это поразглядите? Разве вы его надеетесь скоро видеть?
- А вы разве не надеетесь дожить до той недели?
- Что это за шарада? - спросила в недоумении Лариса.
- Как же, ведь он на днях приедет.
- Как на днях?
- Разумеется, - отвечал Форов. - Мой знакомый видел его в Москве; он
едет сюда.
Присутствующие переглянулись.
"Это что-нибудь недоброе!" - мелькнуло во взгляде Ларисы, брошенном на
Синтянину; та поняла, и сама немного изменясь в лице, сказала майору:
- Филетер Иванович, вы совсем бестолковы.
- Чем-с? Чем я бестолков?
- Да что же это вы нам открываете новости по капле?
- Чем же я бестолковее вас, которые мне и по капле не открыли, что вы
этого не знаете?
- Откуда же мы могли это знать?
- А разве он не писал об этом Ларисе Платоновне?
- Ничего он не писал ей.
- Ну, а я почему мог это знать?
- Но вы, Филетер Иваныч, шутите это или вправду говорите, что он вдет
сюда? - спросила серьезно Лариса.
По дорожке, часто семеня маленькими ногами, шла девочка лет двенадцати,
остриженная в кружок и одетая в опрятное ситцевое платье с фартучком. В
руках она держала круглый поднос, и на нем запечатанное письмо.
Лариса разорвала конверт.
- Вы отгадали, это от брата, - сказала она и, пробежав маленький
листок, добавила: - все известие заключается вот в чем (она взяла снова
письмо и снова его прочитала): "Сестра, я еду к тебе; через неделю мы
увидимся. Приготовь мне мою комнату, я проживу с месяц. Еду не один, а с
Гор..."
- Не могу дальше прочесть, с кем он едет, - заключила она, передавая
письмо Синтяниной.
- Не прочтете ли вы, Филетер Иванович? Форов посмотрел на указанную ему
строчку и, качнув отрицательно головой, передал письмо Подозерову.
- "Горданов", - прочел Подозеров, возвращая письмо Ларисе.
- Так вот он как будет называться ваш рок! - воскликнул майор.
- Филетер Иванович, вы несносны! - заметила ему с неудовольствием
Синтянина, кинув взгляд на немного смущенного Подозерова.
- А я говорю только то, что бывает, - оправдывался майор, - братья
всегда привозят женихов, как мужья сами вводят любовников...
- А что это за Горданов? - сухо спросила Лариса.
- Я, кажется, немножко знаю его, - отвечал Подозеров. - Он помещик
здешней губернии и наш сверстник по университету... Я его часто видел в доме
некиих господ Фигуриных, где я давал уроки, а теперь у него здесь есть
дело с крестьянами о земле.
- Фигуриных! - воскликнула Лариса. - Вы видели его там? Он их знакомый?
- Кажется, даже родственник.
- Интересный господин? - полюбопытствовала Синтянина.
- М-мм! Как вам сказать...
Подозеров, казалось, что-то хотел сказать нехорошее о названном лице,
но переменил что-то и ответил:
- Не знаю, право, мы с ним как-то не сладились.
- А вы кого же у Фигуриных учили?
- Там были мальчик Петр и девочки Наташа и Алина.
- А вы эту Алину учили?
- Да; она уже была великонька, но я ее учил.
- Хороша она?
- Нет.
- Умна?
- Не думаю.
- Добра?
- Господь ее знает, девушки ведь почти все кажутся добрыми. У
малороссиян есть присловье, что будто даже "все панночки добры".
- "А только откуда-то поганые жинки берутся?" - докончил Форов.
- Эта Алина теперь жена моего брата.
- В таком случае малороссийское присловье прочь.
- А вы разве не надеетесь дожить до той недели?
- Что это за шарада? - спросила в недоумении Лариса.
- Как же, ведь он на днях приедет.
- Как на днях?
- Разумеется, - отвечал Форов. - Мой знакомый видел его в Москве; он
едет сюда.
Присутствующие переглянулись.
"Это что-нибудь недоброе!" - мелькнуло во взгляде Ларисы, брошенном на
Синтянину; та поняла, и сама немного изменясь в лице, сказала майору:
- Филетер Иванович, вы совсем бестолковы.
- Чем-с? Чем я бестолков?
- Да что же это вы нам открываете новости по капле?
- Чем же я бестолковее вас, которые мне и по капле не открыли, что вы
этого не знаете?
- Откуда же мы могли это знать?
- А разве он не писал об этом Ларисе Платоновне?
- Ничего он не писал ей.
- Ну, а я почему мог это знать?
- Но вы, Филетер Иваныч, шутите это или вправду говорите, что он вдет
сюда? - спросила серьезно Лариса.
По дорожке, часто семеня маленькими ногами, шла девочка лет двенадцати,
остриженная в кружок и одетая в опрятное ситцевое платье с фартучком. В
руках она держала круглый поднос, и на нем запечатанное письмо.
Лариса разорвала конверт.
- Вы отгадали, это от брата, - сказала она и, пробежав маленький
листок, добавила: - все известие заключается вот в чем (она взяла снова
письмо и снова его прочитала): "Сестра, я еду к тебе; через неделю мы
увидимся. Приготовь мне мою комнату, я проживу с месяц. Еду не один, а с
Гор..."
- Не могу дальше прочесть, с кем он едет, - заключила она, передавая
письмо Синтяниной.
- Не прочтете ли вы, Филетер Иванович? Форов посмотрел на указанную ему
строчку и, качнув отрицательно головой, передал письмо Подозерову.
- "Горданов", - прочел Подозеров, возвращая письмо Ларисе.
- Так вот он как будет называться ваш рок! - воскликнул майор.
- Филетер Иванович, вы несносны! - заметила ему с неудовольствием
Синтянина, кинув взгляд на немного смущенного Подозерова.
- А я говорю только то, что бывает, - оправдывался майор, - братья
всегда привозят женихов, как мужья сами вводят любовников...
- А что это за Горданов? - сухо спросила Лариса.
- Я, кажется, немножко знаю его, - отвечал Подозеров. - Он помещик
здешней губернии и наш сверстник по университету... Я его часто видел в доме
некиих господ Фигуриных, где я давал уроки, а теперь у него здесь есть
дело с крестьянами о земле.
- Фигуриных! - воскликнула Лариса. - Вы видели его там? Он их знакомый?
- Кажется, даже родственник.
- Интересный господин? - полюбопытствовала Синтянина.
- М-мм! Как вам сказать...
Подозеров, казалось, что-то хотел сказать нехорошее о названном лице,
но переменил что-то и ответил:
- Не знаю, право, мы с ним как-то не сладились.
- А вы кого же у Фигуриных учили?
- Там были мальчик Петр и девочки Наташа и Алина.
- А вы эту Алину учили?
- Да; она уже была великонька, но я ее учил.
- Хороша она?
- Нет.
- Умна?
- Не думаю.
- Добра?
- Господь ее знает, девушки ведь почти все кажутся добрыми. У
малороссиян есть присловье, что будто даже "все панночки добры".
- "А только откуда-то поганые жинки берутся?" - докончил Форов.
- Эта Алина теперь жена моего брата.
- В таком случае малороссийское присловье прочь.