илась,-сказал он,-история, слу< чившаяся на моей батарее
под Ленинградом. Он рассказал мне эту историю.
Летом 1940 года ленинградский художник: Балашов уехал охотиться и
работать на пустынный наш Север
В первой же понравившейся ему деревушке Балашов сошел со старого
речного парохода и поселился в доме сельского учителя.
В этой деревушке жила со своим отцом - лесным сторожем - девушка Настя,
знаменитая в тех местах кружевница и красавица. Настя была молчалива и
сероглаза, как все девушки северянки.
Однажды на охоте отец Насти неосторожным выстрелом ранил Балашова в
грудь. Раненого принесли в дом сельского учителя. Удрученный несчастьем,
старик послал Настю ухаживать за раненым.
Настя выходила Балашова, и из жалости к раненому родилась первая ее
девичья любовь. Но проявления этой любви были так застенчивы, что Балашов
ничего не заметил.
У Балашова в Ленинграде была жена, но он ни разу никому не рассказывал
о ней, даже Насте. Все в деревне были убеждены, что Балашов человек
одинокий.
Как только рана зажила, Балашов уехал в Ленинград. Перед отъездом он
пришел без зова в избу к Насте поблагодарить ее за заботу и принес ей
подарки. Настя приняла их.
Балашов впервые попал на Север. Он не знал местных обычаев. Они на
Севере очень устойчивы, держатся долго и не сразу сдаются под натиском
нового времени. Балашов не знал, что мужчина, который пришел без зова в избу
к девушке и принес ей подарок, считается, если подарок принят, ее женихом.
Так на Севере говорят о любви.
Настя робко спросила Балашова, когда же он вернется из Ленинграда к ней
в деревню. Балашов, ничего не подозревая, шутливо ответил, что вернется
очень скоро.
Балашов уехал. Настя ждала его. Прошло светлое лето, прошла сырая и
горькая осень, но Балашов не возвращался. Нетерпеливое радостное ожидание
сменилось у Насти тревогой, отчаянием, стыдом. По деревне уже шептались, что
жених ее обманул. Но Настя не верила этому. Она была убеждена, что с
Балашовым случилось несчастье.
Весна принесла новые муки. Пришла она поздно, тянулась очень долго.
Реки широко разлились и все никак не хотели входить в берега. Только в
начале июня прошел мимо деревушки, не останавливаясь, первый пароход.
Настя решила тайком от отца бежать в Ленинград и разыскать там
Балашова. Она ушла ночью из деревушки. Через два дня она дошла до железной
дороги и узнала на станции, что утром этого дня началась война. Через
огромную грозную страну никогда не видавшая поезда крестьянская девушка
добралась до Ленинграда и разыскала квартиру Балашова.
Насте отворила дверь жена Балашова, худая женщина в пижаме, с
папироской в зубах. Она с недоумением осмотрела Настю и сказала, что
Балашова нет дома. Он на фронте под Ленинградом.
Настя узнала правду Балашов был женат. Значит, он обманул ее, насмеялся
над ее любовью. Насте было страшно говорить с женой Балашова. Ей было
страшно в городской квартире, среди шелковых пыльных диванов, рассыпанной
пудры, настойчивых телефонных звонков.
Настя убежала. Она шла в отчаянии по величественному городу,
превращенному в вооруженный лагерь. Она не замечала ни зенитных пушек на
площадях, ни памятников, заваленных мешками с землей, ни вековых прохладных
садов, ни торжественных зданий.
Она вышла к Неве.
под Ленинградом. Он рассказал мне эту историю.
Летом 1940 года ленинградский художник: Балашов уехал охотиться и
работать на пустынный наш Север
В первой же понравившейся ему деревушке Балашов сошел со старого
речного парохода и поселился в доме сельского учителя.
В этой деревушке жила со своим отцом - лесным сторожем - девушка Настя,
знаменитая в тех местах кружевница и красавица. Настя была молчалива и
сероглаза, как все девушки северянки.
Однажды на охоте отец Насти неосторожным выстрелом ранил Балашова в
грудь. Раненого принесли в дом сельского учителя. Удрученный несчастьем,
старик послал Настю ухаживать за раненым.
Настя выходила Балашова, и из жалости к раненому родилась первая ее
девичья любовь. Но проявления этой любви были так застенчивы, что Балашов
ничего не заметил.
У Балашова в Ленинграде была жена, но он ни разу никому не рассказывал
о ней, даже Насте. Все в деревне были убеждены, что Балашов человек
одинокий.
Как только рана зажила, Балашов уехал в Ленинград. Перед отъездом он
пришел без зова в избу к Насте поблагодарить ее за заботу и принес ей
подарки. Настя приняла их.
Балашов впервые попал на Север. Он не знал местных обычаев. Они на
Севере очень устойчивы, держатся долго и не сразу сдаются под натиском
нового времени. Балашов не знал, что мужчина, который пришел без зова в избу
к девушке и принес ей подарок, считается, если подарок принят, ее женихом.
Так на Севере говорят о любви.
Настя робко спросила Балашова, когда же он вернется из Ленинграда к ней
в деревню. Балашов, ничего не подозревая, шутливо ответил, что вернется
очень скоро.
Балашов уехал. Настя ждала его. Прошло светлое лето, прошла сырая и
горькая осень, но Балашов не возвращался. Нетерпеливое радостное ожидание
сменилось у Насти тревогой, отчаянием, стыдом. По деревне уже шептались, что
жених ее обманул. Но Настя не верила этому. Она была убеждена, что с
Балашовым случилось несчастье.
Весна принесла новые муки. Пришла она поздно, тянулась очень долго.
Реки широко разлились и все никак не хотели входить в берега. Только в
начале июня прошел мимо деревушки, не останавливаясь, первый пароход.
Настя решила тайком от отца бежать в Ленинград и разыскать там
Балашова. Она ушла ночью из деревушки. Через два дня она дошла до железной
дороги и узнала на станции, что утром этого дня началась война. Через
огромную грозную страну никогда не видавшая поезда крестьянская девушка
добралась до Ленинграда и разыскала квартиру Балашова.
Насте отворила дверь жена Балашова, худая женщина в пижаме, с
папироской в зубах. Она с недоумением осмотрела Настю и сказала, что
Балашова нет дома. Он на фронте под Ленинградом.
Настя узнала правду Балашов был женат. Значит, он обманул ее, насмеялся
над ее любовью. Насте было страшно говорить с женой Балашова. Ей было
страшно в городской квартире, среди шелковых пыльных диванов, рассыпанной
пудры, настойчивых телефонных звонков.
Настя убежала. Она шла в отчаянии по величественному городу,
превращенному в вооруженный лагерь. Она не замечала ни зенитных пушек на
площадях, ни памятников, заваленных мешками с землей, ни вековых прохладных
садов, ни торжественных зданий.
Она вышла к Неве.