овольным голосом). В чем же они ссориться могут?
Руфин. От бедности! В бедности, господин, все кажется, что тот и другой
нехорошо делают.
Бургмейер. Неужели же, Симха, Клеопатра Сергеевна и после смерти моей
ничего не захочет получить от меня?
Руфин. Не знаю, господин, этого, не знаю...
Бургмейер. Впрочем, это все равно!.. Позови какого-нибудь поумней
нотариуса!.. Я хочу написать духовную, и тебя я тут обеспечу... вполне
обеспечу...
Руфин (целуя Бургмейера в плечо). Благодарю вас, господин... (Постояв
некоторое время и переминаясь с ноги на ногу.) Я еще, господин, просьбу мою
приношу к вам: на Евгению Николаевну вы изволили теперь разгневаться!..
Изволили удалить ее от себя!.. Что же теперь вам в ней?.. Не позволите ли,
господин, мне жениться на ней?
Бургмейер (сильно удивленный). Тебе?.. На Евгении Николаевне?..
Руфин (смешавшись немного). Да, господин!.. Теперича она встретилась
мне: "Господин Руфин, говорит, если вы желаете, то можете жениться на мне!"
Бургмейер (со сверкнувшим гневом в глазах). С какого же повода она
могла сказать тебе это?.. Стало быть, ты прежде говорил с ней что-нибудь
подобное?
Руфин (покраснев в лице). Как же я, господин, мог говорить с ней?..
Бургмейер. Но отчего же у тебя глаза забегали и все лицо твое
загорелось заревом?
Руфин. Господин, я очень боюсь, что не прогневал ли вас совершенно!
Бургмейер (берет себя за голову). Теперь, кажется, все начинает для
меня проясняться!.. (Показывая публике на Руфина.) Он поэтому... взят был
Евгенией вместо Куницына, и вот почему он так всегда умиротворял меня по
случаю разных долгов ее!.. И я таким образом совсем уж кругом был в
воровской засаде... (Повертывается вдруг к письменному столу, проворно берет
с него револьвер, подходит с ним к Руфину, хватает его за шиворот и
приставляет ему ко лбу револьвер.) Говори: ты был любовником Евгении
Николаевны?
Руфин (дрожа). О, нет, господин!
Бургмейер (почти с пеной у рта). Говори! Иначе я тебя, как собаку,
сейчас пристрелю, если ты хоть минуту станешь запираться...
Руфин (склоняясь было на колени). Виноват, господин, я только влюблен в
нее был и глазки ей делал.
Бургмейер (не давая ему стать на колени и продолжая держать его за
шивороток). А обокрасть меня сбирался вместе с нею и бежать за границу?..
Признавайся, или я немедля спущу курок!
Руфин (совсем потерявшись). Это она, господин, говорила мне: "Уедем,
говорит, и возьмем из этого шкафа деньги!" - "Зачем, говорю, у вас свой
капитал есть!"
Бургмейер (тряся его). Отчего ж ты мне не сказал об этом и не
предуведомил меня?.. Я тебя от голодной смерти спас!.. Я тебя вырастил...
воспитал!.. Я хотел тебя сделать наследником моего состояния, а ты вошел в
стачку с ворами, чтоб обокрасть меня! Убивать я тебя не стану: из-за тебя в
Сибирь не хочу идти!.. (Бросает в сторону револьвер и кричит.) Люди! Люди!
Вбегают лакеи.
Бургмейер (почти швыряя им в руки Руфина). Посадить его в каземат, в
подвал!.. И полицию ко мне скорее. Полицию!..
Руфин (едва приходя в себя). Господа лакеи! Господин повышибал мне
зубы!.. Окровянил меня!.. (Плюет себе на ладонь и показывает ее лакеям.) Вот
же кровь моя!
Бургмейер (с неистовством). Тащите его сию же минуту!
Лакеи тащат Руфин
Руфин. От бедности! В бедности, господин, все кажется, что тот и другой
нехорошо делают.
Бургмейер. Неужели же, Симха, Клеопатра Сергеевна и после смерти моей
ничего не захочет получить от меня?
Руфин. Не знаю, господин, этого, не знаю...
Бургмейер. Впрочем, это все равно!.. Позови какого-нибудь поумней
нотариуса!.. Я хочу написать духовную, и тебя я тут обеспечу... вполне
обеспечу...
Руфин (целуя Бургмейера в плечо). Благодарю вас, господин... (Постояв
некоторое время и переминаясь с ноги на ногу.) Я еще, господин, просьбу мою
приношу к вам: на Евгению Николаевну вы изволили теперь разгневаться!..
Изволили удалить ее от себя!.. Что же теперь вам в ней?.. Не позволите ли,
господин, мне жениться на ней?
Бургмейер (сильно удивленный). Тебе?.. На Евгении Николаевне?..
Руфин (смешавшись немного). Да, господин!.. Теперича она встретилась
мне: "Господин Руфин, говорит, если вы желаете, то можете жениться на мне!"
Бургмейер (со сверкнувшим гневом в глазах). С какого же повода она
могла сказать тебе это?.. Стало быть, ты прежде говорил с ней что-нибудь
подобное?
Руфин (покраснев в лице). Как же я, господин, мог говорить с ней?..
Бургмейер. Но отчего же у тебя глаза забегали и все лицо твое
загорелось заревом?
Руфин. Господин, я очень боюсь, что не прогневал ли вас совершенно!
Бургмейер (берет себя за голову). Теперь, кажется, все начинает для
меня проясняться!.. (Показывая публике на Руфина.) Он поэтому... взят был
Евгенией вместо Куницына, и вот почему он так всегда умиротворял меня по
случаю разных долгов ее!.. И я таким образом совсем уж кругом был в
воровской засаде... (Повертывается вдруг к письменному столу, проворно берет
с него револьвер, подходит с ним к Руфину, хватает его за шиворот и
приставляет ему ко лбу револьвер.) Говори: ты был любовником Евгении
Николаевны?
Руфин (дрожа). О, нет, господин!
Бургмейер (почти с пеной у рта). Говори! Иначе я тебя, как собаку,
сейчас пристрелю, если ты хоть минуту станешь запираться...
Руфин (склоняясь было на колени). Виноват, господин, я только влюблен в
нее был и глазки ей делал.
Бургмейер (не давая ему стать на колени и продолжая держать его за
шивороток). А обокрасть меня сбирался вместе с нею и бежать за границу?..
Признавайся, или я немедля спущу курок!
Руфин (совсем потерявшись). Это она, господин, говорила мне: "Уедем,
говорит, и возьмем из этого шкафа деньги!" - "Зачем, говорю, у вас свой
капитал есть!"
Бургмейер (тряся его). Отчего ж ты мне не сказал об этом и не
предуведомил меня?.. Я тебя от голодной смерти спас!.. Я тебя вырастил...
воспитал!.. Я хотел тебя сделать наследником моего состояния, а ты вошел в
стачку с ворами, чтоб обокрасть меня! Убивать я тебя не стану: из-за тебя в
Сибирь не хочу идти!.. (Бросает в сторону револьвер и кричит.) Люди! Люди!
Вбегают лакеи.
Бургмейер (почти швыряя им в руки Руфина). Посадить его в каземат, в
подвал!.. И полицию ко мне скорее. Полицию!..
Руфин (едва приходя в себя). Господа лакеи! Господин повышибал мне
зубы!.. Окровянил меня!.. (Плюет себе на ладонь и показывает ее лакеям.) Вот
же кровь моя!
Бургмейер (с неистовством). Тащите его сию же минуту!
Лакеи тащат Руфин