ати.
Ноября 13.
А ну, посмотрим: письмо довольно четкое. Однако же в почерке все есть
как будто что-то собачье. Прочитаем:
Милая Фидель, я все не могу привыкнуть к твоему мещанскому имени. Как
будто бы уже не могли дать тебе лучшего? Фидель, Роза - какой пошлый тон!
однако ж все это в сторону. Я очень рада, что мы вздумали писать друг к
другу.
Письмо писано очень правильно. Пунктуация и даже буква ъ везде на
своем месте. Да эдак просто не напишет и наш начальник отделения, хотя он и
толкует, что где-то учился в университете. Посмотрим далее:
Мне кажется, что разделять мысли, чувства и впечатления с другим есть
одно из первых благ на свете.
Гм! мысль почерпнута из одного сочинения, переведенного с немецкого.
Названия не припомню.
Я говорю это по опыту, хотя и не бегала по свету далее ворот нашего
дома. Моя ли жизнь не протекает в удовольствии? Моя барышня, которую папа
называет Софи, любит меня без памяти.
Ай, ай!.. ничего, ничего. Молчание!
Папа' тоже очень часто ласкает. Я пью чай и кофей со сливками. Ах, mа
chere, я должна тебе сказать, что я вовсе не вижу удовольствия в больших
обглоданных костях, которые жрет на кухне наш Полкан. Кости хорошо только
из дичи, и притом тогда, когда еще никто не высосал из них мозга. Очень
хорошо мешать несколько соусов вместе, но только без каперсов и без зелени;
но я не знаю ничего хуже обыкновения давать собакам скатанные из хлеба
шарики. Какой-нибудь сидящий за столом господин, который в руках своих
держал всякую дрянь, начнет мять этими руками хлеб, подзовет тебя и сунет
тебе в зубы шарик. Отказаться как-то неучтиво, ну и ешь; с отвращением, а
ешь...
Черт знает что такое! Экой вздор! Как будто бы не было предмета
получше, о чем писать. Посмотрим на другой странице. Не будет ли чего
подельнее.
Я с большою охотою готова тебя уведомлять о всех бывающих у нас
происшествиях. Я уже тебе кое-что говорила о главном господине, которого
Софи называет папа'. Это очень странный человек.
А! вот наконец! Да, я знал: у них политический взгляд на все предметы.
Посмотрим, что папа':
...очень странный человек. Он больше молчит. Говорит очень редко; но
неделю назад беспрестанно говорил сам с собою: "Получу или не получу?"
Возьмет в одну руку бумажку, другую сложит пустую и говорит: "Получу или не
получу?" Один раз он обратился и ко мне с вопросом: "Как ты думаешь, Меджи
получу или не получу?" Я ровно ничего не могла понять, понюхала его сапог и
ушла прочь. Потом, ma chere, через неделю папа' пришел в большой радости.
Все утро ходили к нему господа в мундирах и с чем-то поздравляли. За столом
он был так весел, как я еще никогда не видала, отпускал анекдоты, а после
обеда поднял меня к своей шее и сказал: "А посмотри, Меджи, что это такое".
Я увидела какую-то ленточку. Я нюхала ее, но решительно не нашла никакого
аромата; наконец потихоньку лизнула: соленое немного.
Гм! Эта собачонка, мне кажется, уже слишком... чтобы ее не высекли! А!
так он честолюбец! Это нужно взять к сведению.
Прощай, ma chere, я бегу и прочее... и прочее... Завтра окончу письмо.
Ну, здравствуй! Я теперь снова с тобою. Сегодня барышня моя Софи...
А! ну, посмотрим, что Софи. Эх, канальство!.. Ничего, ничего... будем
продолжать.
...барышня моя Софи была в чрезвычайной суматохе. Она собиралась на
бал, и я обрадовалась,
Ноября 13.
А ну, посмотрим: письмо довольно четкое. Однако же в почерке все есть
как будто что-то собачье. Прочитаем:
Милая Фидель, я все не могу привыкнуть к твоему мещанскому имени. Как
будто бы уже не могли дать тебе лучшего? Фидель, Роза - какой пошлый тон!
однако ж все это в сторону. Я очень рада, что мы вздумали писать друг к
другу.
Письмо писано очень правильно. Пунктуация и даже буква ъ везде на
своем месте. Да эдак просто не напишет и наш начальник отделения, хотя он и
толкует, что где-то учился в университете. Посмотрим далее:
Мне кажется, что разделять мысли, чувства и впечатления с другим есть
одно из первых благ на свете.
Гм! мысль почерпнута из одного сочинения, переведенного с немецкого.
Названия не припомню.
Я говорю это по опыту, хотя и не бегала по свету далее ворот нашего
дома. Моя ли жизнь не протекает в удовольствии? Моя барышня, которую папа
называет Софи, любит меня без памяти.
Ай, ай!.. ничего, ничего. Молчание!
Папа' тоже очень часто ласкает. Я пью чай и кофей со сливками. Ах, mа
chere, я должна тебе сказать, что я вовсе не вижу удовольствия в больших
обглоданных костях, которые жрет на кухне наш Полкан. Кости хорошо только
из дичи, и притом тогда, когда еще никто не высосал из них мозга. Очень
хорошо мешать несколько соусов вместе, но только без каперсов и без зелени;
но я не знаю ничего хуже обыкновения давать собакам скатанные из хлеба
шарики. Какой-нибудь сидящий за столом господин, который в руках своих
держал всякую дрянь, начнет мять этими руками хлеб, подзовет тебя и сунет
тебе в зубы шарик. Отказаться как-то неучтиво, ну и ешь; с отвращением, а
ешь...
Черт знает что такое! Экой вздор! Как будто бы не было предмета
получше, о чем писать. Посмотрим на другой странице. Не будет ли чего
подельнее.
Я с большою охотою готова тебя уведомлять о всех бывающих у нас
происшествиях. Я уже тебе кое-что говорила о главном господине, которого
Софи называет папа'. Это очень странный человек.
А! вот наконец! Да, я знал: у них политический взгляд на все предметы.
Посмотрим, что папа':
...очень странный человек. Он больше молчит. Говорит очень редко; но
неделю назад беспрестанно говорил сам с собою: "Получу или не получу?"
Возьмет в одну руку бумажку, другую сложит пустую и говорит: "Получу или не
получу?" Один раз он обратился и ко мне с вопросом: "Как ты думаешь, Меджи
получу или не получу?" Я ровно ничего не могла понять, понюхала его сапог и
ушла прочь. Потом, ma chere, через неделю папа' пришел в большой радости.
Все утро ходили к нему господа в мундирах и с чем-то поздравляли. За столом
он был так весел, как я еще никогда не видала, отпускал анекдоты, а после
обеда поднял меня к своей шее и сказал: "А посмотри, Меджи, что это такое".
Я увидела какую-то ленточку. Я нюхала ее, но решительно не нашла никакого
аромата; наконец потихоньку лизнула: соленое немного.
Гм! Эта собачонка, мне кажется, уже слишком... чтобы ее не высекли! А!
так он честолюбец! Это нужно взять к сведению.
Прощай, ma chere, я бегу и прочее... и прочее... Завтра окончу письмо.
Ну, здравствуй! Я теперь снова с тобою. Сегодня барышня моя Софи...
А! ну, посмотрим, что Софи. Эх, канальство!.. Ничего, ничего... будем
продолжать.
...барышня моя Софи была в чрезвычайной суматохе. Она собиралась на
бал, и я обрадовалась,