как скрипят его лакированные туфли и как
звенит бокал, который он поставил на стол, последний раз в этой
жизни выпив шампанское. Да вот и он.
Направляясь к воланду, вступал в зал новый одинокий гость.
Внешне он ничем не отличался от многочисленных остальных го-
стей-мужчин, кроме одного: гостя буквально шатало от волнения,
что было видно даже издали. На его щеках горели пятна, и глаза
бегали в полной тревоге. Гость был ошарашен, и это было вполне
естественно: его поразило все, и главным образом, конечно, на-
ряд воланда.
Однако встречен был гость отменно ласково.
- А, милейший барон майгель, - приветливо улыбаясь, обра-
тился воланд к гостю, у которого глаза вылезали на лоб, - я
счастлив рекомендовать вам, - обратился воланд к гостям, - по-
чтеннейшего барона майгеля, служащего зрелищной комиссии в до-
лжности ознакомителя иностранцев с достопримечательностями сто-
лицы.
Тут маргарита замерла, потому что узнала вдруг этого май-
геля. Он несколько раз попадался ей в театрах москвы и в ресто-
ранах. "Позвольте...- Подумала маргарита, - он, стало быть, что
ли, тоже умер?" Но дело тут же раз"яснилось.
- Милый барон, - продолжал воланд, радостно улыбаясь, - был
так очарователен, что, узнав о моем приезде в москву, тотчас
позвонил ко мне, предлагая свои услуги по своей специальности,
то есть по ознакомлению с достопримечательностями. Само собою
разумеется, что я был счастлив пригласить его к себе.
В это время маргарита видела, как азазелло передал блюдо с
черепом коровьеву.
- Да, кстати, барон, - вдруг интимно понизив голос, прого-
ворил воланд, - разнеслись слухи о чрезвычайной вашей любозна-
тельности. Говорят, что она, в сочетании с вашей не менее раз-
витой разговорчивостью, стала привлекать всеобщее внимание.
Более того, злые языки уже уронили слово - наушник и шпион. И
еще более того, есть предположение, что это приведет вас к пе-
чальному концу не далее, чем через месяц. Так вот, чтобы из-
бавить вас от этого томительного ожидания, мы решили придти к
вам на помощь, воспользовавшись тем обстоятельством, что вы
напросились ко мне в гости именно с целью подсмотреть и под-
слушать все, что можно.
Барон стал бледнее, чем абадонна, который был исключительно
бледен по своей природе, а затем произошло что-то странное.
Абадонна оказался перед бароном и на секунду снял свои очки. В
тот же момент что-то сверкнуло в руках азазелло, что-то негром-
ко хлопнуло как в ладоши, барон стал падать навзничь, алая
кровь брызнула у него из-под груди и залила крахмальную рубашку
и жилет. Коровьев подставил чашу под бьющуюся струю и передал
161
наполнившуюся чашу воланду. Безжизненное тело барона в это вре-
мя уже было на полу.
- Я пью ваше здоровье, господа, - негромко сказал воланд и,
подняв чашу, прикоснулся к ней губами.
Тогда произошла метаморфоза. Исчезла заплатанная рубаха и
стоптанные туфли. Воланд оказался в какой-то черной хламиде со
стальной шпагой на бедре. Он быстро приблизился к маргарите,
поднес ей чашу и повелительно сказал:
- пей!
У маргариты закружилась г
звенит бокал, который он поставил на стол, последний раз в этой
жизни выпив шампанское. Да вот и он.
Направляясь к воланду, вступал в зал новый одинокий гость.
Внешне он ничем не отличался от многочисленных остальных го-
стей-мужчин, кроме одного: гостя буквально шатало от волнения,
что было видно даже издали. На его щеках горели пятна, и глаза
бегали в полной тревоге. Гость был ошарашен, и это было вполне
естественно: его поразило все, и главным образом, конечно, на-
ряд воланда.
Однако встречен был гость отменно ласково.
- А, милейший барон майгель, - приветливо улыбаясь, обра-
тился воланд к гостю, у которого глаза вылезали на лоб, - я
счастлив рекомендовать вам, - обратился воланд к гостям, - по-
чтеннейшего барона майгеля, служащего зрелищной комиссии в до-
лжности ознакомителя иностранцев с достопримечательностями сто-
лицы.
Тут маргарита замерла, потому что узнала вдруг этого май-
геля. Он несколько раз попадался ей в театрах москвы и в ресто-
ранах. "Позвольте...- Подумала маргарита, - он, стало быть, что
ли, тоже умер?" Но дело тут же раз"яснилось.
- Милый барон, - продолжал воланд, радостно улыбаясь, - был
так очарователен, что, узнав о моем приезде в москву, тотчас
позвонил ко мне, предлагая свои услуги по своей специальности,
то есть по ознакомлению с достопримечательностями. Само собою
разумеется, что я был счастлив пригласить его к себе.
В это время маргарита видела, как азазелло передал блюдо с
черепом коровьеву.
- Да, кстати, барон, - вдруг интимно понизив голос, прого-
ворил воланд, - разнеслись слухи о чрезвычайной вашей любозна-
тельности. Говорят, что она, в сочетании с вашей не менее раз-
витой разговорчивостью, стала привлекать всеобщее внимание.
Более того, злые языки уже уронили слово - наушник и шпион. И
еще более того, есть предположение, что это приведет вас к пе-
чальному концу не далее, чем через месяц. Так вот, чтобы из-
бавить вас от этого томительного ожидания, мы решили придти к
вам на помощь, воспользовавшись тем обстоятельством, что вы
напросились ко мне в гости именно с целью подсмотреть и под-
слушать все, что можно.
Барон стал бледнее, чем абадонна, который был исключительно
бледен по своей природе, а затем произошло что-то странное.
Абадонна оказался перед бароном и на секунду снял свои очки. В
тот же момент что-то сверкнуло в руках азазелло, что-то негром-
ко хлопнуло как в ладоши, барон стал падать навзничь, алая
кровь брызнула у него из-под груди и залила крахмальную рубашку
и жилет. Коровьев подставил чашу под бьющуюся струю и передал
161
наполнившуюся чашу воланду. Безжизненное тело барона в это вре-
мя уже было на полу.
- Я пью ваше здоровье, господа, - негромко сказал воланд и,
подняв чашу, прикоснулся к ней губами.
Тогда произошла метаморфоза. Исчезла заплатанная рубаха и
стоптанные туфли. Воланд оказался в какой-то черной хламиде со
стальной шпагой на бедре. Он быстро приблизился к маргарите,
поднес ей чашу и повелительно сказал:
- пей!
У маргариты закружилась г