как и ты, разве только вот не
послушник. Ведь русские мальчики как до сих пор орудуют? Иные то-есть? Вот,
например, здешний вонючий трактир, вот они и сходятся, засели в угол. Всю
жизнь прежде не знали друг друга, а выйдут из трактира, сорок лет опять не
будут знать друг друга, ну и что ж, о чем они будут рассуждать, пока
поймали минутку в трактире-то? О мировых вопросах, не иначе: есть ли бог,
есть ли бессмертие? А которые в бога не веруют, ну те о социализме и об
анархизме заговорят, о переделке всего человечества по новому штату, так
ведь это один же чорт выйдет, всђ те же вопросы, только с другого конца. И
множество, множество самых оригинальных русских мальчиков только и делают,
что о вековечных вопросах говорят у нас в наше время. Разве не так?
-- Да, настоящим русские вопросы о том: есть ли бог и есть ли бессмертие,
или, как вот ты говоришь, вопросы с другого конца, конечно первые вопросы и
прежде всего, да так и надо, -- проговорил Алеша, всђ с тою же тихою и
испытующею улыбкой вглядываясь в брата.
-- Вот что, Алеша, быть русским человеком иногда вовсе не умно, но всђ-таки
глупее того, чем теперь занимаются русские мальчики, и представить нельзя
себе. Но я одного русского мальчика, Алешку, ужасно люблю.
-- Как ты это славно подвел, -- засмеялся вдруг Алеша.
-- Ну говори же, с чего начинать, приказывай сам, -- с бога? Существует ли
бог, что ли?
-- С чего хочешь, с того и начинай, хоть с "другого конца". Ведь ты вчера у
отца провозгласил, что нет бога, -- пытливо поглядел на брата Алеша.
-- Я вчера за обедом у старика тебя этим нарочно дразнил и видел, как у
тебя разгорались глазки. Но теперь я вовсе не прочь с тобой переговорить и
говорю это очень серьезно. Я с тобой хочу сойтись. Алеша, потому что у меня
нет друзей, попробовать хочу. Ну, представь же себе, может быть и я
принимаю бога, -- засмеялся Иван, -- для тебя это неожиданно, а?
-- Да конечно, если ты только и теперь не шутишь.
-- Шутишь. Это вчера у старца сказали, что я шучу. Видишь, голубчик, был
один старый грешник в восемнадцатом столетии, который изрек, что если бы не
было бога, то следовало бы его выдумать, s'il n'existait pas Dieu il
faudrait l'inventer. И действительно человек выдумал бога. И не то странно,
не то было бы дивно, что бог в самом деле существует, но то дивно, что
такая мысль -- мысль о необходимости бога -- могла залезть в голову такому
дикому и злому животному каков человек, до того она свята, до того она
трогательна, до того премудра и до того она делает честь человеку. Что же
до меня, то я давно уже положил не думать о том: человек ли создал бога или
бог человека? Не стану я, разумеется, тоже перебирать на этот счет все
современные аксиомы русских мальчиков, все сплошь выведенные из европейских
гипотез; потому что, что там гипотеза, то у русского мальчика тотчас же
аксиома и не только у мальчиков, но пожалуй и у ихних профессоров, потому
что и профессора русские весьма часто у нас теперь те же русские мальчики.
А потому обхожу все гипотезы. Ведь у нас с тобой какая теперь задача?
Задача в том, чтоб я как можно скорее мог объяснить тебе мою суть,. то-есть
что я за человек, во что верую и на что надеюсь, ведь так, так? А потому и
объявляю, что принимаю бога прямо и просто. Но вот однако что надо
отметить: если бог есть и если он действительно создал землю, то, как нам
совершенно известно, создал он ее по эвклидовой геометрии, а ум
человеческий с понятием лишь о трех измерениях простран
послушник. Ведь русские мальчики как до сих пор орудуют? Иные то-есть? Вот,
например, здешний вонючий трактир, вот они и сходятся, засели в угол. Всю
жизнь прежде не знали друг друга, а выйдут из трактира, сорок лет опять не
будут знать друг друга, ну и что ж, о чем они будут рассуждать, пока
поймали минутку в трактире-то? О мировых вопросах, не иначе: есть ли бог,
есть ли бессмертие? А которые в бога не веруют, ну те о социализме и об
анархизме заговорят, о переделке всего человечества по новому штату, так
ведь это один же чорт выйдет, всђ те же вопросы, только с другого конца. И
множество, множество самых оригинальных русских мальчиков только и делают,
что о вековечных вопросах говорят у нас в наше время. Разве не так?
-- Да, настоящим русские вопросы о том: есть ли бог и есть ли бессмертие,
или, как вот ты говоришь, вопросы с другого конца, конечно первые вопросы и
прежде всего, да так и надо, -- проговорил Алеша, всђ с тою же тихою и
испытующею улыбкой вглядываясь в брата.
-- Вот что, Алеша, быть русским человеком иногда вовсе не умно, но всђ-таки
глупее того, чем теперь занимаются русские мальчики, и представить нельзя
себе. Но я одного русского мальчика, Алешку, ужасно люблю.
-- Как ты это славно подвел, -- засмеялся вдруг Алеша.
-- Ну говори же, с чего начинать, приказывай сам, -- с бога? Существует ли
бог, что ли?
-- С чего хочешь, с того и начинай, хоть с "другого конца". Ведь ты вчера у
отца провозгласил, что нет бога, -- пытливо поглядел на брата Алеша.
-- Я вчера за обедом у старика тебя этим нарочно дразнил и видел, как у
тебя разгорались глазки. Но теперь я вовсе не прочь с тобой переговорить и
говорю это очень серьезно. Я с тобой хочу сойтись. Алеша, потому что у меня
нет друзей, попробовать хочу. Ну, представь же себе, может быть и я
принимаю бога, -- засмеялся Иван, -- для тебя это неожиданно, а?
-- Да конечно, если ты только и теперь не шутишь.
-- Шутишь. Это вчера у старца сказали, что я шучу. Видишь, голубчик, был
один старый грешник в восемнадцатом столетии, который изрек, что если бы не
было бога, то следовало бы его выдумать, s'il n'existait pas Dieu il
faudrait l'inventer. И действительно человек выдумал бога. И не то странно,
не то было бы дивно, что бог в самом деле существует, но то дивно, что
такая мысль -- мысль о необходимости бога -- могла залезть в голову такому
дикому и злому животному каков человек, до того она свята, до того она
трогательна, до того премудра и до того она делает честь человеку. Что же
до меня, то я давно уже положил не думать о том: человек ли создал бога или
бог человека? Не стану я, разумеется, тоже перебирать на этот счет все
современные аксиомы русских мальчиков, все сплошь выведенные из европейских
гипотез; потому что, что там гипотеза, то у русского мальчика тотчас же
аксиома и не только у мальчиков, но пожалуй и у ихних профессоров, потому
что и профессора русские весьма часто у нас теперь те же русские мальчики.
А потому обхожу все гипотезы. Ведь у нас с тобой какая теперь задача?
Задача в том, чтоб я как можно скорее мог объяснить тебе мою суть,. то-есть
что я за человек, во что верую и на что надеюсь, ведь так, так? А потому и
объявляю, что принимаю бога прямо и просто. Но вот однако что надо
отметить: если бог есть и если он действительно создал землю, то, как нам
совершенно известно, создал он ее по эвклидовой геометрии, а ум
человеческий с понятием лишь о трех измерениях простран