что потом, в таксомоторе, она сидела, как
каменная.
-- Мы сломали какой-то барьер и столб,-- хмуро сказала она
и, медленно протянув руку, помогла Францу отворить калитку,
которую он сердито теребил.
-- Опасная все-таки вещь--автомобиль,--проговорил Франц
неопределенно. Теперь уже пора было откланяться.
Марта заметила и одобрила его нерешительность. -- Вам в
какую сторону?--спросила она, переместив зонтик из правой руки
в левую. Очень подходящие он купил очки... Смышленый мальчик...
-- Я сам не знаю,-- сказал Франц и грубовато
ухмыльнулся.-- Собственно говоря, я как раз пришел
посоветоваться с Дядей насчет комнаты.--Это первое "дядя" вышло
у него неубедительно, и он решил не повторять его некоторое
время, чтобы дать слову созреть. Марта рассмеялась, плотоядно
обнажав зубы. -- Я тоже могу помочь,-- сказала она.--
Объясните, в чем дело?
Они незаметно двинулись и теперь медленно шли по широкой
панели, на которой, там и сям, как старые кожаные перчатки,
лежали сухие листья. Франц оживился, высморкался и стал
рассказывать о комнатах.
-- Это неслыханно,-- прервала Марта,-- неужели пятьдесят
пять? Я уверена, что .можно поторговаться.
Франц про себя подумал, что дело в шляпе, но решил не
спешить.
-- Там хозяин-- эдакий тугой старикашка. Сам черт его не
проймет...
-- Знаете что?--вдруг сказала Марта--я бы не прочь пойти
туда, поговорить.
Франц от удовольствия зажмурился. Везло. Необыкновенно
везло. Не говоря уж, что весьма хороню получается -- гулять по
улицам с этой красногубой дамой в кротовом пальто. Резкий
осенний воздух, лоснящаяся мостовая, шипение шин, вот она --
настоящая жизнь. Только бы еще новый костюм, пылающий галстук
,-- и тогда полное счастье. Он подумал, что бы такое сказать
приятное, почтительное...
-- Я все еще не могу забыть, как это мы странно
встретились в поезде. Невероятно!
-- Случайность,-- сказала Марта, думая о своем.-- Вот
что,-- вдруг заговорила она, когда они стали подниматься по
крутой лестнице на пятый этаж.-- Мне не хочется, чтобы муж
знал, что я вам помогла... Нет, тут никакой загадки нет; мне
просто не хочется,-- вот и все.
Франц поклонился. Его дело -- сторона. Однако он спросил
себя, лестно ли то, что она сказала, или обидно? Решить трудно.
На звонок долго никто не приходил. Франц вслушался,-- не
слышно ли приближающихся шагов. Все было тихо. Оттого особенно
неожиданным показалось, когда дверь отпахнулась. Старичок в
сером, с бритым, мятым лицом и густыми, закрученными бровями,
молча впустил их.
-- Я к вам опять,-- сказал Франц,-- я хотел бы еще раз
посмотреть комнату.
Старичок в знак согласия приложил руку к груди и быстро,
совершенно беззвучно, пошел по длинному, темноватому коридору.
"Бог знает, какие дебри",-- брезгливо подумала Марта, и ей
опять почудилась озорная улыбка мужа: меня журила, а сама
помогаешь, меня журила, а сама...
Впрочем, комната оказалась светленькой, довольно чистой: у
левой стены деревянная, должно быть скрипучая, кровать,
рукомойник, печка; справа--два стула, соломенное кресло с
потугами на грацию; небольшой стол посредине; комод в углу; на
одной стене зеркало с флюсом, на другой портрет женщины в одних
чулках.
Франц с надеждой посмотрел на Марту, она указала зонтиком
каменная.
-- Мы сломали какой-то барьер и столб,-- хмуро сказала она
и, медленно протянув руку, помогла Францу отворить калитку,
которую он сердито теребил.
-- Опасная все-таки вещь--автомобиль,--проговорил Франц
неопределенно. Теперь уже пора было откланяться.
Марта заметила и одобрила его нерешительность. -- Вам в
какую сторону?--спросила она, переместив зонтик из правой руки
в левую. Очень подходящие он купил очки... Смышленый мальчик...
-- Я сам не знаю,-- сказал Франц и грубовато
ухмыльнулся.-- Собственно говоря, я как раз пришел
посоветоваться с Дядей насчет комнаты.--Это первое "дядя" вышло
у него неубедительно, и он решил не повторять его некоторое
время, чтобы дать слову созреть. Марта рассмеялась, плотоядно
обнажав зубы. -- Я тоже могу помочь,-- сказала она.--
Объясните, в чем дело?
Они незаметно двинулись и теперь медленно шли по широкой
панели, на которой, там и сям, как старые кожаные перчатки,
лежали сухие листья. Франц оживился, высморкался и стал
рассказывать о комнатах.
-- Это неслыханно,-- прервала Марта,-- неужели пятьдесят
пять? Я уверена, что .можно поторговаться.
Франц про себя подумал, что дело в шляпе, но решил не
спешить.
-- Там хозяин-- эдакий тугой старикашка. Сам черт его не
проймет...
-- Знаете что?--вдруг сказала Марта--я бы не прочь пойти
туда, поговорить.
Франц от удовольствия зажмурился. Везло. Необыкновенно
везло. Не говоря уж, что весьма хороню получается -- гулять по
улицам с этой красногубой дамой в кротовом пальто. Резкий
осенний воздух, лоснящаяся мостовая, шипение шин, вот она --
настоящая жизнь. Только бы еще новый костюм, пылающий галстук
,-- и тогда полное счастье. Он подумал, что бы такое сказать
приятное, почтительное...
-- Я все еще не могу забыть, как это мы странно
встретились в поезде. Невероятно!
-- Случайность,-- сказала Марта, думая о своем.-- Вот
что,-- вдруг заговорила она, когда они стали подниматься по
крутой лестнице на пятый этаж.-- Мне не хочется, чтобы муж
знал, что я вам помогла... Нет, тут никакой загадки нет; мне
просто не хочется,-- вот и все.
Франц поклонился. Его дело -- сторона. Однако он спросил
себя, лестно ли то, что она сказала, или обидно? Решить трудно.
На звонок долго никто не приходил. Франц вслушался,-- не
слышно ли приближающихся шагов. Все было тихо. Оттого особенно
неожиданным показалось, когда дверь отпахнулась. Старичок в
сером, с бритым, мятым лицом и густыми, закрученными бровями,
молча впустил их.
-- Я к вам опять,-- сказал Франц,-- я хотел бы еще раз
посмотреть комнату.
Старичок в знак согласия приложил руку к груди и быстро,
совершенно беззвучно, пошел по длинному, темноватому коридору.
"Бог знает, какие дебри",-- брезгливо подумала Марта, и ей
опять почудилась озорная улыбка мужа: меня журила, а сама
помогаешь, меня журила, а сама...
Впрочем, комната оказалась светленькой, довольно чистой: у
левой стены деревянная, должно быть скрипучая, кровать,
рукомойник, печка; справа--два стула, соломенное кресло с
потугами на грацию; небольшой стол посредине; комод в углу; на
одной стене зеркало с флюсом, на другой портрет женщины в одних
чулках.
Франц с надеждой посмотрел на Марту, она указала зонтиком