С пистолетом? Это нехорошо.
Иван. Хмельненьки были; я полагаю, что это у них постепенно пройдет-с.
Они по бульвару раза два проходили... да вон и сейчас идут.
Робинзон (оробев). Ты говоришь, с пистолетом? Он кого убить-то хотел -
не меня ведь?
Иван. Уж не могу вам! сказать. (Уходит.)
Входит Карандышев, Робинзон старается спрятаться за бутылку.
"ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ"
Робинзон, Карандышев, потом Иван.
Карандышев (подходит к Робинзону). Где ваши товарищи, господин
Робинзон?
Робинзон. Какие товарищи? У меня нет товарищей.
Карандышев. А те господа, которые обедали у меня с вами вместе?
Робинзон. Какие ж это товарищи! Это так... мимолетное знакомство.
Карандышев. Так не знаете ли, где они теперь?
Робинзон. Не могу сказать, я стараюсь удаляться от этой компании; я
человек смирный, знаете ли... семейный...
Карандышев. Вы семейный?
Робинзон. Очень семейный... Для меня тихая семейная жизнь выше всего; а
неудовольствие какое или ссора - это боже сохрани; я люблю и побеседовать,
только чтоб разговор умный, учтивый, об искусстве, например... Ну, с
благородным человеком, вот как вы, можно и выпить немножко. Не прикажете ли?
Карандышев. Не хочу.
Робинзон. Как угодно. Главное дело, чтобы неприятности не было.
Карандышев. Да вы должны же знать, где они.
Робинзон. Кутят где-нибудь: что ж им больше-то делать!
Карандышев. Говорят, они за Волгу поехали?
Робинзон. Очень может быть.
Карандышев. Вас не звали с собой?
Робинзон. Нет; я человек семейный.
Карандышев. Когда ж они воротятся?
Робинзон. Уж это они и сами не знают, я думаю. К утру вернутся.
Карандышев. К утру?
Робинзон. Может быть, и раньше.
Карандышев. Все-таки надо подождать; мне кой с кем из них объясниться
нужно.
Робинзон. Коли ждать, так на пристани; зачем они сюда пойдут! С
пристани они прямо домой проедут. Чего им еще? Чай, и так сыты.
Карандышев. Да на какой пристани? Пристаней у вас много.
Робинзон. Да на какой угодно, только не здесь; здесь их не дождетесь.
Карандышев. Ну, хорошо, я пойду на пристань. Прощайте. (Подает руку
Робинзону.) Не хотите ли проводить меня?
Робинзон. Нет, помилуйте, я человек семейный.
Карандышев уходит.
Иван, Иван!
Входит Иван.
Накрой мне в комнате и вино перенеси туда!
Иван. В комнате, сударь, душно. Что за неволя!
Робинзон. Нет, мне на воздухе вечером вредно; доктор запретил. Да если
этот барин спрашивать будет, так скажи, что меня нет. (Уходит в кофейную.)
Из кофейной выходит Гаврило.
"ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ"
Гаврило и Иван.
Гаврило. Ты смотрел на Волгу? Не видать наших?
Иван. Должно быть, приехали.
Гаврило. Что так?
Иван. Да под горой шум, эфиопы загалдели. (Берет со стола бутылку и
уходит в кофейную.)
Входит Илья и хор цыган.
"ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ"
Гаврило, Илья, цыгане и цыганки.
Гаврило. Хорошо съездили?
Илья. И, хорошо! Так хорошо, не говори!
Гаврило. Господа веселы?
Илья. Разгулялись, важно разгулялись, дай бог на здоровье! Сюда идут;
всю ночь, гляди, прогуляют.
Гаврило (потирая руки). Так ступайте усаживайтесь! Женщина
Иван. Хмельненьки были; я полагаю, что это у них постепенно пройдет-с.
Они по бульвару раза два проходили... да вон и сейчас идут.
Робинзон (оробев). Ты говоришь, с пистолетом? Он кого убить-то хотел -
не меня ведь?
Иван. Уж не могу вам! сказать. (Уходит.)
Входит Карандышев, Робинзон старается спрятаться за бутылку.
"ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ"
Робинзон, Карандышев, потом Иван.
Карандышев (подходит к Робинзону). Где ваши товарищи, господин
Робинзон?
Робинзон. Какие товарищи? У меня нет товарищей.
Карандышев. А те господа, которые обедали у меня с вами вместе?
Робинзон. Какие ж это товарищи! Это так... мимолетное знакомство.
Карандышев. Так не знаете ли, где они теперь?
Робинзон. Не могу сказать, я стараюсь удаляться от этой компании; я
человек смирный, знаете ли... семейный...
Карандышев. Вы семейный?
Робинзон. Очень семейный... Для меня тихая семейная жизнь выше всего; а
неудовольствие какое или ссора - это боже сохрани; я люблю и побеседовать,
только чтоб разговор умный, учтивый, об искусстве, например... Ну, с
благородным человеком, вот как вы, можно и выпить немножко. Не прикажете ли?
Карандышев. Не хочу.
Робинзон. Как угодно. Главное дело, чтобы неприятности не было.
Карандышев. Да вы должны же знать, где они.
Робинзон. Кутят где-нибудь: что ж им больше-то делать!
Карандышев. Говорят, они за Волгу поехали?
Робинзон. Очень может быть.
Карандышев. Вас не звали с собой?
Робинзон. Нет; я человек семейный.
Карандышев. Когда ж они воротятся?
Робинзон. Уж это они и сами не знают, я думаю. К утру вернутся.
Карандышев. К утру?
Робинзон. Может быть, и раньше.
Карандышев. Все-таки надо подождать; мне кой с кем из них объясниться
нужно.
Робинзон. Коли ждать, так на пристани; зачем они сюда пойдут! С
пристани они прямо домой проедут. Чего им еще? Чай, и так сыты.
Карандышев. Да на какой пристани? Пристаней у вас много.
Робинзон. Да на какой угодно, только не здесь; здесь их не дождетесь.
Карандышев. Ну, хорошо, я пойду на пристань. Прощайте. (Подает руку
Робинзону.) Не хотите ли проводить меня?
Робинзон. Нет, помилуйте, я человек семейный.
Карандышев уходит.
Иван, Иван!
Входит Иван.
Накрой мне в комнате и вино перенеси туда!
Иван. В комнате, сударь, душно. Что за неволя!
Робинзон. Нет, мне на воздухе вечером вредно; доктор запретил. Да если
этот барин спрашивать будет, так скажи, что меня нет. (Уходит в кофейную.)
Из кофейной выходит Гаврило.
"ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ"
Гаврило и Иван.
Гаврило. Ты смотрел на Волгу? Не видать наших?
Иван. Должно быть, приехали.
Гаврило. Что так?
Иван. Да под горой шум, эфиопы загалдели. (Берет со стола бутылку и
уходит в кофейную.)
Входит Илья и хор цыган.
"ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ"
Гаврило, Илья, цыгане и цыганки.
Гаврило. Хорошо съездили?
Илья. И, хорошо! Так хорошо, не говори!
Гаврило. Господа веселы?
Илья. Разгулялись, важно разгулялись, дай бог на здоровье! Сюда идут;
всю ночь, гляди, прогуляют.
Гаврило (потирая руки). Так ступайте усаживайтесь! Женщина