я, что к москве с востока катится рассвет.
Дикая ярость исказила лицо девицы, она испустила хриплое
ругательство, а варенуха у дверей взвизгнул и обрушился из воз-
духа на пол.
Крик петуха повторился, девица щелкнула зубами, и рыжие ее
волосы поднялись дыбом. С третьим криком петуха она повернулась
и вылетела вон. И вслед за нею, подпрыгнув и вытянувшись гори-
зонтально в воздухе, напоминая летящего купидона, выплыл мед-
ленно в окно через письменный стол варенуха.
Седой как снег, без единого черного волоса старик, который
недавно еще был римским, подбежал к двери, отстегнул пуговку,
открыл дверь и кинулся бежать по темному коридору. У поворота
на лестницу он, стеная от страха, нащупал выключатель, и лест-
ница осветилась. На лестнице трясущийся, дрожащий старик упал,
потому что ему показалось, что на него сверху мягко обрушился
варенуха.
Сбежав вниз, римский увидел дежурного, заснувшего на стуле
у кассы в вестибюле. Римский пробрался мимо него на цыпочках и
выскользнул в главную дверь. На улице ему стало несколько лег-
че. Он настолько пришел в себя, что, хватаясь за голову, сумел
сообразить, что шляпа его осталась в кабинете.
Само собой разумеется, что за нею он не вернулся, а, за-
дыхаясь, побежал через широкую улицу на противоположный угол у
кинотеатра, возле которого маячил красноватый тусклый огонек.
Через минуту он был уже возле него. Никто не успел перехватить
машину.
- К курьерскому ленинградскому, дам на чай, - тяжело дыша и
держась за сердце, проговорил старик.
- В гараж еду, - с ненавистью ответил шофер и отвернулся.
Тогда римский расстегнул портфель, вытащил оттуда пятьдесят
рублей и протянул их сквозь открытое переднее окно шоферу.
Через несколько мгновений дребезжащая машина, как вихрь,
летела по кольцу садовой. Седока трепало на сиденье, и в оскол-
ке зеркала, повешенного перед шофером, римский видел то радост-
ные глаза шофера, то безумные свои.
Выскочив из машины перед зданием вокзала, римский крикнул
первому попавшемуся человеку в белом фартуке и с бляхой:
- первую категорию, один, тридцать дам, - комкая, он вы-
нимал из портфеля червонцы, - нет первой- вторую, если нету-
бери жесткий.
Человек с бляхой, оглядываясь на светящиеся часы, рвал из
рук римского червонцы.
Через пять минут из-под стеклянного купола вокзала исчез
курьерский и начисто пропал в темноте. С ним вместе пропал и
римский.
Глава 15
сон никанора ивановича
нетрудно догадаться, что толстяк с багровой физиономией,
которого помес
Дикая ярость исказила лицо девицы, она испустила хриплое
ругательство, а варенуха у дверей взвизгнул и обрушился из воз-
духа на пол.
Крик петуха повторился, девица щелкнула зубами, и рыжие ее
волосы поднялись дыбом. С третьим криком петуха она повернулась
и вылетела вон. И вслед за нею, подпрыгнув и вытянувшись гори-
зонтально в воздухе, напоминая летящего купидона, выплыл мед-
ленно в окно через письменный стол варенуха.
Седой как снег, без единого черного волоса старик, который
недавно еще был римским, подбежал к двери, отстегнул пуговку,
открыл дверь и кинулся бежать по темному коридору. У поворота
на лестницу он, стеная от страха, нащупал выключатель, и лест-
ница осветилась. На лестнице трясущийся, дрожащий старик упал,
потому что ему показалось, что на него сверху мягко обрушился
варенуха.
Сбежав вниз, римский увидел дежурного, заснувшего на стуле
у кассы в вестибюле. Римский пробрался мимо него на цыпочках и
выскользнул в главную дверь. На улице ему стало несколько лег-
че. Он настолько пришел в себя, что, хватаясь за голову, сумел
сообразить, что шляпа его осталась в кабинете.
Само собой разумеется, что за нею он не вернулся, а, за-
дыхаясь, побежал через широкую улицу на противоположный угол у
кинотеатра, возле которого маячил красноватый тусклый огонек.
Через минуту он был уже возле него. Никто не успел перехватить
машину.
- К курьерскому ленинградскому, дам на чай, - тяжело дыша и
держась за сердце, проговорил старик.
- В гараж еду, - с ненавистью ответил шофер и отвернулся.
Тогда римский расстегнул портфель, вытащил оттуда пятьдесят
рублей и протянул их сквозь открытое переднее окно шоферу.
Через несколько мгновений дребезжащая машина, как вихрь,
летела по кольцу садовой. Седока трепало на сиденье, и в оскол-
ке зеркала, повешенного перед шофером, римский видел то радост-
ные глаза шофера, то безумные свои.
Выскочив из машины перед зданием вокзала, римский крикнул
первому попавшемуся человеку в белом фартуке и с бляхой:
- первую категорию, один, тридцать дам, - комкая, он вы-
нимал из портфеля червонцы, - нет первой- вторую, если нету-
бери жесткий.
Человек с бляхой, оглядываясь на светящиеся часы, рвал из
рук римского червонцы.
Через пять минут из-под стеклянного купола вокзала исчез
курьерский и начисто пропал в темноте. С ним вместе пропал и
римский.
Глава 15
сон никанора ивановича
нетрудно догадаться, что толстяк с багровой физиономией,
которого помес