побега Кинкеля из тюрьмы. Герцен упоминает здесь о
ее романе с А. Виллихом, которого он иронически называет Вертером.
Стр. 139. Кинкель был один из замечательнейших немецких эмигрантов в
Лондоне. - Маркс в своем труде "Великие люди эмиграции" уделяет много места
Кинкелю, характеризуя его как человека внутренне фальшивого, умеющего ловко
скрывать буржуазную сущность под маской показного демократизма и
свободолюбия. В начале 60-х годов от былой "революционности" Кинкеля не
осталось и следа: он примкнул к национал-либералам и кончил свои дни в
Цюрихе в качестве заурядного университетского профессора.
...Руге был другом неокатолика Ранге. - И. Ронге получил широкую
известность в Германии в 1844 году благодаря своему выступлению против
трирского католического епископа и требованиям реформы церкви. Лишенный
священнического сана, он стал основателем так называемой
"Немецко-католической церкви", а после начала мартовской революции примкнул
к демократической партии.
Стр. 140. .. первого баденского Schilderhebung'a, первого австрийского
Schvsertfahrt'a и проч. - Подразумеваются первое баденское восстание в
апреле 1848 года и мартовское восстание в Вене в 1848 году. Говоря о
"поднятии щитов" и "бряцании мечей" в начале мартовской революции, Герцен
иронизирует над мелкобуржуазными демократами и поднятой ими в эмиграции, в
обстановке спада революционной волны, воинственной шумихой.
Стр. 143. Руге, разгневавшись на Эдгара Бауэра за его пустую брошюру о
России - кажется, под заглавием "Kirche und Staat". - Имеется в виду брошюра
"Russiand und das Germanentum", изданная в 1853 году, но не Эдгаром Бауэром,
а его братом Бруно, который в годы политической реакции выступил с рядом
книг и брошюр, выразив в них свое разочарование в европейской культуре и
свои надежды на ее обновление "девственными силами" царской России (ср.
оценку К. Марксом взглядов Б. Бауэра на отношения между Западом и Востоком -
Сочинения, т. XXII, стр. 109).
Маркс, очень хорошо знавший Бакунина... выдал его за русского шпиона.
Он рассказал в своей газете целую историю - Маркс никогда не выдавал
Бакунина за русского шпиона. Клеветнические слухи о Бакунине как об агенте
царского правительства распространялись русским посольством в Париже еще до
начала революции 1848 года и были затем подхвачены определенными кругами
польской эмиграции. Распространялись они и после мартовской революции в
Германии, в Бреславле, куда в конце апреля прибыл Бакунин, чтобы быть ближе
к русской границе. Слухи эти носили тогда столь (537) упорный характер, что
парижское газетное агентство информировало о них редакции газет и в том
числе редакцию "Новой Рейнской газеты" Маркса/О том же сообщал в своей
корреспонденции также и парижский сотрудник газеты немецкий эмигрант
Эвербек, ссылавшийся на то, что у Ж. Санд находятся компрометирующие
русского революционера документы. Сообщение Эвербека 6 июля 1848 года было
помещено на страницах "Новой Рейнской газеты". "Публичное предъявление
обвинения, - писал позднее Маркс, - было в интересах дела и в интересах
Бакунина" (К. Маркой Ф. Энгельс, Сочинения, т. XXV, стр. 330 - 331).
Протест самого Бакунина, а также его письмо к Ж. Санд с просьбой сейчас
же опровергнуть указанные слухи вскоре появились на страницах бреславльской
"Новой Одерской газе
ее романе с А. Виллихом, которого он иронически называет Вертером.
Стр. 139. Кинкель был один из замечательнейших немецких эмигрантов в
Лондоне. - Маркс в своем труде "Великие люди эмиграции" уделяет много места
Кинкелю, характеризуя его как человека внутренне фальшивого, умеющего ловко
скрывать буржуазную сущность под маской показного демократизма и
свободолюбия. В начале 60-х годов от былой "революционности" Кинкеля не
осталось и следа: он примкнул к национал-либералам и кончил свои дни в
Цюрихе в качестве заурядного университетского профессора.
...Руге был другом неокатолика Ранге. - И. Ронге получил широкую
известность в Германии в 1844 году благодаря своему выступлению против
трирского католического епископа и требованиям реформы церкви. Лишенный
священнического сана, он стал основателем так называемой
"Немецко-католической церкви", а после начала мартовской революции примкнул
к демократической партии.
Стр. 140. .. первого баденского Schilderhebung'a, первого австрийского
Schvsertfahrt'a и проч. - Подразумеваются первое баденское восстание в
апреле 1848 года и мартовское восстание в Вене в 1848 году. Говоря о
"поднятии щитов" и "бряцании мечей" в начале мартовской революции, Герцен
иронизирует над мелкобуржуазными демократами и поднятой ими в эмиграции, в
обстановке спада революционной волны, воинственной шумихой.
Стр. 143. Руге, разгневавшись на Эдгара Бауэра за его пустую брошюру о
России - кажется, под заглавием "Kirche und Staat". - Имеется в виду брошюра
"Russiand und das Germanentum", изданная в 1853 году, но не Эдгаром Бауэром,
а его братом Бруно, который в годы политической реакции выступил с рядом
книг и брошюр, выразив в них свое разочарование в европейской культуре и
свои надежды на ее обновление "девственными силами" царской России (ср.
оценку К. Марксом взглядов Б. Бауэра на отношения между Западом и Востоком -
Сочинения, т. XXII, стр. 109).
Маркс, очень хорошо знавший Бакунина... выдал его за русского шпиона.
Он рассказал в своей газете целую историю - Маркс никогда не выдавал
Бакунина за русского шпиона. Клеветнические слухи о Бакунине как об агенте
царского правительства распространялись русским посольством в Париже еще до
начала революции 1848 года и были затем подхвачены определенными кругами
польской эмиграции. Распространялись они и после мартовской революции в
Германии, в Бреславле, куда в конце апреля прибыл Бакунин, чтобы быть ближе
к русской границе. Слухи эти носили тогда столь (537) упорный характер, что
парижское газетное агентство информировало о них редакции газет и в том
числе редакцию "Новой Рейнской газеты" Маркса/О том же сообщал в своей
корреспонденции также и парижский сотрудник газеты немецкий эмигрант
Эвербек, ссылавшийся на то, что у Ж. Санд находятся компрометирующие
русского революционера документы. Сообщение Эвербека 6 июля 1848 года было
помещено на страницах "Новой Рейнской газеты". "Публичное предъявление
обвинения, - писал позднее Маркс, - было в интересах дела и в интересах
Бакунина" (К. Маркой Ф. Энгельс, Сочинения, т. XXV, стр. 330 - 331).
Протест самого Бакунина, а также его письмо к Ж. Санд с просьбой сейчас
же опровергнуть указанные слухи вскоре появились на страницах бреславльской
"Новой Одерской газе