лении помещичьей власти.
У нас раскольников не постоянно гонят, так, вдруг найдет что-то на
синод или на министерство внутренних дел, они и сделают набег на
какой-нибудь скит, на какую-нибудь общину, ограбят ее и опять затихнут.
Раскольники обыкновенно имеют смышленых агентов в Петербурге, они
предупреждают оттуда об опасности, (71) остальные тотчас собирают деньги,
прячут книги и образа, поят православного попа, поят православного
исправника, дают выкуп; тем дело и кончается лет на десять.
В Новгородской губернии в царствование Екатерины было много духоборцев
47. Их начальник, старый ямской голова, чуть ли не в Зайцеве, пользовался
огромным почетом. Когда Павел ехал короноваться в Москву, он велел позвать к
себе старика - вероятно, с целью обратить его. Духоборцы, как квекеры, не
снимают шапки - л покрытой головой взошел седой старец к гатчинскому
императору. Этого он вынести не мог. Мелкая и щепетильная обидчивость
особенно поразительна в Павле и во всех его сыновьях, кроме Александра; имея
в руках дикую власть, они не имеют даже того звериного сознания силы,
которое удерживает большую собаку от нападений на маленькую.
- Перед кем ты стоишь в шапке? - закричал Павел, отдуваясь и со всеми
признаками бешеной ярости. - Ты знаешь меня?
- Знаю, - отвечал спокойно раскольник, - ты Павел Петрович.
- В цепи его, в каторжную работу, в рудники - продолжал рыцарственный
Павел.
Старика схватили, и император велел зажечь с четырех концов село, а
жителей выслать в Сибирь на поселение. На следующей станции кто-то из его
приближенных бросился к его ногам и сказал ему, что он осмелился
приостановить исполнение высочайшей воли и ждет, чтоб он повторил ее. Павел
несколько отрезвел и понял, что странно рекомендоваться народу, выжигая
селения и ссылая без суда в рудники. Он велел синоду разобрать дело
крестьян, а старика сослать на пожизненное заточение в Спасо-Евфимьевский
монастырь; он думал, что православные монахи домучат его лучше каторжной
работы; но он забыл, что наши монахи не только православные, но люди,
любящие деньги и водку, а раскольники водки не пьют и денег не жалеют.
Старик прослыл у духоборцев святым; со всех концов России ходили
духоборцы на поклонение к нему, ценою золота покупали они к нему доступ.
Старик си(72)дел в своей келье, одетый весь в белом, - его друзья обили
полотном стены и потолок. После его смерти они выпросили дозволение
схоронить его тело с родными и торжественно пронесли его на руках от
Владимира до Новгородской губернии. Одни духоборцы знают, где он схоронен;
они уверены, что он при жизни имел уже дар делать чудеса и что его тело
нетленно.
Я все это слышал долею от владимирского губернатора И. Э. Куруты, долею
от ямщиков в Новгороде и, наконец, от посошника в Спасо-Евфимьевском
монастыре. Теперь в этом монастыре нет больше политических арестантов, хотя
тюрьма и наполнена разными попами, церковниками, непокорными сыновьями, на
которых жаловались родители, и проч. Архимандрит, плечистый, высокий
мужчина, в меховой шапке, показывал нам тюремный двор. Когда он взошел,
унтер-офицер с ружьем подошел к нему и рапортовал: "Вашему преосвященству
честь имею донести, что по тюремному замку все обстоит благополучно,
арестантов столько-то". Архимандрит в отве
У нас раскольников не постоянно гонят, так, вдруг найдет что-то на
синод или на министерство внутренних дел, они и сделают набег на
какой-нибудь скит, на какую-нибудь общину, ограбят ее и опять затихнут.
Раскольники обыкновенно имеют смышленых агентов в Петербурге, они
предупреждают оттуда об опасности, (71) остальные тотчас собирают деньги,
прячут книги и образа, поят православного попа, поят православного
исправника, дают выкуп; тем дело и кончается лет на десять.
В Новгородской губернии в царствование Екатерины было много духоборцев
47. Их начальник, старый ямской голова, чуть ли не в Зайцеве, пользовался
огромным почетом. Когда Павел ехал короноваться в Москву, он велел позвать к
себе старика - вероятно, с целью обратить его. Духоборцы, как квекеры, не
снимают шапки - л покрытой головой взошел седой старец к гатчинскому
императору. Этого он вынести не мог. Мелкая и щепетильная обидчивость
особенно поразительна в Павле и во всех его сыновьях, кроме Александра; имея
в руках дикую власть, они не имеют даже того звериного сознания силы,
которое удерживает большую собаку от нападений на маленькую.
- Перед кем ты стоишь в шапке? - закричал Павел, отдуваясь и со всеми
признаками бешеной ярости. - Ты знаешь меня?
- Знаю, - отвечал спокойно раскольник, - ты Павел Петрович.
- В цепи его, в каторжную работу, в рудники - продолжал рыцарственный
Павел.
Старика схватили, и император велел зажечь с четырех концов село, а
жителей выслать в Сибирь на поселение. На следующей станции кто-то из его
приближенных бросился к его ногам и сказал ему, что он осмелился
приостановить исполнение высочайшей воли и ждет, чтоб он повторил ее. Павел
несколько отрезвел и понял, что странно рекомендоваться народу, выжигая
селения и ссылая без суда в рудники. Он велел синоду разобрать дело
крестьян, а старика сослать на пожизненное заточение в Спасо-Евфимьевский
монастырь; он думал, что православные монахи домучат его лучше каторжной
работы; но он забыл, что наши монахи не только православные, но люди,
любящие деньги и водку, а раскольники водки не пьют и денег не жалеют.
Старик прослыл у духоборцев святым; со всех концов России ходили
духоборцы на поклонение к нему, ценою золота покупали они к нему доступ.
Старик си(72)дел в своей келье, одетый весь в белом, - его друзья обили
полотном стены и потолок. После его смерти они выпросили дозволение
схоронить его тело с родными и торжественно пронесли его на руках от
Владимира до Новгородской губернии. Одни духоборцы знают, где он схоронен;
они уверены, что он при жизни имел уже дар делать чудеса и что его тело
нетленно.
Я все это слышал долею от владимирского губернатора И. Э. Куруты, долею
от ямщиков в Новгороде и, наконец, от посошника в Спасо-Евфимьевском
монастыре. Теперь в этом монастыре нет больше политических арестантов, хотя
тюрьма и наполнена разными попами, церковниками, непокорными сыновьями, на
которых жаловались родители, и проч. Архимандрит, плечистый, высокий
мужчина, в меховой шапке, показывал нам тюремный двор. Когда он взошел,
унтер-офицер с ружьем подошел к нему и рапортовал: "Вашему преосвященству
честь имею донести, что по тюремному замку все обстоит благополучно,
арестантов столько-то". Архимандрит в отве