язь Платон (княгине, показывая на Рыкова). Я хочу вам представить
вашего старого знакомого, только в новой шкуре... Как он вам нравится: к
лучшему или к худшему он изменился?
Княгиня (кидая Рыкову нежный взгляд). Простите меня, бога ради, Дмитрий
Яковлевич, что вам из-за меня делают такие оскорбления!
Князь Платон. Паче всего ей жаль его!.. Вам, может, даже поцеловать его
желательно... Извольте, не только разрешаю это, но даже приказываю: я хочу
видеть, так ли же вы целуете молодого медведя, как целовали прежде старого!
Княгиня и Рыков отворачиваются друг от друга.
(Княгине.) Я вас подвергну пытке, если вы не поцелуете его. (Рыкову.) Я
ее подвергну пытке, - целуйте ее скорей!
Рыков. Чтобы спасти несчастную, я готов все сделать! (Подходит и целует
княгиню.)
Княгиня. Хоть бы вы перед людьми вашими постыдились срамить так меня.
Если не боитесь суда человеческого, то есть суд божий!
Князь Платон. И вообразите, княгиня, суд божий также существует для
меня, для вас, для этого малого, для братца моего, и еще неизвестно, кто
будет на нем правее. Если я всегда ненавистен вам был, зачем же вы выходили
за меня замуж?
Княгиня. Не тридцати лет шла за вас, - что понимала?.. А промеж тем
отец хотел косу мне обрезать, в паневу одеть, если не пойду за вас...
Князь Платон. Жестокий родитель!.. Я всегда разумел его канальей. Вы же
обижались этим, говорили, что я из гордости не велю его пускать к себе в
дом; но, положим, то родитель; зачем же вы сами, не дальше, как вчера,
притворялись женой верной мне и нежной?
Княгиня. Жизнь всякому дорога: покажи раз вам нелюбовь, так давно бы
сидела в тюрьме, где очутилась теперь.
Князь Платон. Отчего же вы, по-нынешнему, по-модному, не убежали от
меня с вашим любовником?
Княгиня. Убежала бы, как бы грош свой какой был.
Князь Платон. Из-за грошей только не убегала?.. Не бесчестная ли вы
после того женщина? На мое богатство вы хотели жить в довольстве, в
почестях, носить мое княжеское имя и единовременно с тем, надругаючись и
надсмехаючись над моими сединами, потешаться с вашим любовником...
(Обращаясь к брату и показывая на Рыкова.) По французским законам, я мог
убить его, как собаку, безнаказанно; а по аглицким, ее (показывает на жену)
продать на площади; у нас только нет ничего против того; но я сам себе
напишу законы! (К жене.) Изготовили ли вы письмо, которое я вам приказал?
Княгиня. Написала.
Кадушкин (подавая письмо князю). Вон оно-то тко-сь.
Князь Платон (беря письмо и пробегая его). "Милостивый государь, князь
Платон Илларионович! Уведомляю вас, что сего числа бежала я от вас с
гатчинским офицером Рыковым и никогда не имею намерения прибыть к вам
обратно". (Обращаясь к брату.) Вот вы укоряли меня в неблагоразумии; а
посмотрите, как я осторожен: письмо это я буду показывать всем знакомым и
незнакомым, буду печаловаться и жаловаться, что меня, бедного, жена бросила;
а меж тем они будут сидеть тут, на веки веченские заключенные; потом я еще
женюсь на другой, молодой, и над их головами буду веселиться, пиры и банкеты
задавать, а они будут стенать в подземелье, - как вам нравится мой план, а?
Князь Сергей ничего не отвечает брату
и еще более отворачивается от него.
Рыков. Вы выжили, генерал, из ума: неужели вы думаете спр
вашего старого знакомого, только в новой шкуре... Как он вам нравится: к
лучшему или к худшему он изменился?
Княгиня (кидая Рыкову нежный взгляд). Простите меня, бога ради, Дмитрий
Яковлевич, что вам из-за меня делают такие оскорбления!
Князь Платон. Паче всего ей жаль его!.. Вам, может, даже поцеловать его
желательно... Извольте, не только разрешаю это, но даже приказываю: я хочу
видеть, так ли же вы целуете молодого медведя, как целовали прежде старого!
Княгиня и Рыков отворачиваются друг от друга.
(Княгине.) Я вас подвергну пытке, если вы не поцелуете его. (Рыкову.) Я
ее подвергну пытке, - целуйте ее скорей!
Рыков. Чтобы спасти несчастную, я готов все сделать! (Подходит и целует
княгиню.)
Княгиня. Хоть бы вы перед людьми вашими постыдились срамить так меня.
Если не боитесь суда человеческого, то есть суд божий!
Князь Платон. И вообразите, княгиня, суд божий также существует для
меня, для вас, для этого малого, для братца моего, и еще неизвестно, кто
будет на нем правее. Если я всегда ненавистен вам был, зачем же вы выходили
за меня замуж?
Княгиня. Не тридцати лет шла за вас, - что понимала?.. А промеж тем
отец хотел косу мне обрезать, в паневу одеть, если не пойду за вас...
Князь Платон. Жестокий родитель!.. Я всегда разумел его канальей. Вы же
обижались этим, говорили, что я из гордости не велю его пускать к себе в
дом; но, положим, то родитель; зачем же вы сами, не дальше, как вчера,
притворялись женой верной мне и нежной?
Княгиня. Жизнь всякому дорога: покажи раз вам нелюбовь, так давно бы
сидела в тюрьме, где очутилась теперь.
Князь Платон. Отчего же вы, по-нынешнему, по-модному, не убежали от
меня с вашим любовником?
Княгиня. Убежала бы, как бы грош свой какой был.
Князь Платон. Из-за грошей только не убегала?.. Не бесчестная ли вы
после того женщина? На мое богатство вы хотели жить в довольстве, в
почестях, носить мое княжеское имя и единовременно с тем, надругаючись и
надсмехаючись над моими сединами, потешаться с вашим любовником...
(Обращаясь к брату и показывая на Рыкова.) По французским законам, я мог
убить его, как собаку, безнаказанно; а по аглицким, ее (показывает на жену)
продать на площади; у нас только нет ничего против того; но я сам себе
напишу законы! (К жене.) Изготовили ли вы письмо, которое я вам приказал?
Княгиня. Написала.
Кадушкин (подавая письмо князю). Вон оно-то тко-сь.
Князь Платон (беря письмо и пробегая его). "Милостивый государь, князь
Платон Илларионович! Уведомляю вас, что сего числа бежала я от вас с
гатчинским офицером Рыковым и никогда не имею намерения прибыть к вам
обратно". (Обращаясь к брату.) Вот вы укоряли меня в неблагоразумии; а
посмотрите, как я осторожен: письмо это я буду показывать всем знакомым и
незнакомым, буду печаловаться и жаловаться, что меня, бедного, жена бросила;
а меж тем они будут сидеть тут, на веки веченские заключенные; потом я еще
женюсь на другой, молодой, и над их головами буду веселиться, пиры и банкеты
задавать, а они будут стенать в подземелье, - как вам нравится мой план, а?
Князь Сергей ничего не отвечает брату
и еще более отворачивается от него.
Рыков. Вы выжили, генерал, из ума: неужели вы думаете спр