своим именьям! Пока вы свой холопий суд нарядите, я продам все... подарю,
если купца не будет... подарю, первому нищему отдам, но этой гадине холодной
(указывая на жену), которая перед богом обещалась беречь меня и перед людьми
меня выдала на поруганье... нет ничего, ничего! Своих врагов награждать
никто человека обязать не может.
Князев (подкрадываясь тихо, распахивает двери во внутренние покои, в
которых на самом пороге стоят Минутка, Гвоздев, Канунников и Варенцов).
Прошу войти вас, господа! Вы слышали?
ЯВЛЕНИЕ 9
Те же и Минутка, Гвоздев, Канунников и Варенцов.
Все (входя вместе). Слышали, Фирс Григорьич, слышали.
Князев. Теперь извольте сами рассуждать по тому, что видите.
Гвоздев. Что ж, наш совет такой, каков и твой же, Фирс Григорьич:
собрать все общество и ограничить.
Все (разом). Ограничить, ограничить.
Молчанов. Да это что ж такое? В дом шпионов ставить? Ведь не было же
еще покудова суда, и я покуда здесь хозяин.
Князев. Врешь: ты был хозяин, но с сей поры... ты расточитель! (Пауза.
Картина.) А вот мы сейчас еще лучше увидим, кто хозяин. Хозяин дому не
кинет, хоть варом вари его, а прусак от слова вон побежит, кто на него слово
знает. (Присутствующим.) Я, господа, зараз, чтоб положить конец всему этому
безобразию, покончил и с его помощницей. (Вынимая из кармана небольшую
бумагу и раскрывая ее перед всеми.) Вот вам депеша из Питера от Гуслярова:
он просьбу шлет, чтобы жена его Марина Николавна, которую и теперь скрывает
у себя на даче Иван Молчанов, была бы немедленно же выслана к нему к
совместному сожительству; а до поры ее теперь, я думаю, уже арестовали.
Молчанов (отчаянно). Га!.. (Опрометью бросается в двери и убегает.)
Князев (Марье Парменовне). Смотри, племянница, он бриллианты схватит!
Анна Семеновна (бежит). Ох, матушки! ухватит!
Марья Парменовна (бежит). Маменька, маменька, там еще шуба бархатная,
что он дарил.
Дети уходят с ревом.
Князев (присутствующим), Смотрите, он ушибет ведь баб-то!
Все, кроме Минутки, бросаются за женщинами.
(Посмотрев пристальным взглядом на Минутку.) Что?., как ты думаешь об этом,
Вонифатий? (Сжимая руку Минутки.) Вот то-то... Вы всю жизнь на этом
ремесле стоите, и крестят вас в такой купели в Польше, чтоб каверзу строить,
а все... без заговоров ничего не сделаете. У нас проще эта политика! Видишь,
ты один дела верти... да так, чтоб хвост не знал, что затевает голова.
(Указывая назад на дверь, куда вышел Колокольцов.) Не эта голова, что вышла,
а вот эта (показывая на себя), что дело доделывать будет. (Сухо.) Садись к
столу и акт напиши о всем, что было, и приноси туда для подписи.
Минутка садится к письменному столу Молчанова.
(Выходя на авансцену.) Ну, кашу заварил. (Тихо смеется.) Хе-хе-хе... в
колокола про суд ударили и звонят, и звонят... ха-ха-ха! Да что тут хитрого,
в колокола звонить! Вот вы пожалуйте прислушать, как я вам в лапти звякну.
(Уходит.)
Минутка. Да, ты прав, пан Фирс, ты прав! (Берет себя за ухо и подражает
Фирсу.) "Делай так, чтоб хвост не знал, что затевает голова. Не эта голова,
что вышла, а вот эта (показывает на свой лоб), что будет дело доделывать".
Занавес падает.
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Большая зала в доме купца Мякишева. Мебель старинная, обитая