Поэтому всем нам неплохо бы выспаться. Но каждый труд,
каждое благое деяние должно быть вознаграждено. Так вот, скажи
мне, друг мой Кыся, чего бы ты больше всего хотел бы сейчас в
жизни?..
Мне даже не пришлось задуматься! Я ответил мгновенно и
четко:
- Больше всего в жизни мне хотелось бы сейчас разыскать Шуру
Плоткина и сделать так, чтобы ему не пришлось бы проходить весь
горько-традиционный путь эмигранта-новичка. Я насмотрелся на
это в Германии и подозреваю, что Америка в этом не очень
отличается от Европы...
- Верно... - сказал Клинтон и надолго замолчал.
А потом посмотрел на Начальника Секретной службы и
нормальным Человеческим языком сказал ему:
- Давайте попробуем что-нибудь придумать.
И тот записал у себя в блокноте пару строчек.
- Билли, ты позволишь? - спросила Хиллари.
- Да, да, конечно, дорогая.
- Прости меня, пожалуйста, Мартин, если мой вопрос покажется
тебе чересчур женским...
- Ради Бога, миссис Клинтон, - смутился я.
- Скажи мне, Мартин, какие два качества в себе ты считаешь
наиболее... - Хиллари запнулась, стараясь подыскать максимально
точное определение.
- Наиболее необходимые для меня самого? - помог ей я.
- Да! Да, да... Очень точно!
Вот тут я задумался...
Отличных качеств у меня было - пруд пруди! Хоть отбавляй!..
Без липовой скромности я мог бы назвать их десятки. Но тут
нужны были только два, к сожалению.
- Ну, что ж... - сказал я, и мне самому это показалось
наиболее важным. - Первое: СВОИХ НЕ ЗАКЛАДЫВАЮТ, ЧЕМ БЫ ЭТО
ТЕБЕ НИ ГРОЗИЛО!.. И второе: у меня очень высоко развито
ощущение ЛЖИ, от кого бы она ни исходила. Тут я просто само
совершенство! Этим я владею шикарно!
- Тогда завтра, во время приема, я попрошу тебя не отходить
от меня ни на шаг! - быстро проговорил Клинтон, но тут же
спохватился: - Хотя первое твое качество - "СВОИХ НЕ
ЗАКЛАДЫВАЮТ..." войдет в противоречие со вторым, и я просто
боюсь за твое здоровье...
- Не волнуйтесь, мистер Президент, - сказал я. - Это я еще
завтра посмотрю, кто там "СВОИ", а кто и не очень.
И мы разошлись спать. Было ровно три часа ночи.
И снится мне, что я почему-то в... Испании!..
Я про Испанию слышал всего три раза в жизни: от Шуры - тот
все мечтал когда-нибудь там побывать; от Фридриха фон
Тифенбаха, который показывал мне очень красивый альбом с видами
Испании и говорил, что умирать уедет в какую-то Андалузию, где
есть город Кордоба, а в этом городе у Фридриха есть небольшая
вилла. Купил ее лет двадцать тому назад, да все никак не
соберется слетать туда... А еще про Испанию я слышал от
Капитана-Александра-Ивановича-Кэп-Мастера. Он там вокруг нее
плавал...
Так вот, значит, снится мне, что я в Испании.
И жарко ну просто ужасно! Дышать нечем, лапы вялые, голова в
тумане... Бреду узенькими-узенькими кривыми улочками... И все
домики белые-белые, и от этого на них очень трудно смотреть, -
так все сверкает в глазах от солнца!..
Скрыться от жары и слепящего света можно только лишь в
маленьких двориках - Фридрих называл их "патио". Они есть
внутри каждого дома: с такими малюсенькими кукольными
балкончиками, все в неведомых цветах, красоты невероятной! Но я
стесняюсь туда заходить - чужое все-таки.
