омпания, распив бутылку
шампанского, поехала далее.
Но проехали еще верст десять, и опять тарантас стал, а у окна
архиерейской кареты опять три молодца, предводимые офицером с рукою у
козырька.
Владыка снова выглянул и спрашивает:
- Теперь по какой причине стали?
- Опять важное место, ваше преосвященство.
- А по какой причине оно важно?
- Здесь Пугачев проходил, ваше преосвященство, и был разбит
императорскими войсками.
- Резент, и хотя факт сомнителен, чтобы это было здесь, но тем не
менее, Сэмэн, шипучего!
Прокатили еще, и опять тарантас стоит, а молодые люди снова у окна
кареты.
- Еще по какой причине стали? - осведомляется владыка.
- Надо тост выпить, ваше преосвященство.
- А по какой причине?
- Здесь, ваше преосвященство, самая высокая сосна во всем уезде.
- Резент, и хотя факт совершенно не достоверен, но, Сэмэн, шипучего!
Но "Сэмэн" не ответил, а звавший его владыка, глянув _в форточку,
всплеснул руками и воскликнул:
- Ахти мне! мой Сэмэн отвалился!
Происшествие случилось удивительное: за каретою действительно не было
не только Сэмэна, но не было и всего заднего кабриолета, в котором
помещалась эта особа со всем, что под оную было подсунуто.
Молодые люди были просто поражены этим происшествием, но владыка,
определив значение факта, сам их успокоил и указал им, что надо делать.
- Ничего, - сказал он, - это событие естественно. Сэмэн отвалился по
той причине, что карета и вся скоро развалится. Поищите его поскорее по
дороге, не зашибся ли!
Тарантас поскакал назад искать отвалившегося Сэмэна, которого и нашли
всего версты за две, совершенно целого, но весь бывший под ним запас
шипучего исчез, потому что бутылки разбились при падении кабриолета.
Насилу кое-как прицепили этот кабриолет на задние долгие дроги
тарантаса, а Сэмэна усадили на козлы и привезли обратно к владыке, который
тоже не мог не улыбаться по поводу всей этой истории и, тихо снося довольно
грубое ворчание отвалившегося Сэмэна, уговаривал его:
- Ну, по какой причине так гневаться? Кто виноват, что карета
капьянилась.
По таком финале поезд достиг города, где сопровождавшие владыку молодые
люди озаботились тщательно укрепить кабриолет Сэмэна к карете и здесь,
прощаясь с преосвященным H-м, испросили у него прощения за свою вчерашнюю
шалость.
- Бог простит, бог простит, - отвечал владыка. - Ребята добрые, я вас
полюбил и угощал за то, что согласно живете.
- Но, владыка... вы сами так снисходительны и добры... Мы вас никогда
не забудем.
- Ну вот! петушки хвалят кукука за то, что хвалит он петушков. Меня
помнить нечего: умру - одним монахом поменеет, и только. А вы помните того,
кто велел, чтобы все мы любили друг друга.
И с этим молодежь рассталась с добрым старцем навсегда.
Кажется, по осени того же года старший из этих трех братьев,
необыкновенно хорошо передававший maniere de parler {Манеру разговора
(франц.).} епископа Н-та, войдя с приезда в свой кабинет, где были в сборе
короткие люди дома, воскликнул:
- Грустная новость, господа!
- Что такое?
- Сэмэн больше уже не даст петушкам шипучего! - сказал он, подражая
интонации преосвященного H-та.
- А по какой причине? - вопросили его в тот же голос.
- Милый ст
шампанского, поехала далее.
Но проехали еще верст десять, и опять тарантас стал, а у окна
архиерейской кареты опять три молодца, предводимые офицером с рукою у
козырька.
Владыка снова выглянул и спрашивает:
- Теперь по какой причине стали?
- Опять важное место, ваше преосвященство.
- А по какой причине оно важно?
- Здесь Пугачев проходил, ваше преосвященство, и был разбит
императорскими войсками.
- Резент, и хотя факт сомнителен, чтобы это было здесь, но тем не
менее, Сэмэн, шипучего!
Прокатили еще, и опять тарантас стоит, а молодые люди снова у окна
кареты.
- Еще по какой причине стали? - осведомляется владыка.
- Надо тост выпить, ваше преосвященство.
- А по какой причине?
- Здесь, ваше преосвященство, самая высокая сосна во всем уезде.
- Резент, и хотя факт совершенно не достоверен, но, Сэмэн, шипучего!
Но "Сэмэн" не ответил, а звавший его владыка, глянув _в форточку,
всплеснул руками и воскликнул:
- Ахти мне! мой Сэмэн отвалился!
Происшествие случилось удивительное: за каретою действительно не было
не только Сэмэна, но не было и всего заднего кабриолета, в котором
помещалась эта особа со всем, что под оную было подсунуто.
Молодые люди были просто поражены этим происшествием, но владыка,
определив значение факта, сам их успокоил и указал им, что надо делать.
- Ничего, - сказал он, - это событие естественно. Сэмэн отвалился по
той причине, что карета и вся скоро развалится. Поищите его поскорее по
дороге, не зашибся ли!
Тарантас поскакал назад искать отвалившегося Сэмэна, которого и нашли
всего версты за две, совершенно целого, но весь бывший под ним запас
шипучего исчез, потому что бутылки разбились при падении кабриолета.
Насилу кое-как прицепили этот кабриолет на задние долгие дроги
тарантаса, а Сэмэна усадили на козлы и привезли обратно к владыке, который
тоже не мог не улыбаться по поводу всей этой истории и, тихо снося довольно
грубое ворчание отвалившегося Сэмэна, уговаривал его:
- Ну, по какой причине так гневаться? Кто виноват, что карета
капьянилась.
По таком финале поезд достиг города, где сопровождавшие владыку молодые
люди озаботились тщательно укрепить кабриолет Сэмэна к карете и здесь,
прощаясь с преосвященным H-м, испросили у него прощения за свою вчерашнюю
шалость.
- Бог простит, бог простит, - отвечал владыка. - Ребята добрые, я вас
полюбил и угощал за то, что согласно живете.
- Но, владыка... вы сами так снисходительны и добры... Мы вас никогда
не забудем.
- Ну вот! петушки хвалят кукука за то, что хвалит он петушков. Меня
помнить нечего: умру - одним монахом поменеет, и только. А вы помните того,
кто велел, чтобы все мы любили друг друга.
И с этим молодежь рассталась с добрым старцем навсегда.
Кажется, по осени того же года старший из этих трех братьев,
необыкновенно хорошо передававший maniere de parler {Манеру разговора
(франц.).} епископа Н-та, войдя с приезда в свой кабинет, где были в сборе
короткие люди дома, воскликнул:
- Грустная новость, господа!
- Что такое?
- Сэмэн больше уже не даст петушкам шипучего! - сказал он, подражая
интонации преосвященного H-та.
- А по какой причине? - вопросили его в тот же голос.
- Милый ст