вайте! -- вдруг раздражительно вскрикнул мальчик, сам однако ж
не двигаясь с места, как бы всђ чего-то выжидая и опять злобно засверкав
глазенками.
-- Хорошо, я пойду, -- сказал Алеша, -- только я вас не знаю и не дразню.
Они мне сказали, как вас дразнят, но я вас не хочу дразнить, прощайте!
-- Монах в гарнитуровых штанах! -- крикнул мальчик, всђ тем же злобным и
вызывающим взглядом следя за Алешей, да кстати и став в позу, рассчитывая,
что Алеша непременно бросится на него теперь, но Алеша повернулся, поглядел
на него и пошел прочь. Но не успел он сделать и трех шагов, как в спину его
больно ударился пущенный мальчиком самый большой булыжник, который только
был у него в кармане.
-- Так вы сзади? Они правду стало быть говорят про вас, что вы нападаете
исподтишка? -- обернулся опять Алеша, но на этот раз мальчишка с
остервенением опять пустил в Алешу камнем и уже прямо в лицо, но Алеша
успел заслониться вовремя, и камень ударил его в локоть.
-- Как вам не стыдно! Что я вам сделал? -- вскричал он. Мальчик молча и
задорно ждал лишь одного, что вот теперь Алеша уж несомненно на него
бросится; видя же, что тот даже и теперь не бросается, совершенно озлился
как зверенок: он сорвался с места и кинулся сам на Алешу, и не успел тот
шевельнуться, как злой мальчишка, нагнув голову и схватив обеими руками его
левую руку, больно укусил ему средний ее палец. Он впился в него зубами и
секунд десять не выпускал его. Алеша закричал от боли, дергая изо всей силы
палец. Мальчик выпустил его наконец и отскочил на прежнюю дистанцию. Палец
был больно прокушен, у самого ногтя, глубоко, до кости; полилась кровь.
Алеша вынул платок и крепко обернул в него раненую руку. Обертывал он почти
целую минуту. Мальчишка всђ это время стоял и ждал. Наконец Алеша поднял на
него свой тихий взор.
-- Ну хорошо, -- сказал он, -- видите, как вы меня больно укусили, ну и
довольно ведь, так ли? Теперь скажите, что я вам сделал?
Мальчик посмотрел с удивлением.
-- Я хоть вас совсем не знаю и в первый раз вижу, -- всђ так же спокойно
продолжал Алеша, -- но не может быть, чтоб я вам ничего не сделал, -- не
стали бы вы меня мучить даром. Так чт[OACUTE] же я сделал и чем я виноват
пред вами, скажите?
Вместо ответа мальчик вдруг громко заплакал, в голос, и вдруг побежал от
Алеши. Алеша пошел тихо вслед за ним на Михайловскую улицу и долго еще
видел он, как бежал вдали мальчик, не умаляя шагу, не оглядываясь и верно
все так же в голос плача. Он положил непременно, как только найдется время,
разыскать его и разъяснить эту чрезвычайно поразившую его загадку. Теперь
же ему было некогда.
IV. У ХОХЛАКОВЫХ.
Скоро подошел он к дому г-жи Хохлаковой, к дому каменному, собственному,
двухэтажному, красивому, из лучших домов в нашем городке. Хотя г-жа
Хохлакова проживала большею частию в другой губернии, где имела поместье,
или в Москве, где имела собственный дом, но и в нашем городке у нее был
свой дом, доставшийся от отцов и дедов. Да и поместье ее, которое имела она
в нашем уезде, было самое большое изо всех трех ее поместий, а между тем
приезжала она доселе в нашу губернию весьма редко. Она выбежала к Алеше еще
в прихожую.
-- Получили, получили письмо о новом чуде? -- быстро, нервно заговорила
она.
-- Да, получил.
-- Распространили, показали всем? Он матери сына возвратил!
-- Он сегодня умрет, -- сказал Алеша.
