в. Опять же не про то! Что молодые! Тпфу!.. Козлихи они все нонче,
и совки, да неловки. Их самих-то надо еще по всякий час учить... (Поглаживая
ее по плечам.) Не то, что вот эта мать-лебедушка: босой ножкой, бывало,
выйдет, встретит и проведет и выведет... (Берет ее за руку.) Ишь, окаянная,
и теперь еще пульсы бьются!
Анна Семеновна (не совладевая с довольной улыбкой, отталкивает
Князева). По-оди про-очь!
ЯВЛЕНИЕ 3
Те же и возвратившийся Мякишев (входит и заводит у двери часы).
Князев (отходя на авансцену). Глупа, как ступа конопляная, эта женщина,
а с большим огнем была. Чуть-чуть, бывало, ей кивни, она уж тут - и время
выищет, и случай, и, как звезда, куда положено и катит, Смерть люблю таких
женщин за обычай! (Секундная пауза.) Вот у Марины обычай совсем другой: это
репеек колючий... (Опять короткая пауза.) Ну, да я и этаких тоже люблю.
(Смеясь.) Хуже себе ничего не могу представить, как то, что после моей
смерти на земле вино, деньги и красивые бабы останутся!.. (К. публике.) Вот
так-то рассуждайте, кто как любит! Говорят: "я тебя всем сердцем люблю".
По-моему, это ничего не значит. А я вот (потирая большими пальцами концы
других пальцев)... я все чувствую... как только вспомню про Марину... так
физические нервы мои болят. Особенно вот тут, вот в самых в пальчиках
ноет... Весь болен даже стану; а мне свое здоровье мило... Да уж по этому по
одному мне нельзя пожалеть Молчанова, нельзя, никак нельзя... я болен!.. Я
не виноват, что это у меня так не проходит!
Мякишев (подходя). Знаете, я что? (Махнув рукой.) Я молчать буду.
Анна Семеновна. Давно б вот так-то лучше.
ЯВЛЕНИЕ 4
Те же и Дробадонов.
Дробадонов (входя, про себя). С лучком.
Мякишев. А, брат, Калина Дмитрич, здравствуй! Как? все ли в своем?
Дробадонов. Живу, Благодарю покорно. (Садится.)
Князев (про себя). Глядите, пожалуйста, этого только и боялся: и этот
жук-отшельник выполз. В два года раз на сходку ходит, а нынче явился...
Противный человек. Все его любят, а я век целый его терпеть, не могу. Но
нынче ему подстроено, - спотыкнется.
ЯВЛЕНИЕ 5
Те же, Гвоздев и Минутка.
Гвоздев. Хозяевам и Фирс Григорьичу.
Князев. Здравствуй и ты, Илья Сергеич! А что, как твоя супружница?
Гвоздев. Благодарю покорно - опасности нет, - свинка у нее сделалась.
Минутка. В самой вещи свинка?
Князев. Ну... ты опять с своей самой вещью! У русских свинки в горле
бывают. (Гвоздеву.) Фиалкового меду надо давать.
ЯВЛЕНИЕ 6
Те же и Варенцов.
Варенцов (Князеву). Здоровья всякого.
Князев. Спасибо, брат, спасибо. Что это у тебя забор, что ль, новый
нынче будут ставить?
Варенцов. Нет, старенький пересыпаю, Фирс Григорьич. Что! уж с этими
заборами у нас одна беда: без забора скотина все повытравит, а поставь забор
- сейчас его народ на топку растащит.
ЯВЛЕНИЕ 7
Те же и Канунников, которому Князев подает руку и удерживает ее в своей
руке.
