т его дери, отдышался... Побогатырствовал я, паря, тоже
на своем веку - довольно!
ЯВЛЕНИЕ II
Те же и управитель и за ним идет подьячий, в засаленных
брюках, в дырявых чулках, в худом камзоле и кафтане и в
вытертом рыжем парике.
Подьячий (оглядываясь кругом и махая на себя худым носовым платком).
Какой здесь воздух свободный и места восхитительные!
Митрич (не выдержав, чтобы не поговорить). Места здесь привольные,
легкие!
Управитель (осматривая аллею). Вс„ вы пообчистили тут?
Филька. Все-то-тко-с!
Митрич (с гордостью). Больше сделали, чем сказано было-с! (Раскрывая
тавлинку и подавая подьячему.) Смею просить об одолжении!
Подьячий. Приемлю! (Нюхает табак и отщелкивает пальцами.) Сами
стираете?
Митрич. Сам-с! И уж без золы-с, сумления не имейте, - терпеть всегда не
мог этого!
Управитель (Митричу). Поди-ка, старик, съезди на Бирючую отмель. Княжна
приехала, скоромного не кушает, а у нас щеки свежей рыбы нет: купи
стерлядей, а паче ершей и налимов... Поваренки-подлецы довели до чего: что
князь ничего теперь не кушает, так ничего при доме и держать не надо!
Митрич. Теперь дело к ночи, Николай Макарыч, вся ваша воля: ехать
опасно!.. На Волге баловство идет несосветимое!
Подьячий. Рапорт есть от водяной коммуникации поручика, - разбои
сильные происходят.
Управитель (Митричу). Так что же и сидеть все так дома, не ездить
никуды?..
Митрич. Да помилуйте, за что же я-то несчастнее всех?.. (Таинственным
голосом). Вон Семена Гаврилыча Бахирева управитель Грузинки, барское
поместье, продал, деньги-то господам повез ни много, ни мало двадцать тысяч:
на Тарутинском мосту остановили, самого избили, деньги похитили, лошадь
угнали, а господа думают, что он капитал этот весь у себя утаил, -
наказывают его, истязуют, и погибай, выходит, человек!
Управитель. Да ты, старый черт, с деньгами, что ли, поедешь?.. Много
что рыбу у тебя отнимут, а тебя, если и схватят, так на другой же день
отпустят назад, - ненадобен никому!
Митрич (обидясь). Что ж, ведь это про кажинного человека, пожалуй, то
же самое можно сказать!
Управитель. Про кажинного не про кажинного, а ты, старик, рассуди то:
не молокососов же мне посылать... А ты человек умный, толк в рыбе знаешь...
Дворецкого теперь на поселенье услали, на кого ж мне понадеяться?
Митрич (самодовольно). Толк мы в рыбе знаем почище ваших дворецких.
Управитель. То-то и есть... Князь теперь узнает и дворецким, может,
тебя сделает за то!.. Вон возьми Фильку с собой для безопасности и поезжайте
с богом.
Митрич (Фильке). Поедем, Филя!.. Жили, видно, при господах и умирать за
них надо!
Управитель. Не ропщи, старик, не ропщи!
Митрич (укоризненным голосом). Да я и не ропщу! Докладов-то только об
нас что-то мало господам бывает! Зависть все в человеках-то живет... (Уходит
с Филькой.)
ЯВЛЕНИЕ III
Управитель и подьячий.
Подьячий (почти со слезами в голосе). Осмелюсь вам доложить, - все жилы
живота моего подвело: алчу и жажду коликий уж день!
Управитель. Погодите маненько!.. Сейчас выйдут князь сюда, - вы им
доложите, а потом я вас поведу к себе: водочкой и пирожком угощу, баранинки
жареной дам.
Подьячий (голосом, исполненным
на своем веку - довольно!
ЯВЛЕНИЕ II
Те же и управитель и за ним идет подьячий, в засаленных
брюках, в дырявых чулках, в худом камзоле и кафтане и в
вытертом рыжем парике.
Подьячий (оглядываясь кругом и махая на себя худым носовым платком).
Какой здесь воздух свободный и места восхитительные!
Митрич (не выдержав, чтобы не поговорить). Места здесь привольные,
легкие!
Управитель (осматривая аллею). Вс„ вы пообчистили тут?
Филька. Все-то-тко-с!
Митрич (с гордостью). Больше сделали, чем сказано было-с! (Раскрывая
тавлинку и подавая подьячему.) Смею просить об одолжении!
Подьячий. Приемлю! (Нюхает табак и отщелкивает пальцами.) Сами
стираете?
Митрич. Сам-с! И уж без золы-с, сумления не имейте, - терпеть всегда не
мог этого!
Управитель (Митричу). Поди-ка, старик, съезди на Бирючую отмель. Княжна
приехала, скоромного не кушает, а у нас щеки свежей рыбы нет: купи
стерлядей, а паче ершей и налимов... Поваренки-подлецы довели до чего: что
князь ничего теперь не кушает, так ничего при доме и держать не надо!
Митрич. Теперь дело к ночи, Николай Макарыч, вся ваша воля: ехать
опасно!.. На Волге баловство идет несосветимое!
Подьячий. Рапорт есть от водяной коммуникации поручика, - разбои
сильные происходят.
Управитель (Митричу). Так что же и сидеть все так дома, не ездить
никуды?..
Митрич. Да помилуйте, за что же я-то несчастнее всех?.. (Таинственным
голосом). Вон Семена Гаврилыча Бахирева управитель Грузинки, барское
поместье, продал, деньги-то господам повез ни много, ни мало двадцать тысяч:
на Тарутинском мосту остановили, самого избили, деньги похитили, лошадь
угнали, а господа думают, что он капитал этот весь у себя утаил, -
наказывают его, истязуют, и погибай, выходит, человек!
Управитель. Да ты, старый черт, с деньгами, что ли, поедешь?.. Много
что рыбу у тебя отнимут, а тебя, если и схватят, так на другой же день
отпустят назад, - ненадобен никому!
Митрич (обидясь). Что ж, ведь это про кажинного человека, пожалуй, то
же самое можно сказать!
Управитель. Про кажинного не про кажинного, а ты, старик, рассуди то:
не молокососов же мне посылать... А ты человек умный, толк в рыбе знаешь...
Дворецкого теперь на поселенье услали, на кого ж мне понадеяться?
Митрич (самодовольно). Толк мы в рыбе знаем почище ваших дворецких.
Управитель. То-то и есть... Князь теперь узнает и дворецким, может,
тебя сделает за то!.. Вон возьми Фильку с собой для безопасности и поезжайте
с богом.
Митрич (Фильке). Поедем, Филя!.. Жили, видно, при господах и умирать за
них надо!
Управитель. Не ропщи, старик, не ропщи!
Митрич (укоризненным голосом). Да я и не ропщу! Докладов-то только об
нас что-то мало господам бывает! Зависть все в человеках-то живет... (Уходит
с Филькой.)
ЯВЛЕНИЕ III
Управитель и подьячий.
Подьячий (почти со слезами в голосе). Осмелюсь вам доложить, - все жилы
живота моего подвело: алчу и жажду коликий уж день!
Управитель. Погодите маненько!.. Сейчас выйдут князь сюда, - вы им
доложите, а потом я вас поведу к себе: водочкой и пирожком угощу, баранинки
жареной дам.
Подьячий (голосом, исполненным