Иду, прижимаюсь к теневой стороне улочки, заглядываю во все
эти дворики-"патио", один другого пр
каждое благое деяние должно быть вознаграждено. Так вот, скажи
мне, друг мой Кыся, чего бы ты больше всего хотел бы сейчас в
жизни?..
Мне даже не пришлось задуматься! Я ответил мгновенно и
четко:
- Больше всего в жизни мне хотелось бы сейчас разыскать Шуру
Плоткина и сделать так, чтобы ему не пришлось бы проходить весь
горько-традиционный путь эмигранта-новичка. Я насмотрелся на
это в Германии и подозреваю, что Америка в этом не очень
отличается от Европы...
- Верно... - сказал Клинтон и надолго замолчал.
А потом посмотрел на Начальника Секретной службы и
нормальным Человеческим языком сказал ему:
- Давайте попробуем что-нибудь придумать.
И тот записал у себя в блокноте пару строчек.
- Билли, ты позволишь? - спросила Хиллари.
- Да, да, конечно, дорогая.
- Прости меня, пожалуйста, Мартин, если мой вопрос покажется
тебе чересчур женским...
- Ради Бога, миссис Клинтон, - смутился я.
- Скажи мне, Мартин, какие два качества в себе ты считаешь
наиболее... - Хиллари запнулась, стараясь подыскать максимально
точное определение.
- Наиболее необходимые для меня самого? - помог ей я.
- Да! Да, да... Очень точно!
Вот тут я задумался...
Отличных качеств у меня было - пруд пруди! Хоть отбавляй!..
Без липовой скромности я мог бы назвать их десятки. Но тут
нужны были только два, к сожалению.
- Ну, что ж... - сказал я, и мне самому это показалось
наиболее важным. - Первое: СВОИХ НЕ ЗАКЛАДЫВАЮТ, ЧЕМ БЫ ЭТО
ТЕБЕ НИ ГРОЗИЛО!.. И второе: у меня очень высоко развито
ощущение ЛЖИ, от кого бы она ни исходила. Тут я просто само
совершенство! Этим я владею шикарно!
- Тогда завтра, во время приема, я попрошу тебя не отходить
от меня ни на шаг! - быстро проговорил Клинтон, но тут же
спохватился: - Хотя первое твое качество - "СВОИХ НЕ
ЗАКЛАДЫВАЮТ..." войдет в противоречие со вторым, и я просто
боюсь за твое здоровье...
- Не волнуйтесь, мистер Президент, - сказал я. - Это я еще
завтра посмотрю, кто там "СВОИ", а кто и не очень.
И мы разошлись спать. Было ровно три часа ночи.
И снится мне, что я почему-то в... Испании!..
Я про Испанию слышал всего три раза в жизни: от Шуры - тот
все мечтал когда-нибудь там побывать; от Фридриха фон
Тифенбаха, который показывал мне очень красивый альбом с видами
Испании и говорил, что умирать уедет в какую-то Андалузию, где
есть город Кордоба, а в этом городе у Фридриха есть небольшая
вилла. Купил ее лет двадцать тому назад, да все никак не
соберется слетать туда... А еще про Испанию я слышал от
Капитана-Александра-Ивановича-Кэп-Мастера. Он там вокруг нее
плавал...
Так вот, значит, снится мне, что я в Испании.
И жарко ну просто ужасно! Дышать нечем, лапы вялые, голова в
тумане... Бреду узенькими-узенькими кривыми улочками... И все
домики белые-белые, и от этого на них очень трудно смотреть, -
так все сверкает в глазах от солнца!..
Скрыться от жары и слепящего света можно только лишь в
маленьких двориках - Фридрих называл их "патио". Они есть
внутри каждого дома: с такими малюсенькими кукольными
балкончиками, все в неведомых цветах, красоты невероятной! Но я
стесняюсь туда заходить - чужое все-таки.
Иду, прижимаюсь к теневой стороне улочки, заглядываю во все
эти дворики-"патио", один другого пр