора, то второе его произведение озаглавливалось намеренно
нейтрально: "Семейные драмы", "Бешметев" и, наконец, "Тюфяк". С этой же
целью - не дать цензуре явных поводов для запрета - Писемский избрал и
"нейтральный" сюжет.
В "Боярщине" семейный конфликт явно перерастает в конфликт общественный
в него втягивается не только все губернское дворянское общество, но и
губернские власти; больше того - губернатор, решивший удовлетворить просьбу
Сапеги, уверен в поддержке министра. Социальная подоснова семейно-бытового
конфликта в "Тюфяке" выявляется не с такой прямолинейностью. Действие
повести, кажется, не выходит из узкосемейных рамок. Но в действительности те
принципы углубления типичности, которые были применены в "Боярщине",
применялись и при создании "Тюфяка".
Высказывания Писемского о "Тюфяке" явно распадаются на две части,
причем у каждой из них, очевидно, различная целевая установка и различные
адреса. То место письма, где усиленно подчеркивается обыденность сюжета, где
уверяет Писемский "...ничего общественного я не касался", - звучит как
инструкция на случай разговора с цензором, а может быть, и издателем
"Москвитянина" - М.П.Погодиным. Что касается той части письма, где
истолковывается характер Бешметева, то она по своему смыслу диаметральн