мои, которые у меня накопились от жизни с этим человеком...
(Показывает опять на мужа.) Но вы... Я не говорю уже об изменах, а когда вы,
может быть, и верны еще были мне, вы всегда видели во мне какую-то
чувственную игрушку вашу... Помните, сколько раз я плакала и говорила вам,
что я женщина, а не животное и хочу, чтобы меня любили не за одно красивое
лицо. Вы мне отвечали на это одними полусловами. Вам, кажется, смешно было
слышать такое мое желание... А этот (показывает на Блинкова) совсем уж меня,
как вещь какую простую, купить хочет! (Строго Блинкову.) Но только я не
дамся вам!.. Вы меня не купите! Я не хочу вас обманывать: вы мне гадки!..
Нате вам ваши деньги! (Бросает ему расписку Аматурова.)
Блинков, совсем растерявшийся, берет эту расписку.
Софья Михайловна (вставая). Хотела было с добрым чувством проститься с
вами, но и того не могу. (Идет к выходу.)
Все прочие тоже встают из-за стола.
Надя (слушавшая Софью Михайловну с потупленным лицом, вдруг бежит за
ней). Софья Михайловна, возьмите и меня с собой, хоть опять в горничные!
Софья Михайловна (оборачиваясь к ней и каким-то мрачным голосом).
Зачем?.. Разве ты спасешься куда-нибудь от этих людей? От них уйдешь, других
встретишь, и, может быть, полгода, год какой-нибудь поборешься, но в конце
концов опять будет то же! Иначе жить нельзя, пойми ты это! Не порок!.. Как
вот он же выучил меня этой фразе! (Показывает на Аматурова.) Не порок, а
добродетель должна умолять, чтоб ей позволили существовать! (Окончательно
мрачным голосом.) Я иду на презрение, на нищету и на что-нибудь еще худшее,
а тебе разве хочется того?.. Да и зачем это делать? Смотри: вас тут уважают,
вам весело тут, привольно, нарядно! Оставайся!.. (Машет рукой и уходит.)
Надя остается в глубине сцены сильно смущенною.
Аматуров (на авансцене). Это бог знает что такое! Бред какой-то!
Блинков (почти плачущим голосом). За что это на меня Софья Михайловна
рассердилась, сам не знаю.
Дарьялов (снова с каким-то рассвирепелым лицом). Но кому же все-таки я
должен теперь остаюсь? (Блинкову.) Вам, что ли?
Блинков. Ничего не мне-с! Я вот сейчас разорву расписку господина
Аматурова! (Рвет расписку, которую ему подала Софья Михайловна.)
Дарьялов. (Аматурову). Вам, значит?.. Не доберусь - какая путаница
вышла!
Аматуров (ему с досадой). Убирайтесь вы с вашим долгом! Очень он мне
нужен! Я так тогда подал в сердцах ко взысканию... Я завтра же напишу в суд,
что вы мне заплатили. (Блинкову, кидая ему чек его.) Возьмите и вы ваш чек
назад.
Блинков (каким-то почти героическим тоном). Нет, уж вы его взяли и
получите по нему. Это извините... Софья Михайловна хоть и говорит, что я
хотел ее, как вещь, купить! Я не хотел того! Я только влюблен был в нее, в
этом каюсь.
В это время раздается выстрел.
Все (в один голос). Что такое?
Вбегает лакей.
Лакей (перепуганным голосом). Госпожа, что вышла сейчас, застрелилась
на дорожке.
Блинков и Надя (совсем опешенные). Господи!
Препиратов (значительно мотнув головой и в сторону). Я ожидал этого!
Аматуров (побледневший, как полотно). Но где же и откуда она могла
взять пистолет?
Блинков (от страха окончательно пришептывая, так что едва можно понять,
что он говорит). Она
(Показывает опять на мужа.) Но вы... Я не говорю уже об изменах, а когда вы,
может быть, и верны еще были мне, вы всегда видели во мне какую-то
чувственную игрушку вашу... Помните, сколько раз я плакала и говорила вам,
что я женщина, а не животное и хочу, чтобы меня любили не за одно красивое
лицо. Вы мне отвечали на это одними полусловами. Вам, кажется, смешно было
слышать такое мое желание... А этот (показывает на Блинкова) совсем уж меня,
как вещь какую простую, купить хочет! (Строго Блинкову.) Но только я не
дамся вам!.. Вы меня не купите! Я не хочу вас обманывать: вы мне гадки!..
Нате вам ваши деньги! (Бросает ему расписку Аматурова.)
Блинков, совсем растерявшийся, берет эту расписку.
Софья Михайловна (вставая). Хотела было с добрым чувством проститься с
вами, но и того не могу. (Идет к выходу.)
Все прочие тоже встают из-за стола.
Надя (слушавшая Софью Михайловну с потупленным лицом, вдруг бежит за
ней). Софья Михайловна, возьмите и меня с собой, хоть опять в горничные!
Софья Михайловна (оборачиваясь к ней и каким-то мрачным голосом).
Зачем?.. Разве ты спасешься куда-нибудь от этих людей? От них уйдешь, других
встретишь, и, может быть, полгода, год какой-нибудь поборешься, но в конце
концов опять будет то же! Иначе жить нельзя, пойми ты это! Не порок!.. Как
вот он же выучил меня этой фразе! (Показывает на Аматурова.) Не порок, а
добродетель должна умолять, чтоб ей позволили существовать! (Окончательно
мрачным голосом.) Я иду на презрение, на нищету и на что-нибудь еще худшее,
а тебе разве хочется того?.. Да и зачем это делать? Смотри: вас тут уважают,
вам весело тут, привольно, нарядно! Оставайся!.. (Машет рукой и уходит.)
Надя остается в глубине сцены сильно смущенною.
Аматуров (на авансцене). Это бог знает что такое! Бред какой-то!
Блинков (почти плачущим голосом). За что это на меня Софья Михайловна
рассердилась, сам не знаю.
Дарьялов (снова с каким-то рассвирепелым лицом). Но кому же все-таки я
должен теперь остаюсь? (Блинкову.) Вам, что ли?
Блинков. Ничего не мне-с! Я вот сейчас разорву расписку господина
Аматурова! (Рвет расписку, которую ему подала Софья Михайловна.)
Дарьялов. (Аматурову). Вам, значит?.. Не доберусь - какая путаница
вышла!
Аматуров (ему с досадой). Убирайтесь вы с вашим долгом! Очень он мне
нужен! Я так тогда подал в сердцах ко взысканию... Я завтра же напишу в суд,
что вы мне заплатили. (Блинкову, кидая ему чек его.) Возьмите и вы ваш чек
назад.
Блинков (каким-то почти героическим тоном). Нет, уж вы его взяли и
получите по нему. Это извините... Софья Михайловна хоть и говорит, что я
хотел ее, как вещь, купить! Я не хотел того! Я только влюблен был в нее, в
этом каюсь.
В это время раздается выстрел.
Все (в один голос). Что такое?
Вбегает лакей.
Лакей (перепуганным голосом). Госпожа, что вышла сейчас, застрелилась
на дорожке.
Блинков и Надя (совсем опешенные). Господи!
Препиратов (значительно мотнув головой и в сторону). Я ожидал этого!
Аматуров (побледневший, как полотно). Но где же и откуда она могла
взять пистолет?
Блинков (от страха окончательно пришептывая, так что едва можно понять,
что он говорит). Она