удном следе, но один известный охотник (А. С. Хомяков) сказывал
мне, что русак на бегу перепрыгивает глубокие рытвины или расселины до семи
аршин шириною), и вообще чудная резвость заячьего бега. Присев на задние
ноги, то есть сложив их на сгибе, упершись в какое-нибудь твердое основание,
заяц имеет способность с такою быстротою и силою разогнуть их, что буквально
бросает па воздух все свое тело; едва обопрется он о землю передними
лапками, как уже задние, далеко перепрыгнув за передние, дают опять такой же
толчок, и бег зайца кажется одною линией, вытянутою в воздухе. Без сомнения,
быстроте прыжков много способствует крепость спинного хребта. Теперь
попятно, что зайцу неловко бежать под гору и, наоборот, очень ловко - на
гору или в гору. Первого он всегда избегает; но, вынужденный иногда к тому
преследованьем врагов, преимущественно борзых собак, он нередко скатывается
кубарем с вершины до самой подошвы горы. Заяц не ходит, а только прыгает, он
даже не может стоять вдруг на всех четырех ногах; как скоро он
останавливается на своем бегу, то сейчас присядет на задние ноги, так они
длинны. Он особенный мастер вдруг сесть на всем бегу, и охотники говорят,
что заяц садок. Надобно еще заметить, что шея у зайца не повертывается, и он
не может оглянуться назад; услыхав какой-нибудь шум сзади или сбоку, он
опирается на задние ноги, перекидывает всего себя в ту сторону, откуда
послышался шум, садится на корточки, как сурок, и насторожит свои длинные
уши. Зайцы положительно травоядные животные, хотя имеют очень острые зубы,
которыми больно кусаются, если возьмут их в руки неловко: живого зайца
должно всегда держать за уши и задние ноги. Когда есть трава, зайцы питаются
ею, также древесными листьями, всякими хлебными посевами и особенно любят
озимь. Зимою гложут они древесную кору, предпочтительно молодых осин и
таловых кустов, а в степях - всякую травяную ветошь, разгребая для того
своими лапками довольно большие снежные сугробы. Плодовитые сады могут
жестоко пострадать от зайцев в продолжение зимы, если не будут взяты
известные предохранительные меры. Заяц имеет особенный, жалобный крик,
похожий на плач младенца. Он испускает его, будучи ранен и попав в когти,
зубы или руки врага. На течках же зайцы кричат особенным образом, и,
подражая этому крику, манят их охотники.
Заяц - самое робкое и беззащитное творенье. Трусость видна во всех
торопливых его движениях и утверждена русскою пословицею: труслив, как заяц.
Мне самому случалось видеть, как он дрожит, сидя в своем логове, слыша
какой-нибудь приближающийся шум и готовясь вскочить каждую минуту. Он по
справедливости боится и зверя и птицы, и только ночью или по утренним и
вечерним зарям выходит из своего дневного убежища, встает с логова; ночь для
него совершенно заменяет день; в продолжение ее он бегает, ест и жирует, то
есть резвится, и вообще исполняет все требования природы; с рассветом он
выбирает укромное местечко, ложится и с открытыми глазами, по особенному
устройству своих коротких век, чутко дремлет до вечера, протянув по спине
длинные уши и беспрестанно моргая своею мордочкой, опушенной редкими, но
довольно длинными белыми усами. В долгие осенние и зимние ночи заяц исходит,
особенно по открытым полям и горам, несколько верст, что каждый охотник,
сходивший русаков по маликам, изве
мне, что русак на бегу перепрыгивает глубокие рытвины или расселины до семи
аршин шириною), и вообще чудная резвость заячьего бега. Присев на задние
ноги, то есть сложив их на сгибе, упершись в какое-нибудь твердое основание,
заяц имеет способность с такою быстротою и силою разогнуть их, что буквально
бросает па воздух все свое тело; едва обопрется он о землю передними
лапками, как уже задние, далеко перепрыгнув за передние, дают опять такой же
толчок, и бег зайца кажется одною линией, вытянутою в воздухе. Без сомнения,
быстроте прыжков много способствует крепость спинного хребта. Теперь
попятно, что зайцу неловко бежать под гору и, наоборот, очень ловко - на
гору или в гору. Первого он всегда избегает; но, вынужденный иногда к тому
преследованьем врагов, преимущественно борзых собак, он нередко скатывается
кубарем с вершины до самой подошвы горы. Заяц не ходит, а только прыгает, он
даже не может стоять вдруг на всех четырех ногах; как скоро он
останавливается на своем бегу, то сейчас присядет на задние ноги, так они
длинны. Он особенный мастер вдруг сесть на всем бегу, и охотники говорят,
что заяц садок. Надобно еще заметить, что шея у зайца не повертывается, и он
не может оглянуться назад; услыхав какой-нибудь шум сзади или сбоку, он
опирается на задние ноги, перекидывает всего себя в ту сторону, откуда
послышался шум, садится на корточки, как сурок, и насторожит свои длинные
уши. Зайцы положительно травоядные животные, хотя имеют очень острые зубы,
которыми больно кусаются, если возьмут их в руки неловко: живого зайца
должно всегда держать за уши и задние ноги. Когда есть трава, зайцы питаются
ею, также древесными листьями, всякими хлебными посевами и особенно любят
озимь. Зимою гложут они древесную кору, предпочтительно молодых осин и
таловых кустов, а в степях - всякую травяную ветошь, разгребая для того
своими лапками довольно большие снежные сугробы. Плодовитые сады могут
жестоко пострадать от зайцев в продолжение зимы, если не будут взяты
известные предохранительные меры. Заяц имеет особенный, жалобный крик,
похожий на плач младенца. Он испускает его, будучи ранен и попав в когти,
зубы или руки врага. На течках же зайцы кричат особенным образом, и,
подражая этому крику, манят их охотники.
Заяц - самое робкое и беззащитное творенье. Трусость видна во всех
торопливых его движениях и утверждена русскою пословицею: труслив, как заяц.
Мне самому случалось видеть, как он дрожит, сидя в своем логове, слыша
какой-нибудь приближающийся шум и готовясь вскочить каждую минуту. Он по
справедливости боится и зверя и птицы, и только ночью или по утренним и
вечерним зарям выходит из своего дневного убежища, встает с логова; ночь для
него совершенно заменяет день; в продолжение ее он бегает, ест и жирует, то
есть резвится, и вообще исполняет все требования природы; с рассветом он
выбирает укромное местечко, ложится и с открытыми глазами, по особенному
устройству своих коротких век, чутко дремлет до вечера, протянув по спине
длинные уши и беспрестанно моргая своею мордочкой, опушенной редкими, но
довольно длинными белыми усами. В долгие осенние и зимние ночи заяц исходит,
особенно по открытым полям и горам, несколько верст, что каждый охотник,
сходивший русаков по маликам, изве