ьный зал |
--------------------------------
Впервые опубликованно в газете "Жизнь и искусство" (Киев), 1895, ‘ 120, 2
мая, с подзаголовком "Поэма" и посвящением Верочке и Марусе. Без
подзаголовка и посвящения в незначительно измененной редакции рассказ вошел
в сборник Куприна "Детские рассказы" (1908).
--------------------------------
Это происходило в большой оранжерее, принадлежавшей очень странному
человеку - миллионеру и нелюдиму, тратившему все свои несметные доходы на
редкие и красивые цветы. Оранжерея эта по своему устройству, по величине
помещений и по богатству собранных в ней растений превосходила
знаменитейшие оранжереи в мире. Самые разнообразные, самые капризные
растения, начиная от тропических пальм и кончая бледными полярными мхами,
росли в ней так же свободно, как и у себя на родине. Тут были: гигантские
латании и фениксы с их широкими зонтичными листьями; фиговые и банановые,
саговые и кокосовые пальмы возвышали к стеклянному потолку длинные голые
стволы, увенчанные пышными пучками раскидистых листьев. Здесь же росли
многие диковинные экземпляры, вроде эбенового дерева с черным стволом,
крепким, как железо, кусты хищной мимозы, у которой листья и цветы при
одном прикосновении к ним мелкого насекомого быстро сжимаются и высасывают
из него соки; драцены, из стеблей которых вытекает густой, красный, как
кровь, ядовитый сок. В круглом, необычайно большом бассейне плавала
царственная Виктория, каждый лист которой может удержать на себе ребенка, и
здесь же выглядывали белые венчики индийского лотоса, распускающего только
ночью свои нежные цветы. Сплошными стенами стояли темные, пахучие кипарисы,
олеандры с бледно-розовыми цветами, мирты, апельсинные и миндальные
деревья, благоухающие китайские померанцы, твердолистые фикусы, кусты южной
акации и лавровые деревья.
Тысячи различных цветов наполняли воздух оранжереи своими ароматами:
пестрые с терпким запахом гвоздики; яркие японские хризантемы; задумчивые
нарциссы, опускающие перед ночью вниз свои тонкие белые лепестки; гиацинты
и левкои - украшающие гробницы; серебристые колокольчики девственных
ландышей; белые с одуряющим запахом панкрации; лиловые и красные шапки
гортензий; скромные ароматные фиалки; восковые, нестерпимо благоуханные
туберозы, ведущие свой род с острова Явы; душистый горошек; пеонии,
напоминающие запахом розу; вервена, цветам которой римские красавицы
приписывали свойство придавать коже особенную свежесть и нежность и потому
клали их в свои ванны, и наконец, великолепные сорта роз всевозможных
оттенков: пурпурного, ярко-красного, пунцового, коричневого, розового,
темно-желтого, нежно-желтого, палевого и ослепительно-белого.
Другие цветы, лишенные аромата, отличались зато пышною красотою, как,
например, холодные красавицы камелии, разноцветные азалии, китайские лилии,
голландские тюльпаны, огромные яркие георгины и тяжелые астры.
Но было в оранжерее одно странное растение, которое, по-видимому, ничем не
могло бы обратить на себя внимание, кроме разве своей уродливости. Прямо из
корня выходили у него длинные, аршина в два, листья, узкие, мясистые и
покрытые острыми колючками. Листья эти, числом около десяти, не поднимались
кверху, а стлались по земле. Днем они были холодны, а ночью становились
теплыми. Цветы никогда не показывались между ними, но зато торчал вверх
длинный, прямой зеленый стержень. Это растение называлось Столетником.
Цветы в оран
--------------------------------
Впервые опубликованно в газете "Жизнь и искусство" (Киев), 1895, ‘ 120, 2
мая, с подзаголовком "Поэма" и посвящением Верочке и Марусе. Без
подзаголовка и посвящения в незначительно измененной редакции рассказ вошел
в сборник Куприна "Детские рассказы" (1908).
--------------------------------
Это происходило в большой оранжерее, принадлежавшей очень странному
человеку - миллионеру и нелюдиму, тратившему все свои несметные доходы на
редкие и красивые цветы. Оранжерея эта по своему устройству, по величине
помещений и по богатству собранных в ней растений превосходила
знаменитейшие оранжереи в мире. Самые разнообразные, самые капризные
растения, начиная от тропических пальм и кончая бледными полярными мхами,
росли в ней так же свободно, как и у себя на родине. Тут были: гигантские
латании и фениксы с их широкими зонтичными листьями; фиговые и банановые,
саговые и кокосовые пальмы возвышали к стеклянному потолку длинные голые
стволы, увенчанные пышными пучками раскидистых листьев. Здесь же росли
многие диковинные экземпляры, вроде эбенового дерева с черным стволом,
крепким, как железо, кусты хищной мимозы, у которой листья и цветы при
одном прикосновении к ним мелкого насекомого быстро сжимаются и высасывают
из него соки; драцены, из стеблей которых вытекает густой, красный, как
кровь, ядовитый сок. В круглом, необычайно большом бассейне плавала
царственная Виктория, каждый лист которой может удержать на себе ребенка, и
здесь же выглядывали белые венчики индийского лотоса, распускающего только
ночью свои нежные цветы. Сплошными стенами стояли темные, пахучие кипарисы,
олеандры с бледно-розовыми цветами, мирты, апельсинные и миндальные
деревья, благоухающие китайские померанцы, твердолистые фикусы, кусты южной
акации и лавровые деревья.
Тысячи различных цветов наполняли воздух оранжереи своими ароматами:
пестрые с терпким запахом гвоздики; яркие японские хризантемы; задумчивые
нарциссы, опускающие перед ночью вниз свои тонкие белые лепестки; гиацинты
и левкои - украшающие гробницы; серебристые колокольчики девственных
ландышей; белые с одуряющим запахом панкрации; лиловые и красные шапки
гортензий; скромные ароматные фиалки; восковые, нестерпимо благоуханные
туберозы, ведущие свой род с острова Явы; душистый горошек; пеонии,
напоминающие запахом розу; вервена, цветам которой римские красавицы
приписывали свойство придавать коже особенную свежесть и нежность и потому
клали их в свои ванны, и наконец, великолепные сорта роз всевозможных
оттенков: пурпурного, ярко-красного, пунцового, коричневого, розового,
темно-желтого, нежно-желтого, палевого и ослепительно-белого.
Другие цветы, лишенные аромата, отличались зато пышною красотою, как,
например, холодные красавицы камелии, разноцветные азалии, китайские лилии,
голландские тюльпаны, огромные яркие георгины и тяжелые астры.
Но было в оранжерее одно странное растение, которое, по-видимому, ничем не
могло бы обратить на себя внимание, кроме разве своей уродливости. Прямо из
корня выходили у него длинные, аршина в два, листья, узкие, мясистые и
покрытые острыми колючками. Листья эти, числом около десяти, не поднимались
кверху, а стлались по земле. Днем они были холодны, а ночью становились
теплыми. Цветы никогда не показывались между ними, но зато торчал вверх
длинный, прямой зеленый стержень. Это растение называлось Столетником.
Цветы в оран