Князев (Гвоздеву). А ты взакрой вели забор-то забирать, не на шипы
чтобы сажали доску, а взакрой: доска взакрой сидит плотнее; а сверху
скобочку пускай прибьют: так вот оно живет и плотно. А что воришки, так мы с
головою на воришек открыли средство: на той неделе голова предложит
пр
и совки, да неловки. Их самих-то надо еще по всякий час учить... (Поглаживая
ее по плечам.) Не то, что вот эта мать-лебедушка: босой ножкой, бывало,
выйдет, встретит и проведет и выведет... (Берет ее за руку.) Ишь, окаянная,
и теперь еще пульсы бьются!
Анна Семеновна (не совладевая с довольной улыбкой, отталкивает
Князева). По-оди про-очь!
ЯВЛЕНИЕ 3
Те же и возвратившийся Мякишев (входит и заводит у двери часы).
Князев (отходя на авансцену). Глупа, как ступа конопляная, эта женщина,
а с большим огнем была. Чуть-чуть, бывало, ей кивни, она уж тут - и время
выищет, и случай, и, как звезда, куда положено и катит, Смерть люблю таких
женщин за обычай! (Секундная пауза.) Вот у Марины обычай совсем другой: это
репеек колючий... (Опять короткая пауза.) Ну, да я и этаких тоже люблю.
(Смеясь.) Хуже себе ничего не могу представить, как то, что после моей
смерти на земле вино, деньги и красивые бабы останутся!.. (К. публике.) Вот
так-то рассуждайте, кто как любит! Говорят: "я тебя всем сердцем люблю".
По-моему, это ничего не значит. А я вот (потирая большими пальцами концы
других пальцев)... я все чувствую... как только вспомню про Марину... так
физические нервы мои болят. Особенно вот тут, вот в самых в пальчиках
ноет... Весь болен даже стану; а мне свое здоровье мило... Да уж по этому по
одному мне нельзя пожалеть Молчанова, нельзя, никак нельзя... я болен!.. Я
не виноват, что это у меня так не проходит!
Мякишев (подходя). Знаете, я что? (Махнув рукой.) Я молчать буду.
Анна Семеновна. Давно б вот так-то лучше.
ЯВЛЕНИЕ 4
Те же и Дробадонов.
Дробадонов (входя, про себя). С лучком.
Мякишев. А, брат, Калина Дмитрич, здравствуй! Как? все ли в своем?
Дробадонов. Живу, Благодарю покорно. (Садится.)
Князев (про себя). Глядите, пожалуйста, этого только и боялся: и этот
жук-отшельник выполз. В два года раз на сходку ходит, а нынче явился...
Противный человек. Все его любят, а я век целый его терпеть, не могу. Но
нынче ему подстроено, - спотыкнется.
ЯВЛЕНИЕ 5
Те же, Гвоздев и Минутка.
Гвоздев. Хозяевам и Фирс Григорьичу.
Князев. Здравствуй и ты, Илья Сергеич! А что, как твоя супружница?
Гвоздев. Благодарю покорно - опасности нет, - свинка у нее сделалась.
Минутка. В самой вещи свинка?
Князев. Ну... ты опять с своей самой вещью! У русских свинки в горле
бывают. (Гвоздеву.) Фиалкового меду надо давать.
ЯВЛЕНИЕ 6
Те же и Варенцов.
Варенцов (Князеву). Здоровья всякого.
Князев. Спасибо, брат, спасибо. Что это у тебя забор, что ль, новый
нынче будут ставить?
Варенцов. Нет, старенький пересыпаю, Фирс Григорьич. Что! уж с этими
заборами у нас одна беда: без забора скотина все повытравит, а поставь забор
- сейчас его народ на топку растащит.
ЯВЛЕНИЕ 7
Те же и Канунников, которому Князев подает руку и удерживает ее в своей
руке.
Князев (Гвоздеву). А ты взакрой вели забор-то забирать, не на шипы
чтобы сажали доску, а взакрой: доска взакрой сидит плотнее; а сверху
скобочку пускай прибьют: так вот оно живет и плотно. А что воришки, так мы с
головою на воришек открыли средство: на той неделе голова предложит
пр