дал на опыте (* Сходить зайца по малику -
термин охотничий и значит - отыскать его по следам. Вообще ружейные охотники
держатся терминологии псовых охотников, чему и я последую).
Русский народ называет зайца косым. Его глаза, большие, темные
навыкате, - не косы, это знает всякий; но, будучи пуглив и тороплив, не имея
способности оглядываться, он набегает иногда прямо на охотника или на пенек,
оторопев, круто бросается в другую сторону и опять на что-нибудь набегает.
Вероятно, вследствие таких неловких движений назвали его косым, и даже
человека, пробежавшего второпях мимо того предмета, которого он ищет, или
забежавшего не туда, куда следует, приветствуют шуточным восклицанием: "Эх
ты, косой заяц", или: "Куда забежал скосу?" К тому же заяц, сидя на логове,
закатывает под лоб иногда один глаз, иногда и оба; вероятно, это дремота, но
при первом взгляде заяц покажется косым. Зайцев истребляют все, кто может:
волки, лисы, дворные и легавые собаки, которые сами собою ходят охотиться за
ними в лес, даже горностаи и ласки, о чем я имел уже случай говорить. Но
кроме врагов, бегающих по земле и отыскивающих чутьем свою добычу, такие же
враги их летают и по воздуху: орлы, беркуты, большие ястреба готовы напасть
на зайца, как скоро почему-нибудь он бывает принужден оставить днем свое
потаенное убежище, свое логово; если же это логово выбрано неудачно, не
довольно закрыто травой или степным кустарником (разумеется, в чистых
полях), то непременно и там увидит его зоркий до невероятности черный беркут
(степной орел), огромнейший и сильнейший из всех хищных птиц, похожий на
копну сена, почерневшую от дождя, когда сидит на стогу или на сурчине, -
увидит и, зашумев как буря, упадет на бедного зайца внезапно из облаков,
унесет в длинных и острых когтях на далекое расстояние и, опустясь на
удобном месте, съест почти всего, с шерстью и мелкими костями. Мало этого,
даже ночью сторожат зайцев на мирных гулянках большие совы и филины (* Мне
рассказывали охотники, что совы и филины ловят по ночам зайцев следующим
образом: они подстерегают их на тропах; одною ногою сова вкогтится в зайца,
другою ухватится за ветку куста или дерева и таким образом держит его до тех
пор, пока он не выбьется из сил; тогда сова вкогтится в него и другою лапой
и окончательно задушит. К этому прибавляют, что заяц отрывает иногда
вкогтившуюся в него лапу (разумеется, в то время, когда сова другою лапою
держится за куст), что охотникам случалось затравливать зайцев, на которых
висела вкогтившаяся в тело, оторванная и уже высохшая лапка совы. Признаюсь,
последнее обстоятельство я считал выдумкою; но тот же охотник и знаток этого
дела, на которого я недавно ссылался (А. С. Хомяков), удостоверил меня, что
это совершенно справедливо. То же подтверждает и другой стрелок - охотник Ю.
Ф. Самарин). Сказывал мне один достоверный охотник, что орлы и беркуты
сходят зайцев по маликам. Это довольно странно: орлы, беркуты - не
пешеходные твари, но дело доказывается тем, что эти хищники попадают иногда
в капканы, которые ставятся на зайцев, именно на сплетении маликов,
называемом заячьею тропой (* 1854 года, декабря 11-го, принесли мне средней
величины желтобурую сову, попавшую в капкан, поставленный на заячьем малике:
очевидно, что и совы сходят зайцев по следам. - Позднейшее примечание
сочинителя).
Случайно можно заст
термин охотничий и значит - отыскать его по следам. Вообще ружейные охотники
держатся терминологии псовых охотников, чему и я последую).
Русский народ называет зайца косым. Его глаза, большие, темные
навыкате, - не косы, это знает всякий; но, будучи пуглив и тороплив, не имея
способности оглядываться, он набегает иногда прямо на охотника или на пенек,
оторопев, круто бросается в другую сторону и опять на что-нибудь набегает.
Вероятно, вследствие таких неловких движений назвали его косым, и даже
человека, пробежавшего второпях мимо того предмета, которого он ищет, или
забежавшего не туда, куда следует, приветствуют шуточным восклицанием: "Эх
ты, косой заяц", или: "Куда забежал скосу?" К тому же заяц, сидя на логове,
закатывает под лоб иногда один глаз, иногда и оба; вероятно, это дремота, но
при первом взгляде заяц покажется косым. Зайцев истребляют все, кто может:
волки, лисы, дворные и легавые собаки, которые сами собою ходят охотиться за
ними в лес, даже горностаи и ласки, о чем я имел уже случай говорить. Но
кроме врагов, бегающих по земле и отыскивающих чутьем свою добычу, такие же
враги их летают и по воздуху: орлы, беркуты, большие ястреба готовы напасть
на зайца, как скоро почему-нибудь он бывает принужден оставить днем свое
потаенное убежище, свое логово; если же это логово выбрано неудачно, не
довольно закрыто травой или степным кустарником (разумеется, в чистых
полях), то непременно и там увидит его зоркий до невероятности черный беркут
(степной орел), огромнейший и сильнейший из всех хищных птиц, похожий на
копну сена, почерневшую от дождя, когда сидит на стогу или на сурчине, -
увидит и, зашумев как буря, упадет на бедного зайца внезапно из облаков,
унесет в длинных и острых когтях на далекое расстояние и, опустясь на
удобном месте, съест почти всего, с шерстью и мелкими костями. Мало этого,
даже ночью сторожат зайцев на мирных гулянках большие совы и филины (* Мне
рассказывали охотники, что совы и филины ловят по ночам зайцев следующим
образом: они подстерегают их на тропах; одною ногою сова вкогтится в зайца,
другою ухватится за ветку куста или дерева и таким образом держит его до тех
пор, пока он не выбьется из сил; тогда сова вкогтится в него и другою лапой
и окончательно задушит. К этому прибавляют, что заяц отрывает иногда
вкогтившуюся в него лапу (разумеется, в то время, когда сова другою лапою
держится за куст), что охотникам случалось затравливать зайцев, на которых
висела вкогтившаяся в тело, оторванная и уже высохшая лапка совы. Признаюсь,
последнее обстоятельство я считал выдумкою; но тот же охотник и знаток этого
дела, на которого я недавно ссылался (А. С. Хомяков), удостоверил меня, что
это совершенно справедливо. То же подтверждает и другой стрелок - охотник Ю.
Ф. Самарин). Сказывал мне один достоверный охотник, что орлы и беркуты
сходят зайцев по маликам. Это довольно странно: орлы, беркуты - не
пешеходные твари, но дело доказывается тем, что эти хищники попадают иногда
в капканы, которые ставятся на зайцев, именно на сплетении маликов,
называемом заячьею тропой (* 1854 года, декабря 11-го, принесли мне средней
величины желтобурую сову, попавшую в капкан, поставленный на заячьем малике:
очевидно, что и совы сходят зайцев по следам. - Позднейшее примечание
сочинителя).
Случайно можно заст