тысячи километров среднеазиатских пространств.
Кроме того, в этом эпизоде заключена мысль об отношении человека к
машине именно как к живому существ), заслуживающему то любви, то гнева, то
со-халения и требующеуу чисто отцовской заботы Так относятся к машине
настоящие рабочие.
Описать тобую машину можно, лишь полюбив ее, как своего верного
помощника,-страдая и радуясь вместе с ней
Много таких точных наблюдений разбросано в кни гах Лоскутова, в
частности в его "Тринадцатом кара ване", - наблюдений, вызывающих гораздо
более глу бокие мысли, чем это может показаться на первый взгляд, -
наблюдений образных, острых, обогащаю щих нас внутренним миром писателя
Достаточно вспомнить описанный Лоскутовым эпизод, как переполошились
кочевники, когда по кара-кум ским пескам прошла первая грузовая машина и
оста вила два парачлельных узорчатых следа от ко тес На бредшие на эти следы
пастухи тотчас же разнесли по пустыне тревожный стух, что ночью по пескам
про ползли рядом две испотанские змеи,-пастухи ни разу еще не видели машины
Они привыкли точько к следам животных и людей
В книгах Лоскутова много разнообразного позна нательного материала Из
них мы впервые узнаем о многом, хотя бы о том, как ведут себя во время па
лящего зноя в пустыне самые обыкновенные вещи, - вроде зубной пасты или
легких летних туфечь
Лоскутов не успел написать и сотой части того, что Ц] задумал и мог бы
написать Он погиб преждевременно в1 и трагически
Его книги говорят не только о том, что мы потеряли ботьшого писателя,
не только о том, как богата талантами наша страна, но и о том, как надо
крепко беречь каждого талантливого человека.
1957
Константин Паустовский.
Оскар Уайльд
OCR: algor@cityline.ru
В ноябре 1895 года в Реддингскую каторжную тюрьму был доставлен из
Лондона в ручных кандалах знаменитый английский писатель Оскар Уайльд. Он
был приговорен к нескольким годам заключения за "нарушение нравственности".
На вокзале в Реддинге вокруг Уайльда собралась толпа любопытных.
Писатель, одетый в полосатую арестантскую куртку, стоял под холодным дождем,
окруженный стражей, и плакал впервые в жизни. Толпа хохотала.
До тех пор Уайльд никогда не знал слез и страдания. До тех пор он был
блестящим лондонским денди, бездельником и гениальным говоруном. Он выходил
гулять на Пикадилли с цветком подсолнечника в петлице. Весь
аристократический Лондон подражал Уайльду. Он одевался так, как Уайльд,
повторял его остроты, скупал, подобно Уайльду, драгоценные камни и надменно
смотрел на мир из-под полуприкрытых век, почти так, как Уайльд.
Уайльд не хотел замечать социальной несправедливости, которой так
богата Англия. При каждом столкновении с ней он старался заглушить свою
совесть ловкими парадоксами и убегал к своим книгам, стихам, зрелищу
драгоценных картин и камней.
Он любил все искусственное. Оранжереи были ему милее лесов, духи -
милее запаха осенней земли. Он недолюбливал природу. Она казалась ему грубой
и утомительной. Он играл с жизнью, как с игрушкой. Все, даже острая
человеческая мысль, существовало для него как повод для наслаждения.
В Лондоне около дома, где жил Уайльд, стоял нищий. Его лохмотья
раздражали Уайльда. Он вызвал лучшего в Лондоне портного и заказал ему для
нищего костюм из тонкой, д
Кроме того, в этом эпизоде заключена мысль об отношении человека к
машине именно как к живому существ), заслуживающему то любви, то гнева, то
со-халения и требующеуу чисто отцовской заботы Так относятся к машине
настоящие рабочие.
Описать тобую машину можно, лишь полюбив ее, как своего верного
помощника,-страдая и радуясь вместе с ней
Много таких точных наблюдений разбросано в кни гах Лоскутова, в
частности в его "Тринадцатом кара ване", - наблюдений, вызывающих гораздо
более глу бокие мысли, чем это может показаться на первый взгляд, -
наблюдений образных, острых, обогащаю щих нас внутренним миром писателя
Достаточно вспомнить описанный Лоскутовым эпизод, как переполошились
кочевники, когда по кара-кум ским пескам прошла первая грузовая машина и
оста вила два парачлельных узорчатых следа от ко тес На бредшие на эти следы
пастухи тотчас же разнесли по пустыне тревожный стух, что ночью по пескам
про ползли рядом две испотанские змеи,-пастухи ни разу еще не видели машины
Они привыкли точько к следам животных и людей
В книгах Лоскутова много разнообразного позна нательного материала Из
них мы впервые узнаем о многом, хотя бы о том, как ведут себя во время па
лящего зноя в пустыне самые обыкновенные вещи, - вроде зубной пасты или
легких летних туфечь
Лоскутов не успел написать и сотой части того, что Ц] задумал и мог бы
написать Он погиб преждевременно в1 и трагически
Его книги говорят не только о том, что мы потеряли ботьшого писателя,
не только о том, как богата талантами наша страна, но и о том, как надо
крепко беречь каждого талантливого человека.
1957
Константин Паустовский.
Оскар Уайльд
OCR: algor@cityline.ru
В ноябре 1895 года в Реддингскую каторжную тюрьму был доставлен из
Лондона в ручных кандалах знаменитый английский писатель Оскар Уайльд. Он
был приговорен к нескольким годам заключения за "нарушение нравственности".
На вокзале в Реддинге вокруг Уайльда собралась толпа любопытных.
Писатель, одетый в полосатую арестантскую куртку, стоял под холодным дождем,
окруженный стражей, и плакал впервые в жизни. Толпа хохотала.
До тех пор Уайльд никогда не знал слез и страдания. До тех пор он был
блестящим лондонским денди, бездельником и гениальным говоруном. Он выходил
гулять на Пикадилли с цветком подсолнечника в петлице. Весь
аристократический Лондон подражал Уайльду. Он одевался так, как Уайльд,
повторял его остроты, скупал, подобно Уайльду, драгоценные камни и надменно
смотрел на мир из-под полуприкрытых век, почти так, как Уайльд.
Уайльд не хотел замечать социальной несправедливости, которой так
богата Англия. При каждом столкновении с ней он старался заглушить свою
совесть ловкими парадоксами и убегал к своим книгам, стихам, зрелищу
драгоценных картин и камней.
Он любил все искусственное. Оранжереи были ему милее лесов, духи -
милее запаха осенней земли. Он недолюбливал природу. Она казалась ему грубой
и утомительной. Он играл с жизнью, как с игрушкой. Все, даже острая
человеческая мысль, существовало для него как повод для наслаждения.
В Лондоне около дома, где жил Уайльд, стоял нищий. Его лохмотья
раздражали Уайльда. Он вызвал лучшего в Лондоне портного и заказал ему для
нищего костюм из тонкой, д