а Перехватова, бывшая Олухова. Услышав
последнюю фамилию, ее сейчас же пустили к Грохову, который с отекшим лицом и
с ногами, окутанными в плед, лежал на кушетке.
- Грохов, вы были всегда так добры ко мне, и я приехала просить вашей
помощи!.. - проговорила Домна Осиповна, опускаясь от волнения и усталости на
стул; слезы текли по ее щекам и делали борозды на белилах.
- Сколько имею сил, - готов служить, - отвечал тот глухим и не совсем
приязненным голосом.
- Вы, кажется, больны очень; что такое с вами? - спрашивала Домна
Осиповна.
- У меня водянка! - проговорил Грохов, и лицо его при этом исказилось
ужасной гримасой.
- Господи, что же это такое? - воскликнула Домна Осиповна и затем,
глядя с участием на Грохова, продолжала: - Вы слышали, Янсутский хочет меня
совсем разорить?
- Слышал!
- И в самом деле он может разорить меня?
- Может.
Холодная дрожь пробежала по всем нервам Домны Осиповны.
- Но, Григорий Мартынович, возьмите с меня какие хотите деньги, но не
дайте мне погибнуть! Я всегда вам платила честно.
Грохов слушал Домну Осиповну с нахмуренными бровями.
- Я не могу по этому делу быть вашим ходатаем: я поверенный от
конкурса, - сказал он.
- Откажитесь от них!.. Они скорее вас обманут, чем я!..
На лице Грохова пробежало что-то вроде усмешки.
- Раз взявшись, этого уж нельзя делать!.. Иначе под суд попадешь!.. -
возразил он.
- Значит, вы совершенно с ними в участии?
- Я не участник в деле, а только ходатай по нему, и не лично даже буду
вести его, а мой помощник по передоверию от меня, - едва имел силы
договорить Грохов и застонал от невыносимейшей, по-видимому, боли.
- По крайней мере посоветуйте, что я должна делать? Нам обоим осталось
жить недолго! Сжальтесь, хоть во имя этого, надо мной! - продолжала молить
его Домна Осиповна.
- Ну, как вам недолго... Мне - так точно, что недолго!.. - пробормотал
он, не переставая стонать.
- Нет, вы должны жить для спасения несчастных женщин!
При этих словах Домны Осиповны Грохов опять как будто бы усмехнулся: он
никак себя не воображал заступником и спасителем женщин; но как бы то ни
было, к Домне Осиповне почувствовал некоторую жалость, припомня, сколько
денег он перебрал с нее.
- По-моему, вам всего лучше помириться с Янсутским.
- Каким образом я могу с ним помириться? - спросила Домна Осиповна.
- Дать ему или там конкурсу отступного, чтобы они вас не касались, -
свел на любимый свой способ устраивать дела Грохов.
- Но Янсутский бог знает что с меня потребует! - произнесла Домна
Осиповна. Целый ад был вдвинут ей в душу этим советом Грохова. "Что же это
такое: собирать, копить, отказывать себе во многом, - все это затем, чтобы
отдать свои средства черт знает кому и за что!.." - думалось ей.
- По закону они ничего не могут получить с меня. Я из наследства мужа
ни копейки не прожила! Где же справедливость после этого! - воскликнула она.
- Да вы не отказались от наследства, а приняли его, - возразил Грохов.
"Конечно... - вертелось было у него на языке, - существуют и другие статьи
закона по этому предмету..." Но он не высказал этого из боязни Янсутского,
зная, какой тот пройдоха, и очень возможно, что, проведав о советах, которые
бы Грохов дал противной стороне, он и его, пожалуй, притянет к суду. -
Обратитесь к какому-нибудь другому
последнюю фамилию, ее сейчас же пустили к Грохову, который с отекшим лицом и
с ногами, окутанными в плед, лежал на кушетке.
- Грохов, вы были всегда так добры ко мне, и я приехала просить вашей
помощи!.. - проговорила Домна Осиповна, опускаясь от волнения и усталости на
стул; слезы текли по ее щекам и делали борозды на белилах.
- Сколько имею сил, - готов служить, - отвечал тот глухим и не совсем
приязненным голосом.
- Вы, кажется, больны очень; что такое с вами? - спрашивала Домна
Осиповна.
- У меня водянка! - проговорил Грохов, и лицо его при этом исказилось
ужасной гримасой.
- Господи, что же это такое? - воскликнула Домна Осиповна и затем,
глядя с участием на Грохова, продолжала: - Вы слышали, Янсутский хочет меня
совсем разорить?
- Слышал!
- И в самом деле он может разорить меня?
- Может.
Холодная дрожь пробежала по всем нервам Домны Осиповны.
- Но, Григорий Мартынович, возьмите с меня какие хотите деньги, но не
дайте мне погибнуть! Я всегда вам платила честно.
Грохов слушал Домну Осиповну с нахмуренными бровями.
- Я не могу по этому делу быть вашим ходатаем: я поверенный от
конкурса, - сказал он.
- Откажитесь от них!.. Они скорее вас обманут, чем я!..
На лице Грохова пробежало что-то вроде усмешки.
- Раз взявшись, этого уж нельзя делать!.. Иначе под суд попадешь!.. -
возразил он.
- Значит, вы совершенно с ними в участии?
- Я не участник в деле, а только ходатай по нему, и не лично даже буду
вести его, а мой помощник по передоверию от меня, - едва имел силы
договорить Грохов и застонал от невыносимейшей, по-видимому, боли.
- По крайней мере посоветуйте, что я должна делать? Нам обоим осталось
жить недолго! Сжальтесь, хоть во имя этого, надо мной! - продолжала молить
его Домна Осиповна.
- Ну, как вам недолго... Мне - так точно, что недолго!.. - пробормотал
он, не переставая стонать.
- Нет, вы должны жить для спасения несчастных женщин!
При этих словах Домны Осиповны Грохов опять как будто бы усмехнулся: он
никак себя не воображал заступником и спасителем женщин; но как бы то ни
было, к Домне Осиповне почувствовал некоторую жалость, припомня, сколько
денег он перебрал с нее.
- По-моему, вам всего лучше помириться с Янсутским.
- Каким образом я могу с ним помириться? - спросила Домна Осиповна.
- Дать ему или там конкурсу отступного, чтобы они вас не касались, -
свел на любимый свой способ устраивать дела Грохов.
- Но Янсутский бог знает что с меня потребует! - произнесла Домна
Осиповна. Целый ад был вдвинут ей в душу этим советом Грохова. "Что же это
такое: собирать, копить, отказывать себе во многом, - все это затем, чтобы
отдать свои средства черт знает кому и за что!.." - думалось ей.
- По закону они ничего не могут получить с меня. Я из наследства мужа
ни копейки не прожила! Где же справедливость после этого! - воскликнула она.
- Да вы не отказались от наследства, а приняли его, - возразил Грохов.
"Конечно... - вертелось было у него на языке, - существуют и другие статьи
закона по этому предмету..." Но он не высказал этого из боязни Янсутского,
зная, какой тот пройдоха, и очень возможно, что, проведав о советах, которые
бы Грохов дал противной стороне, он и его, пожалуй, притянет к суду. -
Обратитесь к какому-нибудь другому