-- Слышала, знаю, о как я желаю с вами говорить! С вами или с кем-нибудь
обо всем этом. Нет, с вами, с
не двигаясь с места, как бы всђ чего-то выжидая и опять злобно засверкав
глазенками.
-- Хорошо, я пойду, -- сказал Алеша, -- только я вас не знаю и не дразню.
Они мне сказали, как вас дразнят, но я вас не хочу дразнить, прощайте!
-- Монах в гарнитуровых штанах! -- крикнул мальчик, всђ тем же злобным и
вызывающим взглядом следя за Алешей, да кстати и став в позу, рассчитывая,
что Алеша непременно бросится на него теперь, но Алеша повернулся, поглядел
на него и пошел прочь. Но не успел он сделать и трех шагов, как в спину его
больно ударился пущенный мальчиком самый большой булыжник, который только
был у него в кармане.
-- Так вы сзади? Они правду стало быть говорят про вас, что вы нападаете
исподтишка? -- обернулся опять Алеша, но на этот раз мальчишка с
остервенением опять пустил в Алешу камнем и уже прямо в лицо, но Алеша
успел заслониться вовремя, и камень ударил его в локоть.
-- Как вам не стыдно! Что я вам сделал? -- вскричал он. Мальчик молча и
задорно ждал лишь одного, что вот теперь Алеша уж несомненно на него
бросится; видя же, что тот даже и теперь не бросается, совершенно озлился
как зверенок: он сорвался с места и кинулся сам на Алешу, и не успел тот
шевельнуться, как злой мальчишка, нагнув голову и схватив обеими руками его
левую руку, больно укусил ему средний ее палец. Он впился в него зубами и
секунд десять не выпускал его. Алеша закричал от боли, дергая изо всей силы
палец. Мальчик выпустил его наконец и отскочил на прежнюю дистанцию. Палец
был больно прокушен, у самого ногтя, глубоко, до кости; полилась кровь.
Алеша вынул платок и крепко обернул в него раненую руку. Обертывал он почти
целую минуту. Мальчишка всђ это время стоял и ждал. Наконец Алеша поднял на
него свой тихий взор.
-- Ну хорошо, -- сказал он, -- видите, как вы меня больно укусили, ну и
довольно ведь, так ли? Теперь скажите, что я вам сделал?
Мальчик посмотрел с удивлением.
-- Я хоть вас совсем не знаю и в первый раз вижу, -- всђ так же спокойно
продолжал Алеша, -- но не может быть, чтоб я вам ничего не сделал, -- не
стали бы вы меня мучить даром. Так чт[OACUTE] же я сделал и чем я виноват
пред вами, скажите?
Вместо ответа мальчик вдруг громко заплакал, в голос, и вдруг побежал от
Алеши. Алеша пошел тихо вслед за ним на Михайловскую улицу и долго еще
видел он, как бежал вдали мальчик, не умаляя шагу, не оглядываясь и верно
все так же в голос плача. Он положил непременно, как только найдется время,
разыскать его и разъяснить эту чрезвычайно поразившую его загадку. Теперь
же ему было некогда.
IV. У ХОХЛАКОВЫХ.
Скоро подошел он к дому г-жи Хохлаковой, к дому каменному, собственному,
двухэтажному, красивому, из лучших домов в нашем городке. Хотя г-жа
Хохлакова проживала большею частию в другой губернии, где имела поместье,
или в Москве, где имела собственный дом, но и в нашем городке у нее был
свой дом, доставшийся от отцов и дедов. Да и поместье ее, которое имела она
в нашем уезде, было самое большое изо всех трех ее поместий, а между тем
приезжала она доселе в нашу губернию весьма редко. Она выбежала к Алеше еще
в прихожую.
-- Получили, получили письмо о новом чуде? -- быстро, нервно заговорила
она.
-- Да, получил.
-- Распространили, показали всем? Он матери сына возвратил!
-- Он сегодня умрет, -- сказал Алеша.
-- Слышала, знаю, о как я желаю с вами говорить! С вами или с кем-нибудь
обо всем этом. Нет, с вами, с