, и пошел. Намерениев у меня ни-
каких определительных не было, до на мою долю бог послал практику.
- Какую же?
- Да опять все по той же, по конской части. Я пошел с самого малого
ничтожества, без гроша, а вскоре очень достаточного положения достиг и
еще бы лучше мог распорядиться, если бы не один предмет.
- Что же это такое, если можно спросить?
- Одержимости большой подпал от разных духов и страстей и еще одной
неподобной вещи.
- Что же это такое за неподобная вещь вас обдержала?
- Магнетизм-с.
- Как? магнетизм?!
- Да-с, магнетическое влияние от одной особы.
- Как же вы чувствовали над собой ее влияние?
- Чужая воля во мне действовала, и я чужую судьбу исполнял.
- Вот тут, значит, к вам и пришла ваша собственная погибель, после
которой вы нашли, что вам должно исполнить матушкино обещание, и пошли в
монастырь?
- Нет-с, это еще после пришло, а до того со мною много иных разных
приключений было, прежде чем я получил настоящее убеждение.
- Вы можете рассказать и эти приключения?
- Отчего же-с; с большим моим удовольствием.
- Так, пожалуйста.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
- Взявши я паспорт, пошел без всякого о себе намерения, и пришел на
ярмарку, и вижу, там цыган мужику лошадь меняет и безбожно его обманыва-
ет; стал ее силу пробовать, и своего конишку в просяной воз заложил, а
мужикову лошадь в яблочный. Тяга в них, разумеется, хоть и равная, а му-
жикова лошадь преет, потому что ее яблочный дух обморачивает, так как
коню этот дух страшно неприятен, а у цыгановой лошади, кроме того, я ви-
жу, еще и обморок бывает, и это сейчас понять можно, потому что у нее на
лбу есть знак, как был огонь ставлен, а цыган говорит: "Это бородавка".
А мне мужика, разумеется, жаль, потому ему на оморочной лошади нельзя
будет работать, так как она кувырнет, да и все тут, а к тому же я цыга-
нов тогда смерть ненавидел через то, что от первых от них имел соблазн
бродить, и впереди, вероятно, еще иное предчувствовал, как и оправда-
лось. Я эту фальшь в лошади мужичку и открыл, а как цыган стал со мною
спорить, что не огонь жжен на лбу, а бородавка, я в доказательство моей
справедливости ткнул коня шильцем в почку, он сейчас и шлеп на землю и
закрутился. Взял я и мужикам хорошую лошадь по своим познаниям выбрал, а
они мне за это вина и угощенья и две гривны денег, и очень мы тут погу-
ляли. С того и пошло: и капитал расти и усердное пьянство, и месяца не
прошло, как я вижу, что это хорошо: обвешался весь бляхами и коно-
вальскою сбруею и начал ходить с ярмарки на ярмарку и везде бедных людей
руководствую и собираю себе достаток и все магарычи пью; а между тем
стал я для всех барышников-цыганов все равно что божия гроза, и узнал
стороною, что они собираются меня бить. Я от этого стал уклоняться, по-
тому что их много, а я один, и они меня ни разу не могли попасть одного
и вдоволь отколотить, а при мужиках не смели, потому что те за мою доб-
родетель всегда стояли за меня. Тут они и пустили про меня дурную славу,
что будто я чародей и не своею силою в твари толк знаю, но, разумеется,
все это было пустяки: к коню я, как вам докладывал, имею дарование и го-
тов бы его всякому, кому угодно, преподать, но только что, главное дело,
это никому в пользу не послужит.
- Отчего же это не послужит в пользу?
- Не поймет-с никто, потому что на это надо не иначе как иметь дар
природный, и у
каких определительных не было, до на мою долю бог послал практику.
- Какую же?
- Да опять все по той же, по конской части. Я пошел с самого малого
ничтожества, без гроша, а вскоре очень достаточного положения достиг и
еще бы лучше мог распорядиться, если бы не один предмет.
- Что же это такое, если можно спросить?
- Одержимости большой подпал от разных духов и страстей и еще одной
неподобной вещи.
- Что же это такое за неподобная вещь вас обдержала?
- Магнетизм-с.
- Как? магнетизм?!
- Да-с, магнетическое влияние от одной особы.
- Как же вы чувствовали над собой ее влияние?
- Чужая воля во мне действовала, и я чужую судьбу исполнял.
- Вот тут, значит, к вам и пришла ваша собственная погибель, после
которой вы нашли, что вам должно исполнить матушкино обещание, и пошли в
монастырь?
- Нет-с, это еще после пришло, а до того со мною много иных разных
приключений было, прежде чем я получил настоящее убеждение.
- Вы можете рассказать и эти приключения?
- Отчего же-с; с большим моим удовольствием.
- Так, пожалуйста.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
- Взявши я паспорт, пошел без всякого о себе намерения, и пришел на
ярмарку, и вижу, там цыган мужику лошадь меняет и безбожно его обманыва-
ет; стал ее силу пробовать, и своего конишку в просяной воз заложил, а
мужикову лошадь в яблочный. Тяга в них, разумеется, хоть и равная, а му-
жикова лошадь преет, потому что ее яблочный дух обморачивает, так как
коню этот дух страшно неприятен, а у цыгановой лошади, кроме того, я ви-
жу, еще и обморок бывает, и это сейчас понять можно, потому что у нее на
лбу есть знак, как был огонь ставлен, а цыган говорит: "Это бородавка".
А мне мужика, разумеется, жаль, потому ему на оморочной лошади нельзя
будет работать, так как она кувырнет, да и все тут, а к тому же я цыга-
нов тогда смерть ненавидел через то, что от первых от них имел соблазн
бродить, и впереди, вероятно, еще иное предчувствовал, как и оправда-
лось. Я эту фальшь в лошади мужичку и открыл, а как цыган стал со мною
спорить, что не огонь жжен на лбу, а бородавка, я в доказательство моей
справедливости ткнул коня шильцем в почку, он сейчас и шлеп на землю и
закрутился. Взял я и мужикам хорошую лошадь по своим познаниям выбрал, а
они мне за это вина и угощенья и две гривны денег, и очень мы тут погу-
ляли. С того и пошло: и капитал расти и усердное пьянство, и месяца не
прошло, как я вижу, что это хорошо: обвешался весь бляхами и коно-
вальскою сбруею и начал ходить с ярмарки на ярмарку и везде бедных людей
руководствую и собираю себе достаток и все магарычи пью; а между тем
стал я для всех барышников-цыганов все равно что божия гроза, и узнал
стороною, что они собираются меня бить. Я от этого стал уклоняться, по-
тому что их много, а я один, и они меня ни разу не могли попасть одного
и вдоволь отколотить, а при мужиках не смели, потому что те за мою доб-
родетель всегда стояли за меня. Тут они и пустили про меня дурную славу,
что будто я чародей и не своею силою в твари толк знаю, но, разумеется,
все это было пустяки: к коню я, как вам докладывал, имею дарование и го-
тов бы его всякому, кому угодно, преподать, но только что, главное дело,
это никому в пользу не послужит.
- Отчего же это не послужит в пользу?
- Не поймет-с никто, потому что на это надо не иначе как иметь дар
природный, и у