me, - je ne suis pas plus dangereux que votre
cavalier8.
Она смутилась, - но отчего? от своей ошибки или оттого, что мой ответ ей
показался дерзким? Я желал бы, чтоб последнее мое предположение было
справедливо. Грушницкий бросил на меня недовольный взгляд.
Поздно вечером, то есть часов в одиннадцать, я пошел гулять по липовой
аллее бульвара. Город спал, только в некоторых окнах мелькали огни. С трех
сторон чернели гребни утесов, отрасли Машука, на вершине которого лежало
зловещее облачко; месяц подымался на востоке; вдали серебряной бахромой
сверкали снеговые горы. Оклики часовых перемежались с шумом горячих ключей,
спущенных на ночь. Порою звучный топот коня раздавался по улице,
сопровождаемый скрыпом нагайской арбы и заунывным татарским припевом. Я сел
на скамью и задумался... Я чувствовал необходимость излить свои мысли в
дружеском разговоре... но с кем? "Что делает теперь Вера?" - думал я... Я
бы дорого дал, чтоб в эту минуту пожать ее руку.
Вдруг слышу быстрые и неровные шаги... Верно, Грушницкий... Так и есть!
- Откуда?
- От княгини Лиговской, - сказал он очень важно. - Как Мери поет!..
- Знаешь ли что? - сказал я ему, - я пари держу, что она не знает, что ты
юнкер; она думает, что ты разжалованный...
- Может быть! Какое мне дело!.. - сказал он рассеянно.
- Нет, я только так это говорю...
- А знаешь ли, что ты нынче ее ужасно рассердил? Она нашла, что это
неслыханная дерзость; я насилу мог ее уверить, что ты так хорошо воспитан и
так хорошо знаешь свет, что не мог иметь намерение ее оскорбить; она
говорит, что у тебя наглый взгляд, что ты, верно, о себе самого высокого
мнения.
- Она не ошибается... А ты не хочешь ли за нее вступиться?
- Мне жаль, что не имею еще этого права...
- О-го! - подумал я, - у него, видно, есть уже надежды..."
- Впрочем, для тебя же хуже, - продолжал Грушницкий, - теперь тебе трудно
познакомиться с ними, - а жаль! это один из самых приятных домов, какие я
только знаю. . .
Я внутренно улыбнулся.
- Самый приятный дом для меня теперь мой, - сказал я, зевая, и встал, чтоб
идти.
- Однако признайся, ты раскаиваешься? . .
- Какой вздор! если я захочу, то завтра же буду вечером у княгини...
- Посмотрим.. .
- Даже, чтоб тебе сделать удовольствие, стану волочиться за княжной...
- Да, если она захочет говорить с тобой...
- Я подожду только той минуты, когда твой разговор ей наскучит... Прощай!..
- А я пойду шататься, - я ни за что теперь не засну... Послушай, пойдем
лучше в ресторацию, там игра... мне нужны нынче сильные ощущения...
- Желаю тебе проиграться...
Я пошел домой.
21-го мая
Прошла почти неделя, а я еще не познакомился с Лиговскими. Жду удобного
случая. Грушницкий, как тень, следует за княжной везде; их разговоры
бесконечны: когда же он ей наскучит?.. Мать не обращает на это внимания,
потому что он не жених. Вот логика матерей! Я подметил два, три нежных
взгляда, - надо этому положить конец.
Вчера у колодца в первый раз явилась Вера... Она, с тех пор как мы
встретились в гроте, не выходила из дома. Мы в одно время опустили стаканы,
и, наклонясь, она мне сказала шепотом:
- Ты не хочешь познакомиться с Лиговскими?.. Мы только там можем
видеться...
Упрек! скучно! Но я его заслужил...
Кстати: завтра бал по подписке в зале ресторации, и я буду танцевать с
княжной мазурку.
cavalier8.
Она смутилась, - но отчего? от своей ошибки или оттого, что мой ответ ей
показался дерзким? Я желал бы, чтоб последнее мое предположение было
справедливо. Грушницкий бросил на меня недовольный взгляд.
Поздно вечером, то есть часов в одиннадцать, я пошел гулять по липовой
аллее бульвара. Город спал, только в некоторых окнах мелькали огни. С трех
сторон чернели гребни утесов, отрасли Машука, на вершине которого лежало
зловещее облачко; месяц подымался на востоке; вдали серебряной бахромой
сверкали снеговые горы. Оклики часовых перемежались с шумом горячих ключей,
спущенных на ночь. Порою звучный топот коня раздавался по улице,
сопровождаемый скрыпом нагайской арбы и заунывным татарским припевом. Я сел
на скамью и задумался... Я чувствовал необходимость излить свои мысли в
дружеском разговоре... но с кем? "Что делает теперь Вера?" - думал я... Я
бы дорого дал, чтоб в эту минуту пожать ее руку.
Вдруг слышу быстрые и неровные шаги... Верно, Грушницкий... Так и есть!
- Откуда?
- От княгини Лиговской, - сказал он очень важно. - Как Мери поет!..
- Знаешь ли что? - сказал я ему, - я пари держу, что она не знает, что ты
юнкер; она думает, что ты разжалованный...
- Может быть! Какое мне дело!.. - сказал он рассеянно.
- Нет, я только так это говорю...
- А знаешь ли, что ты нынче ее ужасно рассердил? Она нашла, что это
неслыханная дерзость; я насилу мог ее уверить, что ты так хорошо воспитан и
так хорошо знаешь свет, что не мог иметь намерение ее оскорбить; она
говорит, что у тебя наглый взгляд, что ты, верно, о себе самого высокого
мнения.
- Она не ошибается... А ты не хочешь ли за нее вступиться?
- Мне жаль, что не имею еще этого права...
- О-го! - подумал я, - у него, видно, есть уже надежды..."
- Впрочем, для тебя же хуже, - продолжал Грушницкий, - теперь тебе трудно
познакомиться с ними, - а жаль! это один из самых приятных домов, какие я
только знаю. . .
Я внутренно улыбнулся.
- Самый приятный дом для меня теперь мой, - сказал я, зевая, и встал, чтоб
идти.
- Однако признайся, ты раскаиваешься? . .
- Какой вздор! если я захочу, то завтра же буду вечером у княгини...
- Посмотрим.. .
- Даже, чтоб тебе сделать удовольствие, стану волочиться за княжной...
- Да, если она захочет говорить с тобой...
- Я подожду только той минуты, когда твой разговор ей наскучит... Прощай!..
- А я пойду шататься, - я ни за что теперь не засну... Послушай, пойдем
лучше в ресторацию, там игра... мне нужны нынче сильные ощущения...
- Желаю тебе проиграться...
Я пошел домой.
21-го мая
Прошла почти неделя, а я еще не познакомился с Лиговскими. Жду удобного
случая. Грушницкий, как тень, следует за княжной везде; их разговоры
бесконечны: когда же он ей наскучит?.. Мать не обращает на это внимания,
потому что он не жених. Вот логика матерей! Я подметил два, три нежных
взгляда, - надо этому положить конец.
Вчера у колодца в первый раз явилась Вера... Она, с тех пор как мы
встретились в гроте, не выходила из дома. Мы в одно время опустили стаканы,
и, наклонясь, она мне сказала шепотом:
- Ты не хочешь познакомиться с Лиговскими?.. Мы только там можем
видеться...
Упрек! скучно! Но я его заслужил...
Кстати: завтра бал по подписке в зале ресторации, и я буду танцевать с
княжной мазурку.