ем; им только "свистни... - прибавил он почти со злобой, конечно
припоминая свое недавнее прошлое.
Все встретили князя криками и пожеланиями, окружили его. Иные были
очень шумны, другие гораздо спокойнее, но все торопились поздравить,
прослышав о дне рождения, и всякий ждал своей очереди. Присутствие некоторых
лиц заинтересовало князя, например, Бурдовского; но всего удивительнее было,
что среди этой компании очутился вдруг и Евгений Павлович; князь почти
верить себе не хотел и чуть не испугался, увидев его.
Тем временем Лебедев, раскрасневшийся и почти восторженный, подбежал с
объяснениями; он был довольно сильно готов. Из болтовни его оказалось, что
все собрались совершенно натурально и даже нечаянно. Прежде всех, перед
вечером, приехал Ипполит, и, чувствуя себя гораздо лучше, пожелал подождать
князя на террасе. Он расположился на диване; потом к нему сошел Лебедев,
затем все его семейство, то-есть генерал Иволгин и дочери. Бурдовский
приехал с Ипполитом, сопровождая его. Ганя и Птицын зашли, кажется, недавно,
проходя мимо (их появление совпадало с происшествием в воксале); затем
явился Келлер, объявил о дне рождения и потребовал шампанского. Евгений
Павлович зашел всего с полчаса назад. На шампанском и чтоб устроить праздник
настаивал изо всех сил и Коля. Лебедев с готовностью подал вина.
- Но своего, своего! - лепетал он князю: - на собственное иждивение,
чтобы прославить и поздравить, и угощение будет, закуска, и об этом дочь
хлопочет; но, князь, если бы вы знали, какая тема в ходу. Помните у Гамлета:
"быть или не быть?" Современная тема-с, современная! Вопросы и ответы... И
господин Терентьев в высшей степени... спать не хочет! А шампанского он
только глотнул, глотнул, не повредит... Приближьтесь, князь, и решите! Все
вас ждали, все только и ждали вашего счастливого ума...
Князь заметил милый, ласковый взгляд Веры Лебедевой, тоже торопившейся
пробраться к нему сквозь толпу. Мимо всех, он протянул руку ей первой; она
вспыхнула от удовольствия и пожелала ему "счастливой жизни с этого самого
дня". Затем стремглав побежала на кухню; там она готовила закуску; но и до
прихода князя, - только что на минуту могла оторваться от дела, - являлась
на террасу и изо всех сил слушала горячие споры о самых отвлеченных и
странных для нее вещах, не умолкавших между подпившими гостями. Младшая
сестра ее, разевавшая рот, заснула в следующей комнате, на сундуке, но
мальчик, сын Лебедева, стоял подле Коли и Ипполита, и один вид его
одушевленного лица показывал, что он готов простоять здесь на одном месте,
наслаждаясь и слушая, хоть еще часов десять сряду.
- Я вас особенно ждал и ужасно рад, что вы пришли такой счастливый, -
проговорил Ипполит, когда князь, тотчас после Веры, подошел пожать ему руку.
- А почему вы знаете, что я "такой счастливый"?
- По лицу видно. Поздоровайтесь с господами и присядьте к нам сюда
поскорее. Я особенно вас ждал, - прибавил он, значительно напирая на то, что
он ждал. На замечание князя: "не повредило бы ему так поздно сидеть?" - он
отвечал, что сам себе удивляется, как это он три дня назад умереть хотел, и
что никогда он не чувствовал себя лучше, как в этот вечер. Бурдовский
вскочил и пробормотал, что он "так...", что он с Ипполитом "сопровождал", и
что тоже рад; что в письме он "написал вздор", а теперь "рад про
припоминая свое недавнее прошлое.
Все встретили князя криками и пожеланиями, окружили его. Иные были
очень шумны, другие гораздо спокойнее, но все торопились поздравить,
прослышав о дне рождения, и всякий ждал своей очереди. Присутствие некоторых
лиц заинтересовало князя, например, Бурдовского; но всего удивительнее было,
что среди этой компании очутился вдруг и Евгений Павлович; князь почти
верить себе не хотел и чуть не испугался, увидев его.
Тем временем Лебедев, раскрасневшийся и почти восторженный, подбежал с
объяснениями; он был довольно сильно готов. Из болтовни его оказалось, что
все собрались совершенно натурально и даже нечаянно. Прежде всех, перед
вечером, приехал Ипполит, и, чувствуя себя гораздо лучше, пожелал подождать
князя на террасе. Он расположился на диване; потом к нему сошел Лебедев,
затем все его семейство, то-есть генерал Иволгин и дочери. Бурдовский
приехал с Ипполитом, сопровождая его. Ганя и Птицын зашли, кажется, недавно,
проходя мимо (их появление совпадало с происшествием в воксале); затем
явился Келлер, объявил о дне рождения и потребовал шампанского. Евгений
Павлович зашел всего с полчаса назад. На шампанском и чтоб устроить праздник
настаивал изо всех сил и Коля. Лебедев с готовностью подал вина.
- Но своего, своего! - лепетал он князю: - на собственное иждивение,
чтобы прославить и поздравить, и угощение будет, закуска, и об этом дочь
хлопочет; но, князь, если бы вы знали, какая тема в ходу. Помните у Гамлета:
"быть или не быть?" Современная тема-с, современная! Вопросы и ответы... И
господин Терентьев в высшей степени... спать не хочет! А шампанского он
только глотнул, глотнул, не повредит... Приближьтесь, князь, и решите! Все
вас ждали, все только и ждали вашего счастливого ума...
Князь заметил милый, ласковый взгляд Веры Лебедевой, тоже торопившейся
пробраться к нему сквозь толпу. Мимо всех, он протянул руку ей первой; она
вспыхнула от удовольствия и пожелала ему "счастливой жизни с этого самого
дня". Затем стремглав побежала на кухню; там она готовила закуску; но и до
прихода князя, - только что на минуту могла оторваться от дела, - являлась
на террасу и изо всех сил слушала горячие споры о самых отвлеченных и
странных для нее вещах, не умолкавших между подпившими гостями. Младшая
сестра ее, разевавшая рот, заснула в следующей комнате, на сундуке, но
мальчик, сын Лебедева, стоял подле Коли и Ипполита, и один вид его
одушевленного лица показывал, что он готов простоять здесь на одном месте,
наслаждаясь и слушая, хоть еще часов десять сряду.
- Я вас особенно ждал и ужасно рад, что вы пришли такой счастливый, -
проговорил Ипполит, когда князь, тотчас после Веры, подошел пожать ему руку.
- А почему вы знаете, что я "такой счастливый"?
- По лицу видно. Поздоровайтесь с господами и присядьте к нам сюда
поскорее. Я особенно вас ждал, - прибавил он, значительно напирая на то, что
он ждал. На замечание князя: "не повредило бы ему так поздно сидеть?" - он
отвечал, что сам себе удивляется, как это он три дня назад умереть хотел, и
что никогда он не чувствовал себя лучше, как в этот вечер. Бурдовский
вскочил и пробормотал, что он "так...", что он с Ипполитом "сопровождал", и
что тоже рад; что в письме он "написал вздор", а теперь "рад про