Мертвые души


скому выражению, натаскивал клещами на
лошадь хомут.

- И ни-ни! не пущу! - сказал Ноздрев

- Нет, не обижай меня, друг мой, право, поеду говорил зять, - ты меня
очень обидишь.

- Пустяки, пустяки! мы соорудим сию минуту банчишку.

- Нет, сооружай, брат, сам, а я не могу, жена будет в большой
претензии, право, я должен ей рассказать о ярмарке Нужно, брат, право,
нужно доставить ей удовольствие. Нет, ты не держи меня!

- Ну ее, жену, к..! важное в самом деле дело станете делать вместе!

- Нет, брат! она такая почтенная и верная! Услуги оказывает такие...
поверишь, у меня слезы на глазах. Нет, ты не держи меня;как честный
человек, поеду. Я тебя в этом уверяю по истинной совести.

- Пусть его едет, что в нем проку! - сказал тихо Чичиков Ноздреву.

- А и вправду! - сказал Ноздрев. - Смерть не люблю таких растепелей! -
и прибавил вслух:- Ну, черт с тобою, поезжай бабиться с женою, фетюк!(1)
----
(1) Ф е т ю к - слово, обидное для мужчины, происхоит от Фиты - буквы,
почитаемой некоторыми неприличною буквою. (Прим. Н.В.Гоголя.)

- Нет, брат, ты не ругай меня фетюком, - отвечал зять, - я ей жизнью
обязан. Такая, право, добрая, милая, такие ласки оказывает... до слез
разбирает; спросит, что видел на ярмарке нужно все рассказать, такая,
право, милая.

- Ну поезжай, ври ей чепуху! Вот картуз твой.

- Нет, брат, тебе совсем не следует о ней так отзываться; этим ты,
можно сказать, меня самого обижаешь, она такая милая.

- Ну, так и убирайся к ней скорее!

- Да, брат, поеду, извини, что не могу остаться. Душой рад бы был, но
не могу.

Зять еще долго повторял свои извинения, не замечая, что сам уже давно
сидел в бричке, давно выехал за ворота и перед ним давно были одни пустые
поля. Должно думать, что жена не много слышала подробностей о ярмарке.

- Такая дрянь! - говорил Ноздрев, стоя перед окном и глядя на
уезжавший экипаж. - Вон как потащился! конек пристяжной недурен, я давно
хотел подцепить его. Да ведь с ним нельзя никак сойтиться. Фетюк, просто
фетюк!

Засим вошли они в комнату. Порфирий подал свечи, и Чичиков заметил в
руках хозяина неизвестно откуда взявшуюся колоду карт.

- А что брат, - говорил Ноздрев, прижавши бока колоды пальцами и
несколько погнувши ее, так что треснула и отскочила бумажка. - Ну, для
препровождения времени, держу триста рублей банку!

Но Чичиков прикинулся, как будто и не слышал, о чем речь, и сказал,
как бы вдруг припомнив:

- А! чтоб не позабыть: у меня к тебе просьба.

- Какая?

- Дай прежде слово, что исполнишь.

- Да какая просьба?

- Ну, да уж дай слово!

- Изволь

- Честное слово?

- Честное слово.

- Вот какая просьба: у тебя есть, чай, много умерших крестьян, которые
еще не вычеркнуть из ревизии?

- Ну есть, а что?

- Переведи их на меня, на мое имя.

- А на что тебе?

- Ну да мне нужно.

- Да на что?

- Ну да уж нужно... уж это мое дело, - словом, нужно.

- Ну уж, верно, что-нибудь затеял. Признайся, что?

- Да что ж затеял? из этакого пустяка и затеять ничего нельзя.

- Да зачем же они тебе?

- Ох, какой любопытный! ему всякую дрянь хотелось бы пощупать рукой,
да еще и понюхать!

- Да к чему ж ты не хочешь сказать?

- Да что же тебе за прибыль знать? ну, просто так, пришла фантазия.

- Так вот же: до тех