лает серьезные ошибки. Я хотел бы знать, в чем дело, черт побери.
- Ничего не понимаю. Она же закончила прекрасный медицинский колледж.
- Возможно, вам следует позвонить декану, - предложил доктор Айлер.
- Там деканом Джим Пирсон. Хороший парень. Пожалуй, я позвоню ему.
Через несколько минут Уоллис уже говорил по телефону с Джимом Пирсоном. Они обменялись любезностями, а затем Уоллис перешел к делу.
- Я звоню по поводу Бетти-Лоу Тафт. Собеседник помолчал несколько секунд.
- Да?
- Похоже, у нас с ней некоторые проблемы, Джим. Она прибыла к нам с твоими превосходными рекомендациями.
- Все правильно.
- Кстати, твоя характеристика как раз лежит передо мной. В ней говорится, что она одна из самых лучших студентов, которые когда-либо у тебя были.
- Верно.
- И что ее ждет блестящее будущее в медицине.
- Да.
- A y тебя не возникало никаких сомнений?..
- Никаких, - решительно заявил доктор Пирсон. - Абсолютно никаких. Возможно, она просто немного нервничает. Легковозбудима, но, если ты дашь ей шанс, я уверен, она проявит себя с самой лучшей стороны.
- Ладно, учту твои слова. Мы действительно дадим ей шанс проявить себя. Спасибо.
- Не за что. - На этом разговор и прекратился. Джим Пирсон сидел за своим столом, презирая себя за то, что только что совершил.
"Но для меня важнее всего жена и дети”.
Глава 8
Хони Тафт имела несчастье родиться в семье, все члены которой добивались своих целей упорным трудом, превосходя при этом ожидаемые результаты. У нее были симпатичный отец, основатель и президент крупной компьютерной компании в Мемфисе, штат Теннесси, красивая мать, ученый-генетик, и весьма привлекательные старшие сестры-двойняшки, такие же умные и честолюбивые, как и их родители. Семья Тафтов считалась одной из самых выдающихся в Мемфисе.
Хони появилась на свет незапланированно, когда ее сестрам было уже по шесть лет.
- Хони - наш маленький несчастный случай, - говорила ее мать своим подругам. - Я хотела сделать аборт, но Фред воспротивился. Теперь он жалеет об этом.
И если сестры Хони были очень симпатичными, то она - так себе. Сестры учились отлично, а Хони - средне, они начали говорить в девять месяцев, а Хони до двух лет не произнесла ни одного слова.
- Мы называем ее “чучело”, - шутил отец. - Хони - это гадкий утенок в нашей семье. Но я не думаю, что она превратится в прекрасного лебедя.
Нельзя сказать, что Хони была безобразной, но и хорошенькой ее нельзя было назвать. Обычное, худое лицо с заостренными чертами, белесые волосы, непривлекательная фигура. Но зато у нее был ласковый и мягкий характер, что не особенно-то приветствовалось в честолюбивой семье Тафтов.
Сколько она себя помнила, самым большим ее желанием было доставлять радость родителям и сестрам, стараться, чтобы они любили ее. Но ее усилия постоянно оказывались напрасными. Родители были слишком заняты своей карьерой, а сестры получением призов на конкурсах красоты и за отличную учебу. Ко всем несчастьям Хони, она еще была и ужасно застенчивой. Вольно или невольно, но родные вселили в нее чувство неполноценности.
В средней школе за Хони закрепилась репутация “дамы без кавалера”. Она одна ходила на школьные танцы и вечера, улыбалась, старалась не показывать, как она несчастна, потому что не хотела испортить кому-нибудь настроение. Хони наблюдала, как ее сестер провожают домой самые популярные в школе мальчики, а потом удалялась в
- Ничего не понимаю. Она же закончила прекрасный медицинский колледж.
- Возможно, вам следует позвонить декану, - предложил доктор Айлер.
- Там деканом Джим Пирсон. Хороший парень. Пожалуй, я позвоню ему.
Через несколько минут Уоллис уже говорил по телефону с Джимом Пирсоном. Они обменялись любезностями, а затем Уоллис перешел к делу.
- Я звоню по поводу Бетти-Лоу Тафт. Собеседник помолчал несколько секунд.
- Да?
- Похоже, у нас с ней некоторые проблемы, Джим. Она прибыла к нам с твоими превосходными рекомендациями.
- Все правильно.
- Кстати, твоя характеристика как раз лежит передо мной. В ней говорится, что она одна из самых лучших студентов, которые когда-либо у тебя были.
- Верно.
- И что ее ждет блестящее будущее в медицине.
- Да.
- A y тебя не возникало никаких сомнений?..
- Никаких, - решительно заявил доктор Пирсон. - Абсолютно никаких. Возможно, она просто немного нервничает. Легковозбудима, но, если ты дашь ей шанс, я уверен, она проявит себя с самой лучшей стороны.
- Ладно, учту твои слова. Мы действительно дадим ей шанс проявить себя. Спасибо.
- Не за что. - На этом разговор и прекратился. Джим Пирсон сидел за своим столом, презирая себя за то, что только что совершил.
"Но для меня важнее всего жена и дети”.
Глава 8
Хони Тафт имела несчастье родиться в семье, все члены которой добивались своих целей упорным трудом, превосходя при этом ожидаемые результаты. У нее были симпатичный отец, основатель и президент крупной компьютерной компании в Мемфисе, штат Теннесси, красивая мать, ученый-генетик, и весьма привлекательные старшие сестры-двойняшки, такие же умные и честолюбивые, как и их родители. Семья Тафтов считалась одной из самых выдающихся в Мемфисе.
Хони появилась на свет незапланированно, когда ее сестрам было уже по шесть лет.
- Хони - наш маленький несчастный случай, - говорила ее мать своим подругам. - Я хотела сделать аборт, но Фред воспротивился. Теперь он жалеет об этом.
И если сестры Хони были очень симпатичными, то она - так себе. Сестры учились отлично, а Хони - средне, они начали говорить в девять месяцев, а Хони до двух лет не произнесла ни одного слова.
- Мы называем ее “чучело”, - шутил отец. - Хони - это гадкий утенок в нашей семье. Но я не думаю, что она превратится в прекрасного лебедя.
Нельзя сказать, что Хони была безобразной, но и хорошенькой ее нельзя было назвать. Обычное, худое лицо с заостренными чертами, белесые волосы, непривлекательная фигура. Но зато у нее был ласковый и мягкий характер, что не особенно-то приветствовалось в честолюбивой семье Тафтов.
Сколько она себя помнила, самым большим ее желанием было доставлять радость родителям и сестрам, стараться, чтобы они любили ее. Но ее усилия постоянно оказывались напрасными. Родители были слишком заняты своей карьерой, а сестры получением призов на конкурсах красоты и за отличную учебу. Ко всем несчастьям Хони, она еще была и ужасно застенчивой. Вольно или невольно, но родные вселили в нее чувство неполноценности.
В средней школе за Хони закрепилась репутация “дамы без кавалера”. Она одна ходила на школьные танцы и вечера, улыбалась, старалась не показывать, как она несчастна, потому что не хотела испортить кому-нибудь настроение. Хони наблюдала, как ее сестер провожают домой самые популярные в школе мальчики, а потом удалялась в