эпизодов - постановки пьесы А.А.Шаховского "Казак-стихотворец" (ч. 1, глава
10) и истории взаимоотношений Вихрова с Фатеевой и Мари Эйсмонд. В
значительной степени автобиографично и описание службы Вихрова. Еще в 1916
году Н.Н.Виноградовым были опубликованы ценные архивные материалы, из
которых видно, что эпизоды служебной деятельности Вихрова в губернском
городе, описанные в романе, очень близко воспроизводят факты служебной
деятельности самого Писемского в Костроме. Обнаруженные Н.Н.Виноградовым два
дела об уничтожении чиновником особых поручений Писемским раскольнических
часовен в селе Урене и деревне Гаврилково в 1850 году привели исследователя
к выводу, что именно первое дело послужило основой для девятой и десятой
глав четвертой части романа (Н.Н.Виноградов "Алексей Феофилактович
Писемский". Известия Отделения русского языка и словесности имп. Академии
наук, 1916, том XXI, кн. 2, стр. 134-135).
Имеют жизненные прототипы и другие образы романа. Образ отставного
полковника Михаила Поликарповича Вихрова, отца героя романа, весьма близко
передает подлинные черты отца писателя, Феофилакта Писемского.
В лице Еспера Ивановича Имплева изображен Всеволод Никитич Бартенев
(1787-1845), костромской помещик, отставной моряк, двоюродный брат матери
писателя. Образ Александра Ивановича Коптина очень близко передает
биографические черты известного поэта и декабриста Павла Александровича
Катенина (1792-1853), оказавшего несомненное влияние на литературное
развитие Писемского. Таких примеров можно привести немало.
Судьба героев романа и в первую очередь главного из них, Вихрова,
прослеживается на протяжении тридцати лет (с начала тридцатых годов до 1864
года). Благие намерения положительного героя Вихрова, личности активной, но
недостаточно сильной, в условиях николаевского режима остаются
нереализованными. Он мечется из стороны в сторону и, не имея твердой цели и
способности к ее достижению, постепенно растрачивает свои душевные и
жизненные силы и становится рабом обстоятельств и своих страстей. Идейная
неустойчивость Вихрова поразительна. Он легко переходит от увлечения
религией к ее отрицанию, от мечтаний о коммунистическом обществе к
примирению с монархическим режимом. Наиболее последовательно и прочно
усваивает он лишь своеобразно понимаемый жоржзандизм - принцип свободной от
обязательств любви.
Вообще герои романа не могут быть подразделены на положительных и
отрицательных, так как в положительном герое Вихрове писатель видит много
отрицательных черт, а в негодяе Салове он готов увидеть черты положительные.
Поэтому и чуждый Писемскому образ аристократа Абреева не лишен в какой-то
мере смягчающих признаков.
Роман "Люди сороковых годов" был принят русской журналистикой конца
шестидесятых годов в общем весьма недоброжелательно. Н.В.Шелгунов в своей
большой статье, посвященной роману Писемского, отмечал: "Вместо широкой,
всеобъемлющей картины с грандиозными героями, соответственными русскому
порыву, г.Писемский дал формулярные списки шести человек, кондуитные списки
четырех женщин и рассказал несколько случаев из былой полицейской практики"
("Дело", 1869, No 10).
Отрицательная общая оценка романа не помешала Шелгунову признать, что в
романе "Люди сороковых годов" "отдельные, особенно прос