ех выше, всех
страшнее, хотел подняться из земли; но не мог, не в силах был этого сде-
лать, так велик вырос он в земле; а если бы поднялся, то опрокинул бы и
Карпат, и Седмиградскую и Турецкую землю; немного только подвинулся он,
и пошло от того трясение по всей земле. И много поопрокидывалось везде
хат. И много задавило народу.
Слышится часто по Карпату свист, как будто тысяча мельниц шумит коле-
сами на воде. То в безвыходной пропасти, которой не видал еще ни один
человек, страшащийся проходить мимо, мертвецы грызут мертвеца. Нередко
бывало по всему миру, что земля тряслась от одного конца до другого: то
оттого делается, толкуют грамотные люди, что есть где-то близ моря гора,
из которой выхватывается пламя и текут горящие реки. Но старики, которые
живут и в Венгрии и в Галичской земле, лучше знают это и говорят: что то
хочет подняться выросший в земле великий, великий мертвец и трясет зем-
лю.
XVI
В городе Глухове собрался народ около старца бандуриста и уже с час
слушал, как слепец играл на бандуре. Еще таких чудных песен и так хорошо
не пел ни один бандурист. Сперва повел он про прежнюю гетьманщину, за
Сагайдачного и Хмельницкого. Тогда иное было время: козачество было в
славе; топтало конями неприятелей, и никто не смел посмеяться над ним.
Пел и веселые песни старец и повоживал своими очами на народ, как будто
зрящий; а пальцы, с проделанными к ним костями, летали как муха по стру-
нам, и казалось, струны сами играли; а кругом народ, старые люди, пону-
рив головы, а молодые, подняв очи на старца, не смели и шептать между
собою.
- Постойте, - сказал старец, - я вам запою про одно давнее дело.
Народ сдвинулся еще теснее, и слепец запел:
"За пана Степана, князя Седмиградского, был князь Седмиградский коро-
лем и у ляхов, жило два козака: Иван да Петро. Жили они так, как брат с
братом. "Гляди, Иван, все, что ни добудешь, - все пополам: когда кому
веселье - веселье и другому; когда кому горе - горе и обоим; когда кому
добыча - пополам добычу; когда кто в полон попадет - другой продай все и
дай выкуп, а не то сам ступай в полон". И правда, все, что ни доставали
козаки, все делили пополам; угоняли ли чужой скот или коней, все делили
пополам.
* * *
Воевал король Степан с турчином. Уже три недели воюет он с турчином,
а все не может его выгнать. А у турчина был паша такой, что сам с де-
сятью янычарами мог порубить целый полк. Вот объявил король Степан, что
если сыщется смельчак и приведет к нему того пашу живого или мертвого,
даст ему одному столько жалованья, сколько дает на все войско. "Пойдем,
брат, ловить пашу!" - сказал брат Иван Петру. И поехали козаки, один в
одну сторону, другой в другую.
* * *
Поймал ли бы еще или не поймал Петро, а уже Иван ведет пашу арканом
за шею к самому королю. "Бравый молодец!" - сказал король Степан и при-
казал выдать ему одному такое жалованье, какое получает все войско; и
приказал отвесть ему земли там, где он задумает себе, и дать скота,
сколько пожелает. Как получил Иван жалованье от короля, в тот же день
разделил все поровну между собою и Петром. Взял Петро половину королевс-
кого жалованья, но не мог вынесть того, что Иван получил такую честь от
короля, и затаил глубоко на душе месть.
* * *
Ехали оба рыцаря на жалованную королем землю, за Карпат. Посадил ко-
зак Иван с собою на коня своего сына, привязав его к себе. Уже настали
сумерки - они в
страшнее, хотел подняться из земли; но не мог, не в силах был этого сде-
лать, так велик вырос он в земле; а если бы поднялся, то опрокинул бы и
Карпат, и Седмиградскую и Турецкую землю; немного только подвинулся он,
и пошло от того трясение по всей земле. И много поопрокидывалось везде
хат. И много задавило народу.
Слышится часто по Карпату свист, как будто тысяча мельниц шумит коле-
сами на воде. То в безвыходной пропасти, которой не видал еще ни один
человек, страшащийся проходить мимо, мертвецы грызут мертвеца. Нередко
бывало по всему миру, что земля тряслась от одного конца до другого: то
оттого делается, толкуют грамотные люди, что есть где-то близ моря гора,
из которой выхватывается пламя и текут горящие реки. Но старики, которые
живут и в Венгрии и в Галичской земле, лучше знают это и говорят: что то
хочет подняться выросший в земле великий, великий мертвец и трясет зем-
лю.
XVI
В городе Глухове собрался народ около старца бандуриста и уже с час
слушал, как слепец играл на бандуре. Еще таких чудных песен и так хорошо
не пел ни один бандурист. Сперва повел он про прежнюю гетьманщину, за
Сагайдачного и Хмельницкого. Тогда иное было время: козачество было в
славе; топтало конями неприятелей, и никто не смел посмеяться над ним.
Пел и веселые песни старец и повоживал своими очами на народ, как будто
зрящий; а пальцы, с проделанными к ним костями, летали как муха по стру-
нам, и казалось, струны сами играли; а кругом народ, старые люди, пону-
рив головы, а молодые, подняв очи на старца, не смели и шептать между
собою.
- Постойте, - сказал старец, - я вам запою про одно давнее дело.
Народ сдвинулся еще теснее, и слепец запел:
"За пана Степана, князя Седмиградского, был князь Седмиградский коро-
лем и у ляхов, жило два козака: Иван да Петро. Жили они так, как брат с
братом. "Гляди, Иван, все, что ни добудешь, - все пополам: когда кому
веселье - веселье и другому; когда кому горе - горе и обоим; когда кому
добыча - пополам добычу; когда кто в полон попадет - другой продай все и
дай выкуп, а не то сам ступай в полон". И правда, все, что ни доставали
козаки, все делили пополам; угоняли ли чужой скот или коней, все делили
пополам.
* * *
Воевал король Степан с турчином. Уже три недели воюет он с турчином,
а все не может его выгнать. А у турчина был паша такой, что сам с де-
сятью янычарами мог порубить целый полк. Вот объявил король Степан, что
если сыщется смельчак и приведет к нему того пашу живого или мертвого,
даст ему одному столько жалованья, сколько дает на все войско. "Пойдем,
брат, ловить пашу!" - сказал брат Иван Петру. И поехали козаки, один в
одну сторону, другой в другую.
* * *
Поймал ли бы еще или не поймал Петро, а уже Иван ведет пашу арканом
за шею к самому королю. "Бравый молодец!" - сказал король Степан и при-
казал выдать ему одному такое жалованье, какое получает все войско; и
приказал отвесть ему земли там, где он задумает себе, и дать скота,
сколько пожелает. Как получил Иван жалованье от короля, в тот же день
разделил все поровну между собою и Петром. Взял Петро половину королевс-
кого жалованья, но не мог вынесть того, что Иван получил такую честь от
короля, и затаил глубоко на душе месть.
* * *
Ехали оба рыцаря на жалованную королем землю, за Карпат. Посадил ко-
зак Иван с собою на коня своего сына, привязав его к себе. Уже настали
сумерки - они в