о может случиться, чтобы целый век змея у человека сердце глодала?..
Глупости одни... Ох, господи, царица небесная! - закряхтел старик, делая
усилие встать.- Пойдем-ка, паныч, домой... все равно больше ничего не
поймаешь...
Мы собрали наше имущество и пошли. Опять, когда мы проходили бурьяном,
суетились и плясали высокие призраки, и я, замирая и холодея от страха,
держался рукой за фалды поварова пиджака. Мне все казалось, что если я
погляжу в сторону, то увижу где-нибудь на горизонте шагающую с дубинкой на
плече огромную человеческую тень, возвышающуюся над деревьями нашего сада,
которые уже обрисовывались смутно в туманном рассвете.
А.И. Куприн
Ночная смена
Источник: | А.И. Куприн. Собрание сочинений в 5 т. Том 1. Библиотека
"Огонђк" |
----------------------------------------------------------------------------
Издательство: | Москва, 1982. Издательство Правда |
----------------------------------------------------------------------------
Ocr, проверка: | Читальный зал |
--------------------------------
Впервые опубликовано в журнале "Мир божий", 1899, ‘ 2, с подзаголовком:
"Очерк".
--------------------------------
В казарме восьмой роты давно окончили вечернюю перекличку и пропели
молитву. Уже одиннадцатый час в начале, но люди не спешат раздеваться.
Завтра воскресенье, а в воскресенье все, кроме должностных, встают часом
позже.
Дневальный - Лука Меркулов - только что "заступил на смену". До двух часов
пополуночи он должен не спать, ходить по казарме в шинели, в шапке и со
штыком на боку и следить за порядком: за тем, чтобы не было покраж, чтобы
люди не выбегали на двор раздетыми, чтобы в помещение не проникали
посторонние лица. В случае посещения начальства он обязан рапортовать о
благополучии и о всем происшедшем.
Меркулов дневалит не в очередь, а в наказание - за то, что в прошедший
понедельник, во время подготовительных к стрельбе упражнений, его скатанная
шинель была обвязана не ременным трынчиком, который у него украли, а
веревочкой. Дневалит он через день вот уже третий раз, и все ему достаются
самые тяжелые ночные часы.
Меркулов плохой фронтовик. Нельзя сказать, чтобы он был ленив и
нестарателен. Просто ему не дается сложное искусство чисто делать ружейные
приемы, вытягивать при маршировке вниз носок ноги, "подаваясь всем корпусом
вперед", и в должной степени "затаивать дыхание в момент спуска ударника"
при стрельбе. Тем не менее он известен за солдата серьезного и
обстоятельного: в одежде наблюдает опрятность; сквернословит сравнительно
мало, водку пьет только казенную, какую дают по большим праздникам, а в
свободное время медленно и добросовестно тачает сапоги, - не более пары в
месяц, но зато какие сапоги! - огромные, тяжеловесные, не знающие износа, -
меркуловские сапоги.
Лицо у него шершавое, серое, в один тон с шинелью, с оттенком той грязной
бледности, которую придает простым лицам воздух казарм, тюрем и госпиталей.
Странное и какое-то неуместное впечатление производят на меркуловском лице
выпуклые глаза удивительно нежного и чистого цвета - добрые, детские и до
того ясные, что они кажутся сияющими. Губы у Меркулова простодушные,
толстые, особенно верхняя, над которой точно прилизан редкий бурый пушок.
В казарме гомон. Четыре длинных, сквозных комнаты еле освещены коптящим
красноватым светом четырех жестяных ночников, висящих
Глупости одни... Ох, господи, царица небесная! - закряхтел старик, делая
усилие встать.- Пойдем-ка, паныч, домой... все равно больше ничего не
поймаешь...
Мы собрали наше имущество и пошли. Опять, когда мы проходили бурьяном,
суетились и плясали высокие призраки, и я, замирая и холодея от страха,
держался рукой за фалды поварова пиджака. Мне все казалось, что если я
погляжу в сторону, то увижу где-нибудь на горизонте шагающую с дубинкой на
плече огромную человеческую тень, возвышающуюся над деревьями нашего сада,
которые уже обрисовывались смутно в туманном рассвете.
А.И. Куприн
Ночная смена
Источник: | А.И. Куприн. Собрание сочинений в 5 т. Том 1. Библиотека
"Огонђк" |
----------------------------------------------------------------------------
Издательство: | Москва, 1982. Издательство Правда |
----------------------------------------------------------------------------
Ocr, проверка: | Читальный зал |
--------------------------------
Впервые опубликовано в журнале "Мир божий", 1899, ‘ 2, с подзаголовком:
"Очерк".
--------------------------------
В казарме восьмой роты давно окончили вечернюю перекличку и пропели
молитву. Уже одиннадцатый час в начале, но люди не спешат раздеваться.
Завтра воскресенье, а в воскресенье все, кроме должностных, встают часом
позже.
Дневальный - Лука Меркулов - только что "заступил на смену". До двух часов
пополуночи он должен не спать, ходить по казарме в шинели, в шапке и со
штыком на боку и следить за порядком: за тем, чтобы не было покраж, чтобы
люди не выбегали на двор раздетыми, чтобы в помещение не проникали
посторонние лица. В случае посещения начальства он обязан рапортовать о
благополучии и о всем происшедшем.
Меркулов дневалит не в очередь, а в наказание - за то, что в прошедший
понедельник, во время подготовительных к стрельбе упражнений, его скатанная
шинель была обвязана не ременным трынчиком, который у него украли, а
веревочкой. Дневалит он через день вот уже третий раз, и все ему достаются
самые тяжелые ночные часы.
Меркулов плохой фронтовик. Нельзя сказать, чтобы он был ленив и
нестарателен. Просто ему не дается сложное искусство чисто делать ружейные
приемы, вытягивать при маршировке вниз носок ноги, "подаваясь всем корпусом
вперед", и в должной степени "затаивать дыхание в момент спуска ударника"
при стрельбе. Тем не менее он известен за солдата серьезного и
обстоятельного: в одежде наблюдает опрятность; сквернословит сравнительно
мало, водку пьет только казенную, какую дают по большим праздникам, а в
свободное время медленно и добросовестно тачает сапоги, - не более пары в
месяц, но зато какие сапоги! - огромные, тяжеловесные, не знающие износа, -
меркуловские сапоги.
Лицо у него шершавое, серое, в один тон с шинелью, с оттенком той грязной
бледности, которую придает простым лицам воздух казарм, тюрем и госпиталей.
Странное и какое-то неуместное впечатление производят на меркуловском лице
выпуклые глаза удивительно нежного и чистого цвета - добрые, детские и до
того ясные, что они кажутся сияющими. Губы у Меркулова простодушные,
толстые, особенно верхняя, над которой точно прилизан редкий бурый пушок.
В казарме гомон. Четыре длинных, сквозных комнаты еле освещены коптящим
красноватым светом четырех жестяных ночников, висящих